Невеста Всадника без головы - Наталия Миронина

Аня устало посмотрела на Олега:

– Сомов, ты что, забыл, я всегда была ветеринаром.

– Да что вы?! Значит, это судьба! Я уже несколько месяцев ищу лошадиного доктора! Значит, вы выздоравливаете и выходите ко мне на работу. Рискну показаться неделикатным, но вы моя должница – это я нашел ваши дорогие туфли в овраге около крайнего загона, там, где вы напугали мою лошадь и напугались сами. Так что договорились!

Оказывается, самая труднодоступная роскошь – это не замечать времени. Немногим дается, даже очень везучим людям, такое счастье. Аня смотрела в окно и наблюдала ту же самую картинку. Разница была только в том, что наступило лето. Знойное лето с оглушающе жаркими днями и грозами по ночам. Грозы проходили по лесу, треща и ухая, по полю шелестел ливень, потом был рассвет, и опять царила ленивая летняя тишина. Аня давно уже выздоровела и даже немного поправилась.

– На вас приятно смотреть, – удовлетворенно сказал Олег. – я теперь понимаю начальников пионерских лагерей, которые тщательно взвешивали своих подопечных.

– Если так дело пойдет, придется гардеробчик менять. – Аня скептически оглядела себя.

– И поменяем, какие проблемы, – весело отозвался Сомов.

Аня промолчала. Она находилась в странном состоянии человека, который вроде как есть, но нигде не числится. Такое неуютное состояние «неподсчитанности».

– Что вы выдумываете?! – сказал по этому поводу Олег. – Если вам здесь плохо, неуютно, если вы тоскуете по дому, вы мне обязательно скажите: я придумаю, как вас вернуть в вашу реальность. Но только без этих ваших страшилок. Имейте в виду, я этому вашему Максим шею сверну, если он к вам сунется. А вы, наверное, поняли, я такими вещами шутить не люблю, да и силенок у меня хватит.

Аня давно все поняла. Олег Сомов мало изменился – он оставался человеком прямолинейным, спокойным, твердым в своих обещаниях и… очень красивым. «Человек-оркестр. В лучшем смысле этого слова. Но что же произошло тогда, почему он сбежал?» Она теперь чаще оценивала теперешнего Олега. О прошлом, принесшем ей столько горя, она почти не думала. Оно, это прошлое, как-то незаметно отошло на задний план, уступив место деятельному, полному новых приятных открытий настоящему. Мысль, что о ней сейчас заботится тот самый Олег Сомов, которого она любила без памяти и который сбежал со свадьбы, теперь не удивляла, не пугала, не озадачивала. Как особо не волновало то, что он продолжает делать вид, что они незнакомы. «Ну и что? Правду я всегда успею узнать, если вообще это стоит делать! Пожалуй, мне сейчас важнее, что он – со мной, рядом», – с трудом убедила себя Аня и с этого момента категорически запретила себе выяснять отношения с Олегом и… считать дни. Считать дни, которые она здесь провела, было страшно. Считать дни – означало мысленно возвращаться к тому, что произошло, и к тому, что рано или поздно придется отсюда уехать и вступить в схватку с мужем. Считать дни – означало признаться себе в том, что личная жизнь не удалась, что семейное счастье – это не для нее. Считать дни – означало обязательный возврат туда, откуда она с таким трудом ушла, – в одиночество. И Аня перестала это делать. «Я – как собака на передержке. И Сомов мой временный хозяин».

Она окунулась в хлопоты и заботы этого красивого места, где люди занимались добрыми делами, где единение с природой было буквальным, без всяких натяжек или аллегорий.

Рабочее место Ани находилось в коттедже, который стоял между двух длинных конюшен. Из окна кабинета был виден плац – место, куда выводили лошадей для занятий, кусочек большого манежа и небольшое двухэтажное здание веселенькой расцветки: крыша красная, наличники белые, а сами стены – ярко-желтые. Рядом с высоким крыльцом была установлена каменная коновязь. Ее, каменную конусообразную серую глыбу, явно откуда-то привезли. Аня однажды поинтересовалась происхождением этой коновязи.

– Вы правы, – кивнул конюх Жора. – Ее из Выборга притащили. Сам Олег Петрович ее нашел и распорядился установить здесь.

– Давно это было?

– Ну, как комплекс был построен. Точнее не могу сказать, я сам здесь только год. Тоже был удивлен, как классно здесь все устроено.

Устроено здесь было действительно все отлично – грамотно, продуманно и на удивление красиво. Ну, то, что выдержано в одном стиле, – это неудивительно. Но то, что территория напоминает ботанический сад, – это пожалуй, оказалось неожиданно.

– Кто же это у вас такие цветы разводит? – издалека начинала разговоры Аня. Ей было безумно интересно все, что касалось места, которым владел (она теперь это точно узнала) и руководил Олег. Из больших и маленьких деталей она старательно складывала портрет человека, с которым рассталась так странно и неожиданно. Ане казалось, что даже самые незначительные мелочи помогут ей в общении с ним.

– У нас был ландшафтный дизайнер. Наташа такая, – многозначительно пояснила ей одна из сотрудниц.

– Какая молодец!

– Да, но больше у нас не работает.

– Что так? – искренне удивилась Аня. – Здесь такие условия созданы для сотрудников!

– О, здесь личные мотивы… – сотрудница закатила глаза.

– Вышла замуж, и муж не разрешил сюда ездить? Ведь далеко от города все-таки, – Аня сказала первое, что пришло в голову – Нет, она и Олег Петрович.

– А… – перебила ее Аня. Ей почему-то расхотелось слушать историю безусловно опытного ландшафтного дизайнера Наташи и Олега. «Странно думать, что у него за это время никого не было. Я-то замуж вышла и даже троих детей родила…» – думала Аня, и ей самой почему-то не верилось, что с того момента, как она в нетерпении расхаживала по залам Дворца бракосочетания, ожидая, когда покажется ее жених, прошло без малого семь лет. – Мальчишки мои выросли. Интересно, как они сейчас там, с бабушкой? Няньки няньками, а родной человек все-таки надежней. Ничего, мне сейчас главное вытерпеть и выдержать. Надо выиграть время. Пока я для Максима исчезла, с детьми ничего не случится. В противном случае он выдаст себя с головой. Для всех, по его собственным словам, я – в Китае!» От мыслей становилось тревожно, но, как только Аня замечала Олега, становилось легче. «Почему-то мне кажется, что с ним – надежно», – думала про себя Аня и не переставала удивляться своей женской непоследовательности, мягкости и умению прощать поступки, казалось бы, непростительные.

Целый этаж просторного коттеджа был отведен под ветеринарную клинику – процедурные, перевязочные… Тут Анин кабинет и находился – это была уютная комната с многочисленными металлическими стеллажами. Обследовав все шкафы и большой холодильник, который стоял здесь же, Аня пришла к выводу, что и на лекарства, самые лучшие и дорогостоящие, здесь денег не жалеют.

– Анна Алексеевна, если вам что-нибудь понадобится, я здесь, рядом, – постучалась в дверь молодая помощница, Зоя, студентка ветеринарного техникума. – Как только будете готовы, дайте мне знать. Пойдем по конюшням.

– По конюшням? – удивилась Аня.

– Да, это распоряжение Олега Петровича. Каждый день мы должны осматривать лошадей и беседовать с конниками. Может, жалобы какие будут. С этим здесь очень строго. Но вы не волнуйтесь. Сейчас животных немного. Часть уехала на соревнования.