Невеста Черного Ворона - Екатерина Бакулина

– Нет, – говорю я.

Поворачиваюсь к нему спиной.

Нет.

– Убирайтесь прочь, лорд Коррин. Иначе я прикажу стрелять.

Я иду назад, к воротам.

Кружится голова, меня шатает, еще немного, и я просто упаду. Ноги не слушаются.

– Я даю тебе неделю, Луцилия! Подумай.

Я почти упала на руки Лохана. Не было сил.

– Что с вами, ваше величество?

Мне казалось, я не могу дышать, сердце останавливалось.

Нет, я не буду верить. Он жив, конечно. Все хорошо. Его не так-то просто убить… даже если в этом есть доля правды.

– Все хорошо. Просто устала. Голова закружилась.

Лохан хмурится.

– Что он сказал вам?

Я не могу повторить этого. Тем более сейчас, при всех. Эрнан жив. Пока я верю в это, он жив. Это правда. Никто не должен слышать.

– Он хочет, чтобы я сдала замок.

– И что думаете вы?

– Что я думаю?

Даже не поверила, что он действительно спрашивает это.

– Скажи, Лохан, если бы я приняла решение сдаться, ты бы подчинился?

Он хмурится, ноздри подрагивают. Не была бы я королевой, и вообще девочкой, он бы мне сказал честно, что думает. Он бы свернул мне шею за такие слова.

– Я подчиняюсь вам, ваше величество, – говорит он.

Вдох-выдох. Надо собраться.

– Значит, мы будем драться, – говорю я.

И Лохан улыбается.

– Будем драться! Коррин еще обломает о нас зубы.

* * *

Море вдали.

Серое, холодное.

Мне теперь уже не подойти к морю, оно осталось там, за стеной.

Кажется, словно вся моя жизнь прошла вот так. Взаперти. И ничего больше не было.

Почти две недели осады. У меня нет сил. Я не знаю, на что надеяться.

Я видела бой вдали. Наверняка это наши войска подошли. Те, которые Лохан оставил у Бранка.

Я видела бой.

Но никто не пришел нас спасти. Лагерь лорда Коррина вокруг Небесной Нит все еще на своем месте.

Наши войска потерпели поражение?

Коррин обещал ждать неделю, прошло вдвое больше, но он так и не решился на штурм. Возможно, они ждали еще кого-то. Возможно, просто ждали. Рано или поздно мы просто передохнем с голоду.

Я не понимала, чего ждать.

С каждым днем мое терпение натягивалось, как струна. Нет, я не могла открыть ворота. Лучше умереть. Но и помощи нам ждать неоткуда.

Разве что Эрнан вернется.

Он снился мне каждую ночь.

Стоило закрыть глаза, и я видела… видела его мертвым. В поле или на берегу – каждый раз иначе. Но всегда вокруг тучи воронья. Они клюют… каждый из них. Они клюют его плоть. И я просыпаюсь в холодном поту.

Не могу…

Нет… куда хуже, если я досматриваю сон до конца. Я вижу, как мертвый Эрнан встает. Как тянет ко мне свои руки, ошметки плоти свисают на костях. Пустые глазницы глядят на меня. «Я… вернусь… Тиль…» – хрипло шепчет он. И я кричу.

Я вскакиваю на кровати. Рыдаю. У меня трясутся руки.

Долго сижу, сжавшись, обхватив колени руками.

Даже не знаю, чего я боюсь больше. Того, что он умер. Или того, что он вернется… вот так.

Я боюсь.

Я не могу больше спать.

* * *

Маленькая комнатка рядом с моей. Я почти никогда не бывала здесь… даже не знаю почему… не считала нужным, наверно, как-то не доводилось. Флир всегда приходила ко мне сама. А если я хотела ее видеть, то стоило только позвать. Но сейчас она спит. А я просто схожу с ума.

Мне нужен хоть кто-то.

Пусть она врет мне, пусть говорит что угодно, сейчас это не важно. Мне нужен хоть какой-то живой человек. Иначе мой рассудок не выдержит.

Я открыла дверь.

– Флир! – и тихо позвала.

Тихо. Она не слышит.

Я зашла внутрь.

Здесь тесно и просто. Небольшой столик у окна, два деревянных кресла. Чуть в стороне у стены – узкая кровать. Только необходимое, ничего лишнего.

Флир спала. Так тихо и ровно дыша во сне. Просто удивительно. Словно никакие беды не тревожили ее.

Я подошла ближе.

Пустой бокал вина на столике, лишь несколько капель на дне. Какие-то баночки рядом. Небольшие, темного стекла. Некоторые пустые, другие закупорены пробкой. Одна открыта и наполовину пуста.

Я не удержалась, взяла, осторожно понюхала, пытаясь понять – что это может быть. Слабый, чуть сладковатый запах. Прозрачное, словно вода. Что это? Лунная роса? Снотворное? И ей тоже не спится ночами?

Покрутила в руках, поставила. И как-то неуклюже задела пустую баночку. Она покачнулась, покатилась, упала на пол. Зазвенело стекло, осколки брызнули в стороны.

– Что? – Флир открыла глаза.

– Это я, Флир… Прости… Я разбудила тебя.

Она села, принялась сонно тереть глаза.

– Что ты здесь делаешь, Луцилия?

Да уж, не часто я заходила.

– Я… – даже не знаю, как объяснить. – Я просто хотела поговорить. Мне страшно.

– Со мной? – удивилась Флир.

Да, последнее время не слишком стремилась с ней разговаривать.

– С тобой, – сказала я. – С кем-нибудь. Иначе я просто сойду с ума.

– О чем? – Флир смотрела на меня сонно и настороженно, говорить ей сейчас точно не хотелось.

Зря я пришла, да? Про Эрнана я все равно не могу рассказать.

– Я не могу уснуть, Флир. Мне постоянно снятся кошмары. Я не знаю, что мне делать.

Флир усмехнулась, кивнула в сторону столика с баночками, как бы говоря: «Возьми. Это простое решение».

– Нет, – я покачала головой. – Это не поможет. Даже если я забудусь ночью, утром все вернется. Я не смогу так жить вечно. Мне нужно что-то решать. Мы должны драться!

– Хочешь драться – дерись, – Флир пожала плечами. – Но не со мной же. Мне драться ни с кем не нужно.

– Но если лорд Коррин захватит замок? Если он войдет сюда?

– Прямо сюда? – она усмехнулась. – Тогда, думаю, я и без росы обойдусь. Знаешь, Луцилия, – Флир поправила волосы, чуть склонила голову набок, – для меня нет разницы: этот король или другой. Это ничего не меняет. Мое положение остается прежним. Мне все равно.

* * *

– Ваше величество, могу я поговорить с вами?

Лохан встретил меня в саду. Ранним утром.