Корсары Таврики - Александра Девиль

И вдруг впередсмотрящий, который каким-то чудом остал­ся жив и не был сброшен со своего возвышения вражеской стрелой, закричал, стараясь перекрыть шум битвы:

— Мы спасены! Испанец идет на подмогу!

Стройная быстроходная «Альба», принадлежавшая Родри­го Алонсо, на всех парусах приближалась к месту сражения. Теперь два христианских корабля против одного мусульман­ского могли почти наверняка рассчитывать на победу.

Команда «Вероники» воспрянула духом. Турки, переско­чившие при абордаже на палубу атакуемого корабля, остави­ли без присмотра противоположный борт своего судна, к кото­рому стремительно подошла испанская галера. Когда корабль Бекира был взят на абордаж, его палуба оказалась основным полем битвы, и туркам пришлось сражаться на два фронта. В пылу атаки Вера тоже перескочила на турецкое судно — и тут же взгляд ее выхватил из толпы стройную фигуру Родриго, ко­торый с мечом в одной руке и кинжалом в другой сражался сразу с несколькими противниками. Она невольно подивилась смелости и ловкости этого красавца, которого при первой встрече посчитала самонадеянным краснобаем и щеголем. Действия молодого испанца, умелым маневром атаковавшего турецкую галеру, а теперь отважно дравшегося в самой гуще битвы, да еще успевавшего отдавать толковые команды своим людям, неоспоримо свидетельствовали о том, что Родриго Алонсо де Кампореаль не просто аристократ с замашками авантюриста, но настоящий морской капитан и опытный во­ин. А это не могло не вызывать уважения и восхищения Веры. Девушка так засмотрелась на Родриго, что не заметила наце­ленной на нее турецкой сабли, и лишь в последний миг чуть успела отклониться в сторону, так что удар не задел ее, а толь­ко сбил шлем с головы. Турок на мгновение остолбенел, обна­ружив, что ему противостоит женщина, но тут же набросился на отважную воительницу, выкрикивая проклятия.

Теперь Вера уже не отвлекалась, билась сосредоточенно, вспоминая все, что усвоила от Тьери, Ринальдо и Карло. Ее пышные волосы развевались, глаза сверкали, в движениях по­явилась та поразительная быстрота и ловкость, какая порой приходит к человеку в минуту опасности и высокого напряже­ния сил. Она казалась вдохновенной и стремительной амазон­кой в толпе мужчин, из которых одни подбадривали ее с грубо­ватым восхищением, а другие обзывали шайтановым отродьем.

В какой-то момент она вдруг поймала на себе удивленно­восторженный взгляд Родриго, а вскоре испанец оказался ря­дом, заслонив девушку от противника. Она услышала его взволнованный и в то же время веселый голос:

— Вероника, скройтесь в каюте, мы справимся уже и без вас! Эти турецкие клинки могут испортить вашу дивную кожу!

Она не успела ничего ответить, потому что сзади ее кто-то резко дернул за плечо. Оглянувшись, Вера встретилась глаза­ми с Карло, который гневно ей приказал:

— Сейчас же убирайся отсюда! Или ты хочешь, чтобы Ри­нальдо из-за тебя сошел с ума?

Девушка увидела Ринальдо на палубе «Вероники». Он вме­сте с Тьери и Габриэле теснил к борту и добивал оставшихся там противников, но при этом успевал бросать тревожные взгляды в сторону турецкого корабля, где находилась Вера. Де­вушка поняла, что дядя из-за нее отвлекается и может пропу­стить удар, а потому без возражений вернулась на «Веронику» и даже скрылась в каюте. Теперь, когда исход сражения был ясен, когда миновала опасность гибели и плена, Вера могла позволить себе передышку. Она перевязала две небольшие ранки — на ноге и повыше запястья, смыла с лица кровь и грязь. Затем, вытащив из своей дорожной сумки зеркало и гребень, расчесала спутанные волосы. Еще Вера вдруг поду­мала, что не худо бы переодеться в женское платье, но все же решила этого не делать. «Если судьба — он еще увидит меня в женском платье, а если нет...» Девушка поняла, что мысля­ми невольно возвращается к Родриго, и щеки ее вспыхнули, а сердце забилось сильнее. Теперь она уже вполне отдавала се­бе отчет, как сильно ее волнует мнение молодого испанца.

