Сжигая за собой мосты - Татьяна Полякова

Весь день я пребывала в каком-то лихорадочном состоянии,мучаясь сомнениями, произнес он эти слова или я сама все придумала, и ждала отнего какого-то знака. Если он все-таки их произнес, должно что-то последоватьза этим? Несколько раз наши руки невзначай соприкасались, и каждый раз чувствобыло такое, точно меня бьет электрическим током. Иногда наши взглядывстречались, мой, испуганный, и его взгляд, настойчивый, в упор, тогда дыханиеу меня перехватывало, и я всерьез опасалась, что грохнусь в обморок. Он отводилвзгляд, улыбаясь, и в улыбке мне чудилась насмешка.

В общем, я в полной мере осознала смысл известного выражения«как уж на сковородке», не знаю, как чувствует себя несчастное пресмыкающееся,а я – весьма скверно. Раза два мы оказывались наедине, но на такойнепродолжительный срок, что, реши Макс что-нибудь сказать мне, у него просто небыло бы на это времени. За ужином я сидела, уткнувшись в тарелку, дважды роняланож, в завершение опрокинула бокал с красным вином и поздравила себя с тем, чтовыгляжу распоследней дурой.

– Сегодня мы слишком много времени провели на солнце, –сидя за столом в расслабленной позе и наблюдая мои мучения, сказал Макс. –Предлагаю пораньше лечь спать.

Я скосила глаза в его сторону, рискуя заработать увечье, ипыталась решить, следует ли это считать намеком. Посуду в этом доме послегибели Карла убирала я и, заканчивая уборку, убедилась: эти двое разбрелись посвоим спальням. Я была уверена, что Макс в эту ночь придет ко мне. Причинатакой уверенности была мне самой неведома, но, оказавшись в своей комнате, я тои дело поглядывала на дверь и прислушивалась. «Он не может прийти сейчас, –утешала я себя. – Дождется, когда Янка уснет». О сестре я старалась не думать,то есть я, конечно, решила, если Макс придет, я его выгоню, скажу, что не станусоперницей сестре, в общем, успела подготовить целую речь, весьма пространную,что не помешало мне вертеться битый час перед зеркалом и сменить одну ночнуюрубашку на другую, так как первая показалась мне недостаточно эротичной.

Я легла в постель, выключила свет, потом включилаприкроватную лампу, выключила, решив, что это выглядит так, будто я его жду,затем опять включила. Вот так развлекаясь, я горела нетерпением и повторяласвою речь. О том, что будет потом, я старалась не думать, не зная, чего боюсьбольше: того, что Макс, выслушав меня, уйдет или, наплевав на мои слова, решитостаться. Первое было совершенно невыносимо, второго я боялась. Проведя ревизиюсвоего сексуального опыта, я пришла к выводу, что он никуда не годится, изапаниковала. Гнать его в шею, не опыт – Макса. При этом я очень надеялась, чтоон все поймет правильно: если женщина в таких обстоятельствах говорит «нет»,надо быть полным кретином, чтобы в это поверить. В общем, я жаждала бытьсоблазненной, но так, чтобы своей вины перед сестрой не чувствовать. В концеконцов выбор должен сделать он.

Я сложила ручки на груди и пялилась на дверь. Удивляюсь, какпод моим горящим взглядом она не распахнулась настежь. Помогать ей в этом спротивоположной стороны никто не собирался. Я опять выключила свет и дажезакрыла глаза, но через пару минут принялась ворочаться. Потом в отчаянии села.Он что, издевается? Вдруг он мне ничего не говорил? Вдруг я сама все выдумала?Я тут изнываю от нетерпения, а он спит спокойно и думать обо мне забыл. Вот ихорошо. Однако данное утверждение было очень далеко от истины.

