Темное обольщение - Бренда Джойс

– Нам некуда торопиться, – прошептал он. Клэр еще глубже вонзила в него ногти.

– Я ненавижу тебя! – крикнула она и расплакалась.

– Подожди! – Он слегка поцеловал ее и медленно, сантиметр за сантиметром, начал проникать в нее.

Ее сознание затуманилось. Дыхание давалось с трудом. Малкольм улыбнулся и погрузился в нее на четыре дюйма глубже, а затем еще на пять. Клэр взмолилась, чтобы он двигался быстрее, но он так и не внял ее мольбам. И прежде чем он вошел в нее до конца, она уже достигла пика наслаждения. Поймав на себе его взгляд, она кончила. Ее охватил такой восторг, что она отключилась от окружающей действительности, отдавшись стихии темной вселенной, взрывавшейся волнами удовольствия, и каждая последующая была мощнее предыдущей. С криком «Малкольм!» Клэр устремилась им навстречу.

Он улыбнулся торжествующей улыбкой и, ускорив ритм движения, присоединился к ней в этом безумном, бескрайнем море экстаза.

– Клэр, уже почти рассвело.

Она едва ли слышала, как Малкольм отделился от нее и, перевернувшись на спину, лег рядом с ней. После сладостных мук она пребывала в полубессознательном состоянии, подарив целый вечер и ночь бесстыдному наслаждению. Она давно утратила способность о чем-то думать. Она закрыла глаза и принялась ждать, когда же в возбужденном теле уляжется дрожь, а сердце восстановит свой нормальный ритм.

Придя наконец в себя, она испытала искреннее недоумение. Малкольм оказался ненасытным, но потрясающим, пылким любовником, а его мужская сила – фантастической, нечеловечески неиссякаемой. Какой мужчина способен возбудить женщину и на протяжении долгих часов дарить ей наслаждение, нисколько при этом не уставая? Клэр только сейчас ощутила, насколько любовные игры опустошили ее. С другой стороны, испытывала ли она когда-нибудь такое удовлетворение? Но было и что-то другое. Сердце вновь учащенно забилось в груди. «Нет, – мелькнула в ее голове мысль, – не смей даже думать!»

Они были любовниками, только и всего, и уже это одно наполняло ее счастьем. Клэр медленно повернула голову, чтобы лучше рассмотреть Малкольма в мутном свете зарождающегося нового дня. Заметив нежность в его глазах, она непроизвольно сделала глубокий вдох.

Подложив под голову руку, он внимательно разглядывал ее.

– Ты довольна, красавица?

– Ты шутишь? – не смогла удержаться от улыбки Клэр. И прежде чем он успел что-либо ответить ей, добавила нежным голосом: – Еще как довольна, Малкольм. Мне еще ни разу не было так хорошо, как с тобой.

К ее удивлению, он внезапно потянулся к ней и с довольной улыбкой прижал к себе. Клэр изумилась. Неужели он хочет еще любви? Она прижалась лицом к его груди, слушая размеренное биение его сердца. Ничего удивительного в том, что этот мужчина притягивает к себе как магнит.

Его пальцы ласково скользнули по ее руке. Затем он поиграл прядями ее волос.

– Tha ur falt breagha, – нежно произнес он. Клэр недоуменно посмотрела ему в глаза.

– Я уже слышала от тебя эти слова. Что они значат?

– У тебя красивые волосы, – перевел Малкольм, отвечая на ее вопрос и ее взгляд. – Почти такие же красивые, как и ты сама.

От этого признания Клэр как будто обдало приятной теплой волной. Она провела рукой по его великолепному гладкому торсу:

– Ты тоже красивый.

– Нам с тобой не нужна одежда, – пошутил он и, приподнявшись, потянулся за лежавшим на полу плащом.

Клэр тоже приподнялась, чтобы лучше видеть его. Малкольм улыбнулся и обмотал плащом обнаженные бедра.

– Это самое возбуждающее зрелище из всех, – призналась она. – Ни с чем не сравнимое.

Он вернулся к ней на кровать и обнял:

– Мне приятно слышать, что я тебе нравлюсь и мой красавец тоже.

Он привлек ее к себе. Клэр почувствовала, что ее сердце вновь набирает обороты.

– Твой красавец нравится всем женщинам, – улыбнулась она.

– Это точно.

Клэр окончательно решила, что ей никуда не нужно спешить. Ей только что подарили любовь, причем с такой страстью, будто весь мир завтра перестанет существовать, так, как раньше ей даже не снилось, и сейчас она парила в океане удовлетворения и счастья. Если он проделывал то же самое с другими женщинами, то она не желала знать об этом.

– Я никогда никакую женщину не хотел так, как хочу тебя, – признался Малкольм, как будто услышав ее мысли.

– Правда?

– Правда. Ни разу в жизни. – Он приподнял ее подбородок. – А ты, красавица?

Она не сразу ответила на его вопрос и даже вздрогнула от неожиданности. Какого признания он ждет от нее – что она никогда не хотела никакого другого мужчину так, как его? И никогда больше не захочет? Действительно, после минувшей ночи ей вряд ли захочется лечь в постель с другим мужчиной. Господи, когда она вернется домой, то проведет остаток жизни в безбрачии. В этом у нее не было ни малейших сомнений! Малкольм еще крепче прижал ее к себе и погладил ей волосы. Она догадалась, что он улыбается.

Да он же читает ее мысли! Клэр резко отстранилась от него.

– Надеюсь, что ты доволен! – бросила она ему.

– Еще как доволен! Но что случилось? Мы опять ссоримся? Мгновение назад ты была другой. Тебе было хорошо.

Клэр ухватилась за простыни и натянула их до подбородка:

– Давай не будем об этом.

Нет, это несправедливо, со страхом подумала она. Он найдет другую женщину, которая будет умирать от счастья в его объятиях, а ей что же, остается жить до конца своих дней старой девой? Но такова ее судьба. Ведь он Магистр, и этим все сказано. Так что ей лучше не быть дурой и наслаждаться выпавшим ей счастьем, пока оно само идет к ней в руки.

Интересно, сколько это может продлиться? – подумала Клэр.

– Ты был верен Гленне?

На лице Малкольма появилось выражение как у шкодливого мальчишки, которого застукали в тот момент, когда он запустил руку в копилку родного брата.

– Думаю, вряд ли, – медленно произнесла Клэр. Осторожнее, велела она себя. Все-таки они люди разных миров. Живи он по соседству и будь ее любовником, ей бы такой вопрос даже в голову не пришел.

– Ты хочешь, чтобы я был только с тобой? – медленно проговорил он.

Сердце Клэр екнуло.

– Э-э-э… что ты сказал?

Малкольм еще крепче прижал ее к себе.

– Я не против, Клэр.

– Что ты сказал? – выдавила из себя Клэр. Стукни он ее по голове, это удивило бы ее меньше.

– Я не против того, чтобы хранить верность тебе, – самым серьезным тоном произнес Малкольм и улыбнулся.

– Но почему? – растерянно пролепетала она.

– Я не хочу никакую другую женщину, красавица, и если тебе это так важно, то я не против. Даже если это на первых порах и покажется мне трудным. Ради чар МакНейла мне придется каждый день отправляться на Айону, пока я не удостоверюсь, что не стану злоупотреблять данной мне силой. – Его лицо неожиданно потемнело. – Он будет доволен, видя, как я пресмыкаюсь перед ним.