С любовью, Босс - Елена Сокол

– О, ты собиралась его отшлепать. – Со смешком говорит Эрик.

И я обнимаю его и плачу. И смеюсь. И снова плачу. Мне так радостно, что письмо нашлось. Как будто кусочек Карла вернулся ко мне.

– Можно? – Спрашиваю я, немного успокоившись.

– Ежедневник? – Уточняет Эрик.

– Да. Почитаю на веранде.

– Конечно.

Он отдает мне книгу, я накидываю плед и выхожу подальше от шума разговоров. Сажусь в кресло, открываю ежедневник и всматриваюсь в ровные строчки. Вожу по ним пальцами. Карл был воистину человеком мира, все деловые записи вел на английском. Я повторяю пальцами мелкие буковки и внимательно читаю каждое слово.

Черная книга увольнений, которую все так боялись, оказывается совсем не страшной. В ней нет никакого компромата, нет фамилий, списков на сокращение. Это просто книга делового человека, который анализирует исходные данные, просчитывает каждый шаг и планирует, пытаясь просчитать возможные потери.

Наконец, я дохожу до марта текущего года. Улыбаюсь, узнавая цифры собственной компании. Бюджеты, отчеты, главные показатели. И тут я замираю, обнаружив на полях короткую запись: «Ее духи пахнут солнечным светом». И меня словно пронзает током.

Листаю дальше. И вот снова: «Она ненавидит скучный мир. Розовая юбка, фиолетовая помада, шарф в горошек, синие перья».

«Слишком много слов. Не умеет молчать»

И еще: «У нее все валится из рук. Это не так уж плохо. Кажется».

А потом все больше и больше, и я вспоминаю все дни, когда эти строки были написаны.

«Прозрачное платье. Абсолютно прозрачное. Мне хотелось закрыть ее своим пиджаком, чтобы другие мужчины перестали пялиться».

«Слишком строг с ней».

«Люблю, когда она пачкает едой губы»

«У нее букет. Почему меня это бесит?»

«Теперь она хочет меня отшлепать».

«Цветы, цветы, цветы. И даже они меняют цвета, когда она входит»

«Я будто застрял во времени, и только она удерживает меня между «здесь» и «там»».

«Стало плохо при ней. Не могу простить себя за это. И за то, что снова хочу держать ее за руку».

«Не отпустил ее домой. Много говорили»

«Ненавижу коньки, но это лучший вечер. Я чуть не поцеловал ее».

«Диана не простит, что я ее уволил. Как объяснить ей так, чтобы она меня не убила?»

И последнее:

«Вечность существует для того, чтобы хранить нашу любовь».

В последние часы его жизни. Оно было написано в последние часы его жизни!

Я возвращаюсь, перечитываю его послания и качаю головой. Так мало дней, чтобы построить что-то вечное! Так мало слов, чтобы сказать о многом!

– Эй, – на веранду выходит Эрик. – Как ты?

Я размазываю ладонями слезы по лицу.

– Он писал обо мне. – Провожу пальцами по страницам. – Здесь.

– Еще вот что нашел в чемодане. – Спрашивает он, усаживаясь в соседнее кресло. – Не его стиль. Чье, не знаешь?

Я поворачиваюсь и вижу в его руке красную шапку с крупным помпоном.

– Знаю. – Тихо отвечаю я, принимая шапку из его рук. – Это подарок.

Надеваю шапку на голову и спускаю вниз, прямо на лицо. Мне хочется вернуться в тот день, когда эта шапка была символом чего-то безумно романтичного. Сейчас она – лишь средоточие печали, пропитанное запахом Карла Линдера. Она – все, что от него осталось.

Или нет.

И я кладу ладонь на живот.