Дорогая Джозефина - Кэролайн Джордж

20 ноября 1821

Дорогая Джозефина!

Я крепну с каждым днем. Хотя не могу пройти больше нескольких шагов, но самостоятельно сажусь и ем. Этот прогресс удовлетворяет меня, так как не люблю постоянного внимания.

Лорелай продолжает заботиться обо мне. На прошлой неделе она помогала мне есть, пить и выполнять другие человеческие потребности. Доктор сказал ей, что такой уход не годится для женщины. Однако она не согласилась и продолжала ухаживать за мной, заявив, что щепетильность, когда ты ухаживаешь за больным, – непозволительная роскошь. Миссис Данстейбл даже предложила подменить ее, чтобы она могла помыться, но Лорелай отказалась. Надо отдать ей должное – у нее больше мужества, чем я предполагал.

Миссис Данстейбл и горничная принесли кресло в мою комнату. Каждое утро они проводят меня к креслу, чтобы я смог расположиться у окна. Солнечный свет творит чудеса. Он улучшает мое настроение и избавляет от прохлады. Часами я греюсь в его тепле и наблюдаю за черными дроздами, проносящимися по серому небу. Я смотрю на иней, который рисует маленькие серебряные веточки на оконном стекле.

Лорелай читает мне, пока я не задремлю. Потом она вышивает или рисует акварелью. Она уговаривает меня поспать до послеобеденного чая и запихивает мне в глотку не меньше двух булочек, утверждая, что я выгляжу очень худым. Мы делимся воспоминаниями об Артуре и обсуждаем книги до самого ужина.

Ничем невозможно отплатить за ее доброту. Когда меня била лихорадка, она спала на полу моей спальни. Она наполнила вазу вереском и поставила ее на приставной столик, чтобы поднять мне настроение.

Я многим ей обязан.

Она плакала, когда я впервые пришел в сознание, а потом заставила пообещать, что я не умру. Теперь каждую ночь, перед тем как я ухожу на покой, она приходит в мою спальню и отказывается уходить, пока я не повторю свое обещание.

Ее сестра умерла от чахотки в возрасте тринадцати лет – трагедия, в результате которой у Лорелай проявилась склонность к уходу за больными. Она была сиделкой, пока болезнь не привела ее сестру к смерти. Действительно, жизнь и потеря идут рука об руку.

Погода из моего окна кажется приятной. Я сижу, подоткнув одеяло вокруг ног и прижав подушку к спине. Бог даст, мои силы вернутся до Рождества. Я бы хотела устроить праздник, возможно, пригласить семьи Глас и Бейнс.

В комнату вошла Лорелай с подносом чая. Она настаивает, чтобы я закончил это письмо и съел булочку, пока я, как она любовно выражается, не превратился в сморщенную изюминку.

Всегда Ваш,