Между нами тайна - Элла Савицкая

Пальцы разжались, наконец пуская застоявшуюся кровь по венам, и девушка тут же растерла руку.

– Шаль накинь, – приказал Романов и дождавшись, пока жена выполнит наставление, подтолкнул ее к выходу из комнаты.

Авдеев, как оказалось, был действительно важным гостем для Германа. Юля ещё не видела, чтобы он так кого-то обхаживал.

Достал свой самый лучший и дорогой виски, усадил гостя на диван, хотя остальных всегда вел сразу за стол.

Юля вместе с женой этого Рустама Настей отошла к фортепиано.

Пить ей Герман запретил, и всё что она могла – это потягивать крепкий чёрный кофе, который с недавних пор ненавидела.

– У вас очень красивый дом, – заговорила наконец брюнетка.

– Спасибо, – вежливо кивнула Юля, – если хотите, я могу провести вам экскурсию.

Гостья взглянула на мужа и через секунду отрицательно мотнула головой.

– Не хочу вас утруждать. Верю, что и в других залах всё выполнено по последнему писку моды.

Романова вздохнула.

Интересно, бывает вообще нормальная семья? Не такая, где жене нужно искать разрешения просто побродить по дому или сказать что-то, что может не входить в планы благоверного?

Бывает, ответила себе почти сразу же. Вот с Денисом у неё всё иначе.

Девушка подняла глаза в сторону выхода из гостиной и почувствовала, как её едва с места не сорвало. По коридору как раз проходил Денис. Его глаза мгновенно поймали её. Будто он сам искал этой стычки взглядами. Желание извиниться и выйти к нему почти достигло своей цели, и Юля бы точно нашла повод это сделать, если бы в этот момент Герман не подозвал ее к себе.

– Пойдём, любимая. Поддержишь меня в игре.

Юля нехотя взглянула на встающих с диванов мужчин. Настя послушно подошла к мужу.

Когда Романова вернула взгляд в коридор, Дениса там уже не было.

Для чего были эти игры в покер каждый раз, когда приходили партнеры Германа, Юля не понимала.

Вероятно, им так проще налаживать бизнес. Кто их поймёт? Она не вникала. Стояла позади Германа, пока тот играл, и думала о том, что больше всего на свете хочет сейчас к Денису. Каково ему видеть ее с Германом? Она бы, наверное, умерла, если бы была на его месте. Стоило представить рядом с ним другую женщину, как внутри всё в руины превращалось.

– Значит, в следующую пятницу? – сквозь мысли донесся до девушки голос Рустама, который как раз добавлял фишки в ставку.

– Да. Отличное время для заключения сделки. – подтвердил Герман, довольно ухмыляясь. – Вскрываемся?

Авдеев перевернул карты.

– Фулл Хаус, – произнёс спокойно.

– Каре, – с превосходством вскрыл карты Романов.

Скорее всего, за этими партиями крылось что-то большее, чем просто игра. Возможно какие-то привилегии или скидки, но поражение противник принял достойно.

– Пусть так, – ответил, склонив голову. – Надеюсь, нам ничего не помешает осуществить задуманное. Я считаю весомых причин для того, чтобы переносить намеченные сделки, практически не должно существовать. Особенно в нашем вопросе, – вставая предупредил гость.

– Можешь даже не сомневаться, – успокоил его Романов. – Со своей стороны я всегда выполняю всё в срок и на высшем уровне.

Дальше был ужин, за которым Юле в горло кусок не лез, но хотя бы можно было немного выпить шампанского. За столом Герман это позволил.

Вечер казался как никогда долгим. Даже супруг к концу ужина выглядел немного уставшим. Что довольно удивительно.

После того, как гости уехали, он упал в кресло в гостиной, успев прихватить за собой и Юлю.

Девушка поморщилась, оказавшись на мужских коленях.

– Умница, девочка, вела себя на высшем уровне, – похвалил муж, наглаживая ее спину через тонкую ткань платья. Юля неосознанно попыталась отодвинуться. – Чего тебе хочется, любимая? Поедем куда-нибудь вдвоём? Скоро я стану одним из самых богатых людей страны. Ты должна гордиться тем, с кем живёшь!

Гордиться, где там. Она дьяволу душу продать готова, только бы этот человек не прикасался вот так пальцами, не выводил болезненные узоры.

Зажмурилась, перевела взгляд в сторону и снова увидела Дениса. Мужчина стоял прямо у двери. С виду каменная статуя, такая же, как и остальная охрана, расставленная по периметру, но Юля то знала, что он сейчас чувствует.

– Юляяяя, – протянул Герман пьяно, – так чего хочет моя жена? Купить тебе машину?

Девушка вздрогнула. Что-то во всем происходящем показалось непривычным. Что именно она поняла только когда снова вернула взгляд на мужа. Он откинул голову на спинку стула и растягивал губы в пьяной улыбке. Пьяной… Герман. Он редко выпивал столько, чтобы доводить себя до состояния опьянения.

Она попыталась вспомнить, сколько они выпили с Авдеевым. Вроде бы не так уж много.

Тогда почему его так развезло?

– Позвать прислугу, чтобы убрали со стола? – голос Дениса прозвучал совсем рядом. Всего в нескольких сантиметрах. От его близости у Юли волоски на коже поднялись, а пульс моментально набрал обороты. Захотелось с колен мужа подскочить, но она вовремя одернула себя. Краем глаза заметила, как Денис взял бокал Германа, стоящий рядом на столике и, казалось, собрался его унести.

– Да. А это мне дай, – потянулся за стаканом Романов. – Изумительный виски, – резюмировал, разглядывая перелив янтарной жидкости. – Не зря я хранил его для особых случаев. Мягкий, но терпкий. Попробуй, любимая.

От слова «любимая» девушку передернуло. Быстро вскинула взгляд на Дениса, но он стойко выдержал это испытание. Только ноздри раздулись.

Едва их глаза встретились, как он зачем-то головой отрицательно мотнул. Еле-еле заметно.

Юля нахмурилась, забирая из рук мужа почти пустой стакан. Поднесла к губам и снова на Дениса из-под ресниц посмотрела. И опять короткий отрицательный знак головой.

Значит, она правильно поняла.

Сжав губы, сделала вид, что пробует напиток.

– Правда, вкусный, – кивнула, возвращая стакан мужу.

Сердце застучало гулко-гулко.

Герман одним глотком допил содержимое и отставил стакан на столик. А потом потянулся руками к талии Юли и уже почти уткнулся губами в ее шею, когда Денис резко и громко крикнул:

– Светлана! Герман приказал убрать здесь.

Боже…

Юля до крови губу прикусила и быстро встала на ноги, сбрасывая с себя руки мужа и оказываясь в непозволительной близости к Денису. Такому родному, любимому… к которому сейчас не могла прикоснуться.

Внутри всё звенело от напряжения и, казалось, вот-вот разлетится на мелкие осколки.

Взгляд карих глаз заставил бедное сердце зайтись от боли.