Вскоре мне стало ясно, что находиться здесь я больше не всостоянии. Мне надо знать, были у меня глюки возле бассейна или он и в самомделе произнес эти слова. Со стыдом должна признаться, я выдержала еще полчаса,потом встала и по-воровски скользнула к двери. Взявшись за ручку, я призвала напомощь остатки здравого смысла, но они оказались столь ничтожны, что не смоглиудержать меня в спальне. Я подумала, что надо бы накинуть пеньюар, будетвозможность сослаться на бессонницу, но только мысленно рукой махнула.

Длинным коридором я пошла к комнате Макса, с головокружениеми дрожью в коленях. Из-под его двери пробивался свет. Он не спит. Ждет меня?Весьма самонадеянно. Неужто он думает, что я послушно прибегу к нему… Кстати, ачто я делаю? Зажмурившись, я толкнула дверь. «Скажу, что мне послышалсякакой-то шум. – утешила я себя. – Гениальная идея». Я распахнула глаза иубедилась, что в спальне никого нет. Первым чувством было разочарование – чегомне стоило прийти сюда, и вот пожалуйста… Вторым – досада. Макс не решаетсяидти ко мне, бродит по дому. Сейчас придет в мою комнату, а меня там нет. Вэтих хоромах немудрено заблудиться, так и будем бродить до утра в поисках другдруга.

Где он может быть? Я направилась в кухню, уверенная, чтозастану его там. Но кухня была пуста. Я подошла к двери на веранду и убедилась,что она хоть и закрыта, но не заперта, толкнула дверь и ступила босыми ногамина плитки пола, еще теплые после жаркого дня. Ночь была душной, где-то вдалипроехала машина, я подняла голову и увидела звездное небо над собой. Улыбнуласьи блаженно прошептала: «Я люблю тебя». Перед мысленным взором возникло лицоМакса, он тоже улыбался, но почему-то насмешливо. Но это на мое блаженное состояниеничуть не повлияло. Я прошла к ограждению, любуясь огнями в саду, – фонариоставляли включенными на всю ночь. Возле бассейна мелькнула тень или мне этопоказалось? Макс не может уснуть и бродит по саду, любуется звездным небом и,конечно, мечтает обо мне. Я быстро сбежала по ступеням, чувствуя невероятнуюлегкость во всем теле. Самой себе я представлялась небесным созданием,прекрасным, невесомым, спешащим на встречу с возлюбленным.

Я обогнула живую изгородь из туи и возле бассейна увиделаМакса. Он стоял ко мне спиной в белом купальном халате, чуть наклонив голову,как будто что-то рассматривал у себя под ногами. Я сделала еще два шага и ужехотела как-то проявить себя, чуть сместилась вправо и тут поняла, что Макс неодин. Перед ним на коленях стояла моя сестрица.

Если бы я не была такой дурой, сразу бы сообразила, чтопроисходит, но в первый момент я только удивилась: чего это ей взбрело в головустоять в такой дикой позе? Тут до ушей моих донесся легкий стон, потом стонпогромче, и до меня наконец дошло. Если бы кто-то вылил на меня ведро ледянойводы, и то не добился бы подобного эффекта. «Черт бы вас побрал», – мысленновыругалась я и поспешила отойти в тень, а потом и вовсе бросилась к дому совсех ног, не боясь, что меня услышат. Впрочем, эти двое так заняты, что вряд лиобратят на шум внимание.

Оказавшись в комнате, я достала из шкафа чемодан и началабросать в него свои вещи. Я немедленно покину этот дом. Макс – мерзавец. Теперья была уверена: те слова у бассейна он действительно произнес, только вовсе непотому, что его переполняли нежные чувства. Он прекрасно видел, что со мнойпроисходит, и решил подразнить меня. Невинное такое желание – дать дурочкепочувствовать себя на вершине блаженства. Забавная игра от безделья. Он крутитлюбовь с моей сестрицей, а заодно не прочь пофлиртовать со мной. Знаю я такихтипов, полугерой-полуподлец. Ведь прекрасно видела, с кем имею дело, и все жекупилась…