Окончание морской битвы ознаменовалось победными Криками христианских моряков. Вера хотела подняться на па­лубу, но остановилась на полпути, услышав где-то рядом го­лоса Ринальдо и Родриго. Генуэзец благодарил испанцада по­мощь, а в ответ услышал:

— Я рад, что мы с приором вовремя узнали о засаде Бекира и смогли вмешаться. Не будь у нас надежных лазутчиков, «Аль­ба» спокойно бы последовала на Родос, а «Вероника» осталась бы один на один с турками. Теперь вы понимаете, как важно сражаться не в одиночку , а в содружестве с кораблями ордена? У нас есть опыт, и мы повсюду стараемся вербовать в наши ряды верных людей.

— Да, сегодня я в этом убедился.

— Тогда не следует вам терять время на плавание в Монка­стро. Вы ведь можете прямо сейчас отправиться на Родею вме­сте со мной и приором на моей «Альбе». Вашу племянницу можно безбоязненно отпустить домой одну, без вашего присмотра.

На пути уже не должно быть таких опасностей, как здесь, близ турецких берегов. К тому же я видел Веронику в бою — она сра­жалась, как настоящая амазонка. Девушка может постоять за себя не хуже мужчин. Кажется, она обучена всем боевым искус­ствам. — Родриго немного помолчал и добавил с улыбкой в го­лосе: — Скорее, ей надо осваивать искусство быть женщиной.

— Наверное, вы правы, — вздохнул Ринальдо. — Но у Ве­роники была трудная судьба — не такая, как у большинства женщин.

— Но мои доводы о немедленном отплытии на Родос вас убедили? — уточнил Родриго. — Или, может, ваша жена...

— Эмилия погибла, — глухим голосом сказал Ринальдо. — Видно, мне не суждено стать мужем и отцом... Ну, а насчет Ве­роники вы правы. Сегодня я и сам убедился, что племянница вполне может за себя постоять. Так и быть, она отправится до­мой под защитой Карло и других матросов, а я вместе с Тьери перейду на «Альбу». Чем раньше получу благословение и по­мощь родосских рыцарей — тем лучше.

— Это разумное решение, — послышался характерный, чуть скрипучий, голос приора.

Потом собеседники удалились, и до Веры долетел насмеш­ливый ропот и кряхтение Габриэле:

— Гоффо, бездельник, где ты взял такой пекучий бальзам? Не иначе как приложил мне к ране перец! Лучше бы ты сда­бривал этим перцем жареную баранью ногу!

Девушка не стала больше таиться, а вышла на палубу, где услышала в свой адрес приветственные возгласы. Матросы из команды Ринальдо с гордостью говорили о ней: «Это наша Ве­роника — Грозовая Туча! Настоящая предводительница корса­ров!» Прозвище девушки тут же подхватили моряки «Альбы», провожавшие жадными взглядами и грубоватыми похвалами ее стройную фигуру с копной темных волос, тучей разметавших­ся вокруг красивого и строгого лица.

Вера, поискав глазами Ринальдо и Родриго, решительно на­правилась к ним. Она еще не остыла от азарта битвы, внезап­но сблизившей ее с испанцем. Он сражался рядом с ней, обе­регал ее, она видела восхищение в его глазах — и ей хотелось сейчас же, немедленно, показать ему, что она его тоже оцени­ла по достоинству. А еще из ума у нее не шли услышанные ми­нуту назад слова Родриго: «Веронике надо осваивать искусство быть женщиной». Что он имел в виду, так отзываясь о ней? Ведь не только умение наряжаться и делать прически?