Ущипни меня. Сказка на ночь - Наталья Винокурова

– Дело не во мне. Ты никогда не задумывался, зачем люди вообще ходят к экстрасенсам? Казалось бы, на дворе двадцать первый век, любую информацию можно найти в Гугле! Но они со своими вопросами обращаются не к интернету, а к гадалкам. Как ты думаешь, зачем?

– Ээ, наверное, чтобы узнать своё будущее? Такого Гугл не расскажет.

– Ерунда. Неужели ты действительно полагаешь, что их больше всего тревожит то, чего в природе не существует? Нет, Макс, вовсе не в этом дело. Будущее эфемерно, его нет, а потому оно никак не может причинить им боли. Боль же причиняет настоящее. Люди в этом чёрством, бесчувственном мире, где все закрыты в своих панцирях, ищут кого-то, кто способен был бы их ощутить и понять. Увидеть их раны и смягчить страдания, хотя бы просто разговором. Пожалеть – как мать, как кто-то очень близкий. В наше время найти такого человека очень сложно, тут даже поисковик ничем не поможет: психологи – и те не всегда способны на элементарную эмпатию. Вот и остаётся у этих бедолаг одна, последняя надежда – на экстрасенсов. А теперь вернёмся к твоему изначальному вопросу. Так ли необходимо всем этим людям знать свою судьбу? Они несчастны в данный момент – так какая, к чёрту, разница, что их ждёт впереди?!..

– Окей, тут я согласен. Знать все подробности будущего им, наверное, не нужно. Но мы ведь можем помочь им изменить настоящее. И тем самым спасти.

– О, Мессия! – воскликнул Карл, подняв голову. Его прищуренные светло-серые глаза теперь внимательно смотрели на меня. – Простите, я сразу вас не признал! И от чего же вы собираетесь спасать наш пропащий мир?

– Не мир, конечно, а отдельных людей. От гибели, например. Я уже поступал так несколько раз – предупреждал их об опасности…

– Этого ни в коем случае нельзя было делать! – строго перебил меня он.

– Почему? Я помню наш предыдущий разговор, и всё никак не могу понять: чего плохого в помощи людям?

– Это единственное, чего ты не можешь понять в устройстве мироздания?

– Наверное, не единственное. Но сейчас меня интересует именно это.

– Ладно, попробую объяснить. Ты, вроде бы, экономист по образованию?

– Угадал, – уже без особого удивления констатировал я. Мне в очередной раз пришлось признать, что Карл буквально видел меня насквозь.

– Отлично! Тогда, может быть, и справишься. Представь-ка себе наш мир в виде уравнения, – он замолчал ненадолго и, заметив, что я растерялся, переспросил. – Получилось?

– Хм, пока не очень. Какого ещё уравнения?

– Вот видишь, я только начал, а ты уже застопорился. Обычное математическое уравнение, просто очень длинное. Всякие там числители и знаменатели, дроби, логарифмы, функции, икс-игрек и прочее.

– Ну, допустим, что представил.

– Условно предположим, что ты, я и все остальные люди – это циферки в том самом примере. Маленькие циферки, которых очень много. Миллионы, миллиарды чисел. Иногда мы складываемся, иногда вычитаемся, иногда делимся. Вернее, с нами это всё делают. Некий отважный ученик взялся нас решать, и вот он пишет, пишет, пишет… Закусив язык, строчит этот бесконечный пример. Выводит одно равенство, преобразует его, сокращает, выводит другое.

– Интересная метафора.

– А теперь представь, – продолжал Карл, не обращая внимания на мою ремарку. – Одна маленькая глупая циферка вдруг решает, что она умнее самого арифметика и знает больше о том уравнении, в котором находится. Она недовольна своим расположением в примере или расположением в нём других циферок. Она считает, что их поставили на свои места незаслуженно, о чём тут же всем и сообщает. Встревоженные этой идеей циферки начинают хаотически перемещаться на листе бумаги, считая, что в другой части уравнения им непременно будет лучше. Что произойдёт дальше?

– А что произойдёт?..

– Что будет с примером?

– Он не решится.

– Да нет, он решится. Со временем. Просто этих бунтарей придётся стереть. Великий Математик возьмёт в руки ластик и уберёт числа, в которых обнаружит ошибку. Понятно теперь, почему все твои альтруистические попытки кого бы то ни было спасти – не что иное, как медвежья услуга? Мы ничего не знаем о примере, даже не видим его целиком, так как же тогда мы можем что-то в нём решить? Мы видим лишь себя и ещё нескольких близких людей – то есть, чисел – и почему-то всё равно частенько начинаем просчитывать нашу с ними судьбу. Просчитывать, решать – вслушайся в эти слова. Улавливаешь теперь их абсурдность?.. Да, кстати, Алекса это тоже касается. Ты ведь осознаёшь, что не должен лезть во всё это и ему помогать?

– В чём помогать?! – я изумлённо на него уставился. – Откуда ты вообще знаешь про Алекса?!

Карл хитро улыбнулся и пожал плечами:

– Это магия, детка!

– В любом случае, – аккуратно подметил я, – из моего окружения Сашка, как мне кажется – единственный, кому помощь уж точно не нужна.

– Да? Замечательно, что ты так считаешь. Правда, я безумно этому рад! Вопросы ещё остались?

– Боюсь, что да. И их стало даже больше, чем было.

– Превосходно! Поищешь ответы сам. В качестве домашней работы.

– Но… это нечестно!!!

– Ничего не могу поделать. Скоро хлынет проливной дождь, а в мою карму на сегодня не входит принятие водных процедур.

Я машинально поднял лицо к небу – оно по-прежнему было ясно-голубым, без единого облачка. Байкер сделал вид, что не заметил моей недоверчивой гримасы. До отказа наполнив грудь воздухом осеннего леса, он задержал дыхание и с напущенной леностью потянулся, расставляя руки в стороны. Зевнул, выдержал паузу, а потом коротко пояснил:

– Минут через двадцать ливанёт. Если сейчас не повернём обратно, то оба вымокнем до нитки.

Дождь бодро стучал по лобовому стеклу моей машины, когда я ехал по Главной аллее в сторону дома. Сев в авто, я первым делом несколько раз подряд настойчиво набрал Саше, вынудив его тем самым отложить все свои важные занятия и поговорить со мной. Я успел даже немного взволноваться, ведь обычно товарищ всегда сразу отвечал на мои звонки, но в этот момент в трубке, наконец, раздалось не менее встревоженное:

– Макс, ты чего трезвонишь, что-то случилось?

– Ага. То есть, нет. Скажи, у тебя всё в порядке? Тебе прямо сейчас не нужна какая-нибудь помощь? Почему ты так долго не подходил?

– Всё окей, просто был важный звонок по второй линии.

– Точно всё хорошо?

– Ну да, а что? Ты сам как? Извини, я тут в эти дни закрутился немного с работой, поэтому исчез.

– Я замечательно! Просто хотел сказать, что если вдруг у тебя будут какие-то проблемы, то смело обращайся с ними ко мне, договорились? Мы вместе обязательно придумаем, как их решить.

– Да, конечно, Макс, – устало отозвался Коршунов. – Если что, сразу обращусь. Вечером созвонимся, ладно? Дел много…