Реванш - Наталья Шагаева

– Попробуй ее заставь, - хмыкаю я. - Не хочет она снимать обувь! Я уже пробовала, она натягивает их назад.

Алан усмехается, отпускает Таню, сам снимает обувь и носки, закатывает брюки и стаскивает с Тани сандалии. А эта засранка спокойно с отцом по песку идет к морю. Пока мы с Машей собираем вещи, они гуляют босиком. Алан что-то показывает Тане в море, и та смеется, хлопая в ладошки. Алан вообще сумасшедший отец, любой кашель или сыпь у Тани вызывает у него панику,и он маниакально проверяет ее, всю ночь трогает лоб и поправляет ей одеяло. Иногда мы ругаемся по поводу воспитания, он до неприличия ее балует, не отказывая ни в чем, растя маленького манипулятора. Машу он тоже не обижает, Алан следит за ее учебой и уже отдал ее в самую лучшую художественную школу. Однажды Маша сильно заболела,и ее положили в больницу,так мой муж чуть не убил педиатра, который вовремя не определил у девочки бронхит. Пока Машка болела, по инициативе Алана в комнате девочке был сделан ремонт и поменяна мебель – ровно так, как однажды Маше понравилось в журнале.

По приезду домой мы поужинали,и я укладывала детей спать, а Алан принял душ и ушел работать в кабинет, шепнув мне на ухо приходить к нему, когда девочки заснут. Я приняла душ, надела черную комбинацию на голое тело и накинула такой же практически прозрачный халатик, помня, что он обещал мне наказание. Толкнула дверь, вошла в кабинет и застала Алана за ноутбуком.

– Ммм, кто-то приготовился. Белье очень красивое, но его придется снять, – говорит Алан, осматривая меня с ног до головы. Никогда не привыкну к его пронзительному дьявольскому взгляду. Я и вправду продала ему душу и не хочу забирать ее назад! Я уже давнo признaла, что принадлежу этому мужчине, и мне хорошо от этого понимания.

– У меня для тебя кое-что еcть. Присядь, пожaлуйcта, – вполне сеpьезнo произносит Алaн, указывая на кpесло, и разворачивает ко мне ноутбук.

Сажусь, не понимая, что он хочет мне показать, всматриваюсь в экран, видя застывшую картинку, похожую на обычные новости. Алан запускает видео, где показывают кадры страшной аварии на трассе. Сначала ничего не понимаю, всматриваясь в монитор.

– Что это?

– Смотри и слушай, Вера.

И я смотрю и внимательно слушаю.

«Как известно, неделю назад боец и неоднократный призер Тимур Адашев попал в ДТП. Врачи долго боролись за его жизнь. Сегодня сообщили, что Адашев пришел в себя, и угроза его жизни миновала, но диагнозы неутешительные. По словам его врача, Адашев получил повреждение позвоночника, и шансы, что спортсмен встанет на ноги, ничтожно малы. Журналистов пока не пускают в клинику, а его семья не дает никаких комментариев. По слухам из неподверженного источника, на момент аварии Адашев был под наркотическим опьянением,и ДТП произошло по его вине. Тысячи болельщиков желают великому спортсмену здоровья и надеются, что он встанет на ноги».

– Не встанет! – уверенно заявляет Алан, выключает видео и внимательно следит за моей реакцией. Несколько минут я не знаю, что сказать, потому что давно отказалась от мести. Убийство Захарова всю жизнь будет висеть на мне смертным грехом и сниться по ночам. А потом я, сама от себя не ожидая, обрадовалась этому факту.

– Я знала, что, в конце концов, судьба его накажет.

– Судьба, Вера, продажная сука. А ответную игру – матч реванш – играют очень продумано, тщательно готовясь, чтобы все выглядело, как удары судьбы, моя хорошая. - Возможно, я плохой человек, но я улыбнулась в этот момент. – Моя плохая девочка, я знал, что тебе понравится эта новость, - вкрадчиво произносит Алан, посылая мне свою дьявольскую улыбку. – А теперь иди сюда, - он отодвигается в кресле и хлопает по столу перед собой, убирая в сторону ноутбук и бумаги. - Хочу тебя сегодня здесь, на этом новом столе. - Но сначала сними с себя эти шелковые тряпки, я буду тебя грубо и немного жестко любить, - усмехается он, смотря, как я снимаю белье, полностью обнажаясь.

КОНЕЦ.