Правила соблазна - Кэролайн Линден

– И?

Опять появилась та порочная улыбка.

– И будем считать звезды. – Энтони снова опустил весла в воду. – Чем еще можно заниматься в безлунную ночь в лодке?

– Бессовестный! – засмеялась Селия. – Ты же знаешь, я была уверена, что ты скажешь «займемся любовью»!

– Любовью в лодке? – Он изобразил негодование. – Как непристойно! Как шокирующе! Поверить не могу, что ты предложила подобное.

Она покраснела, но засмеялась.

– Ну вот, теперь ты надо мной насмехаешься.

Энтони широко улыбнулся.

– Ни в коем случае. Выброси подобные мысли из головы. Но, может быть, ты уже подумывала об этом? – внезапно произнес он, и его глаза опять заблестели. – Не одна ли это из твоих фантазий? Кто-кто, а я уж точно не откажу…

– Нет! – выпалила Селия, чувствуя, что покраснела уже почти целиком. – Конечно же, нет!

– Хм. – Энтони опять начал грести, глядя на нее и дьявольски улыбаясь. – Какая досада.

– Я с тобой больше не разговариваю, – объявила Селия и слегка отвернулась от него. Он снова усмехнулся и продолжал лениво грести.

На этой стороне озера они оказались одни, остальные гости давно отстали. Энтони прогнал мысль о том, что это неприлично. Он остался наедине с Селией по ее инициативе и наслаждался каждым мгновением.

– Энтони, – после паузы начала Селия. – Я тут думала о словах, сказанных тобой сегодня ночью. И… и пыталась понять, что ты имел в виду.

– О чем это? – Он невольно напрягся, гадая, какие из его слов могли вызвать у Селии сомнения.

– Ты сказал, что пришел, чтобы убедить меня. – Она снова повернулась к нему лицом. – Что ты имел в виду?

– А. – Энтони сразу расслабился. – Убедить тебя в том, что я порядочный человек.

Селия отмахнулась от столь несерьезного ответа.

– Это я знаю уже давно. – Он тут же посмотрел на нее, но Селия продолжала: – Что ты в действительности имел в виду?

Энтони снова принялся грести, направляя лодку по широкому кругу.

– Именно это. Я хотел убедить тебя, что не сделаю больно. Что не разочарую. Что не оставлю тебя, если ты решишь… – Он не договорил, потому что Селия резко отвела взгляд, и ее щеки запылали. О боже, подумал Энтони, внезапно смутившись.

– Почему? – спросила она, опустив голову. Ее пальцы сильно сжимали зонтик и побелели.

– Почему? – глупо повторил он.

– Почему ты захотел убедить в этом меня? – Селия подняла глаза. – Почему я?

Вопрос настолько его удивил, что Энтони не нашелся с ответом. Почему она? Да потому что это не может быть никакая другая женщина, прошептал голос у него в голове. Потому что ему важно, что Селия о нем думает, хотя за мнение всех остальных он и гроша ломаного не даст.

– Что ты имеешь в виду? – осторожно спросил Энтони.

Селия покрутила зонтик.

– Тем вечером… в библиотеке. Я ничего не сказала, когда моя мать и Дэвид обвинили тебя в… в том, что ты соблазнил меня и обесчестил. Но ведь ты вообще не пришел бы туда, если бы я не попросила о встрече, и не думаю, что ты бы… – Ее щеки пылали, но Селия упорно продолжала: – Не думаю, что ты попытался бы меня соблазнить, если бы я сама на тебя не накинулась. Однако, когда все обвиняли тебя, ты и словом не возразил.

Энтони вскинул брови.

– А что, я должен был что-то сказать?

– Я бы не стала осуждать тебя за попытку защититься, – серьезно произнесла Селия. – А потом я много думала, почему ты вообще согласился на мою просьбу притвориться, будто мы подумываем о женитьбе. Я же повела себя как последняя трусиха. Не сделала ничего, чтобы помочь тебе или защитить. А когда ты сказал, что хочешь меня убедить… мне долго пришлось гадать, почему ты вообще можешь испытывать ко мне хоть какие-то добрые чувства. – Энтони не отрывал от нее взгляда. Селия беспомощно вскинула руки. – Я… я же знаю, что ты способен заполучить любую женщину, какую захочешь. И не могу придумать ни единой причины, по которой ты мог остановить свой выбор на мне.

Нет, думал Энтони. Тут не одна причина, их целая тысяча. Он откинулся назад с очередным гребком и направил лодку к берегу, от которого они отчалили. Дэвид плывет за ними, он без колебаний выбросит друга в озеро, если тот проведет с его сестрой слишком много времени на воде.

– Я могу получить любую женщину, которую захочу? Какое облегчение узнать это.

Селия неохотно и осуждающе улыбнулась. Улыбка самого Энтони сразу исчезла, и он покачал головой.

– Будь ты любой другой женщиной, я бы решил, что ты напрашиваешься на комплименты. Но я хорошо тебя знаю и всегда был очень высокого мнения о тебе. Считал своим другом.

– Другом, – медленно повторила Селия.

Энтони мысленно поморщился от собственной опрометчивости. До чего трогательное выражение страсти и преданности, сказал он себе. Ничего удивительного, что она до сих пор не упала к твоим ногам.

– Очень дорогой, близкий друг, – пояснил Энтони. – Но еще невероятно красивая женщина. Дорогая мне. И… – Он осекся, гадая, в какой момент сумел превратиться в полного идиота.

– О, – произнесла Селия. – Понимаю.

Но Гамильтон знал, что ничего она не понимает.

– Думаешь, я не искренен? – спросил он, пытаясь повернуть разговор в более безопасное русло. Энтони предпочел бы узнать о ее мыслях и чувствах попыткам выразить собственные.

Взгляд Селии казался задумчивым и слегка озабоченным.

– Нет. Не знаю. Я понимаю, что ты искренен, стараясь помочь мне избежать скандала, но я думала… надеялась… твои письма… – Она отвела взгляд. – Я думала о нашей сделке, – произнесла Селия. – И считаю…

Ее прервал возглас, донесшийся с другой лодки. Дэвид, катающийся с женой, и чета Перси догнали их, подплыли почти вплотную и принялись обмениваться добродушными поддразниваниями по поводу умения грести. Энтони с трудом справился с желанием снова уплыть как можно дальше, чтобы Селия смогла договорить начатое. А она уже смеялась и разговаривала с миссис Перси и леди Дэвид. Неужели Селия приняла решение? Энтони был почти уверен, что никакого серьезного скандала не предвидится. Они находятся в кругу семьи и друзей Селии, никто из них не станет пятнать ее имя, в особенности в контексте его имени. И если она откажет ему, то сильно не пострадает, думал Энтони, во всяком случае, в глазах общества.

Это означает, что Селия должна решиться на брак с ним не ради сохранения репутации, а ради него самого. Почему я, спросила она, как будто, чтобы полюбить, нужны причины. Селия красива, изысканна и желанна. Она великодушна и добра, самый добрый человек на свете, по мнению Энтони. Селия очаровательна и прекрасно воспитана, она верная и страстная, сильная и любящая. Кроме того, Селия богата, у нее хорошие связи, что не имело особого значения для самого Гамильтона, но должно было привлекать других мужчин как мух на мед.