Счастья тебе, дорогуша! - Татьяна Веденская

– Но я же видела твой украинский паспорт!

– Ну и что? У меня два паспорта. Но женился я по канадскому паспорту. Видишь, все и объяснилось!

– Я, если честно, ничего не понимаю. Значит, мы не будем жить в Киеве?

– Определенно не будем, – улыбнулся он.

– И ты – не безработный?

– Знаешь, я вообще-то довольно-таки обеспеченный человек. По крайней мере я тебе обещаю, что пельменями питаться мы больше не будем. А вообще я уверен, что тебе в Канаде понравится. Там все то же самое, что и у нас, только лучше. Снега глубже, зима морознее, а солнца больше. А в остальном все абсолютно то же самое. Только пробок меньше.

– А где именно ты живешь?

– В Торонто, – легко и просто ответил он. И за этим ответом на самом деле стояла целая другая жизнь. Мы потом еще долго согласовывали все вопросы в канадском посольстве, получали визу, собирали кучи документов. Яше пришлось уехать раньше, его ждал новый пост. А я тут заканчивала все дела, уволилась с работы, решала с Жанной вопрос, куда деть ее собачек. Я, кстати, уже довольно сильно привязалась к Василию Алибабаевичу, а Яша, то есть Джекоб, если звать его на канадский манер, сказал, что определенно надо будет нам завести собачку, как только я приеду. Хотя лучше сначала все же поработать над созданием детей. Пары-тройки, как он думает, будет достаточно. В крайнем случае не больше пяти. Я, правда, очень волновалась из-за возраста, но он успокоил меня. Здесь в тридцать четыре года только начинают задумываться о таких вещах. Так что мы обязательно все успеем.

Кешка мне больше не звонил, и вопрос о деньгах как-то был закрыт сам собой. Сказал ему или не сказал о моей свадьбе Павел, я так и не узнала, но, думаю, он все узнал бы и сам, если бы захотел. В нашем тесном мирке сплетни разлетаются быстро, а о такой вкусной истории, как моя, были готовы потрепаться все. Но мне это было совершенно все равно, я ждала своего часа «Икс», когда я сяду в самолет и, перелетев через полмира, снова найду свой мир и покой в сильных руках моего вечно взлохмаченного медвежонка. Мы разговаривали с ним почти каждый вечер, когда находили окошко совместимости в наших часовых поясах. Исключение составил только тот день, когда я накрывала прощальный стол у себя на работе, так мы с девчонками так напились, что я забыла телефон, а вспомнила об этом только наутро.

Как я добралась до дома, помню смутно, но зато помню, как в очень нетрезвом состоянии я стояла с собаками в нашем дворе и объясняла им, что, к сожалению, мне скоро придется уезжать, так что они должны быть умничками и не есть никого, даже если от него пахнет пивом. Но они, кажется, уже относились к пиву по-другому, сугубо положительно. И вообще, скоро к ним вернется их чудесная хозяйка Жанна и жизнь у них наладится. Все будет ого-го, не то что со мной, непутевой. И собачки слушали меня, даже, как мне казалось, кивали и что-то отвечали. И только наутро, проснувшись с больной головой, я вспомнила, что, дура и балбеска, забыла все на свете на работе, с которой уволилась, и поперлась снова туда. А потом долго объяснялась с недовольным Яшей, где это меня всю ночь носило и почему это я не отвечала на его звонки. И я вспомнила с некоторым страхом, как одна такая глупость уже развела нас с ним в разные стороны на долгие годы. Неужели и сейчас все может повториться? Из-за какой-то ерунды типа забытого телефона? Но мы стали уже гораздо взрослее и, хочется думать, чуточку мудрее.

– Ладно, только береги себя. