Теория поцелуя - Елена Сокол

– Какое тебе? – спросил я, остановившись перед витриной.

Лена застыла, изумленно разглядывая разноцветное сливочное безумие.

– Шоколадное? Клубничное? Банановое? – подсказывал продавец.

– Не знаю…

– Давайте три разных шарика! – попросил я. – Лен, с какой посыпкой?

– О, не знаю, – растерялась она.

– Плесните туда чего-нибудь, пожалуйста, – смеясь, попросил я. – И мне того же самого.

Продавец, поглядывая на нас, с улыбкой выполнил заказ. Мы приняли из его рук два рожка с разноцветными шариками и направились к скамейке возле фонтана.

– Ммм, вкусно! – улыбнулась Лена.

А я завис, наблюдая, как она облизывает мороженое и как на нем остается бороздка от штанги на ее языке. От этого зрелища у меня вспыхнули щеки, и даже прохладный воздух в помещении, кажется, моментально раскалился.

– Я должен открыть тебе секрет, – сказал я, садясь на скамейку.

– Какой? – Лена села рядом.

– В общем, когда я сдавал статистику, преподаватель точно так же сказал про трояки.

– Правда?

– Да! И все ломанулись к нему с зачетками. – Я откусил мороженого и прикрыл глаза, чувствуя, как приятно тает на языке холодный сливочный шарик. – А потом, когда троечники вышли, он посмотрел на нас с серьезным видом и спросил, кому четверки.

– Реально?

– Да! – Сердце в груди трепыхнулось, когда я увидел, как Лена облизывает перепачканные мороженым губы. – А потом добавил, что просто так пятерки не поставит и для того, чтобы получить пятерку, придется сильно постараться, поэтому кто хочет четверки, пусть лучше подходит сейчас.

– И нашлись желающие?

– Конечно! А когда счастливые обладатели четверок вышли, он взял и поставил всем остальным пятерки.

Лена рассмеялась. Ее улыбка была прекрасна.

– Разве это честно?

– Не очень. Но смысл в этом точно есть. Те, кто знал на тройку, получили тройки. Те, кто знал на «отлично», получили «отлично».

– Верно…

– Конечно, нашлись и недовольные. Савина пыталась возмущаться, но быстро успокоилась, когда я ее заверил, что данная акция в каждой группе – явление разовое.

– Это та девчонка в очках, которая колотила твоего друга?

– Она самая.

Лена хихикнула:

– Боевая!

– Она очень хорошая, – сказал я. – Так, бухтит иногда для виду, но совершенно безобидная.

– У меня тоже была история на первом курсе. – Лена провела по мороженому языком, и мне стало тяжело дышать. – На экзамене я скатала вопрос со шпоры и пошла отвечать. Молодой преподаватель наклонился ко мне и шепотом спрашивает: «Списала?» Я так же ему шепотом: «Нет». А он: «Скажи, кто списал, поставлю четверку». Я говорю: «Не знаю». А он мне: «Тогда держи трояк».

– И ты обрадовалась?

– Конечно! – рассмеялась девушка. – Я даже крикнула: «Ура!»

– Ну ты даешь!

Мы доели мороженое, встали и пошли вдоль витрин с магазинами.

– О, смотри какая! – потянула меня Лена.

За стеклом магазина мужской одежды красовались манекены в стильных прикидах.

– Что там?

– Смотри, какая рубашка! Примеришь?

– Мне не нужна рубашка, – попытался сопротивляться я.

– Нет, она как на тебя, идем!

Девушка почти на буксире затащила меня в магазин и запихнула в примерочную.

– Какая красота! – воскликнула она, когда я смущенно выглянул из-за шторки. – Вау, как тебе идет…

– Лен, в мои планы не входило…

Она захлопала в ладоши:

– Можно я тебе ее подарю? Можно? Можно? – Лена сложила руки, умоляя. – В благодарность за твою помощь в учебе.

– Я так не могу. – Задвинул я шторку.

– Мы ее берем! – скомандовала она, заглянула в примерочную и улыбнулась: – Мне будет очень приятно, честно-честно.

– Принимать подарки – это как-то… не по-мужски, – вздохнул я.

– Да брось! – Лена задернула шторку обратно.

– Я сам оплачу ее, ладно?

– Ни за что, – раздался ее голос.

Я даже из примерочной ощущал аромат цветущей яблони, исходящий от ее волос.

– Хорошо, пусть будет подарок.

– Еще я хочу купить что-нибудь вкусненькое Федору Степанычу, – добавила Лена.

Я снял рубашку, повесил на вешалку и потянулся за своей футболкой.

– Кстати, об этом, – говорить о таких вещах было трудно, – в приюте дела идут не очень. Его хотят закрывать.

– Как?! – воскликнула Лена, отдернув штору.

Все продавцы, включая кассира, а также остальные покупатели уставились на мой голый торс.

Я смущенно кашлянул.

– Ой, прости. – Девушка закрыла шторку наполовину. – Что значит – закрывать?

Я надел футболку и взъерошил волосы:

– Администрация остановила финансирование, и у приюта теперь большие долги.

Взял рубашку и вышел из примерочной.

– Тогда нужно что-то делать! – взволнованно сказала Лена. – Нужно найти спонсоров, собрать средства… Мы могли бы написать посты в соцсетях, расклеить листовки, организовать сбор денег. Что думаешь?

– Неплохая идея, – задумался я.

Лена выхватила у меня рубашку, отнесла на кассу, выудила несколько купюр из кармана и быстро расплатилась.

– Последние деньги, – пояснила она, – папа заблокировал мою карточку из-за долгов по учебе. Но я очень хотела потратить остатки сбережений на подарок тебе. – Девушка вручила мне пакет. – Ну как сбережений… Вчера я перебирала гардероб и насобирала кое-чего по карманам.

Мы рассмеялись.

– Спасибо, Лена, – сказал я. – Получать подарки приятно.

– Дарить приятнее, – смутилась она.

Мы направились к выходу.

– Дай руку скорее! – шепнул я на выходе из магазина.

– Что такое? – растерянно глядя по сторонам, пробормотала Лена.

Ее ладонь была крошечной и мягкой. Я сжал ее и ощутил необыкновенное тепло, распространившееся по всему телу.

– Там моя бывшая, – прошептал, наклоняясь к ее уху.

– Где? – тихо спросила Лена, идя рядом и держа меня за руку.

– Там! – я неопределенно мотнул головой.

Мы шли вдоль торговых рядов, и она осторожно косилась на каждую идущую навстречу девушку. Мы прошли метров пятьдесят, прежде чем она остановилась и посмотрела на меня: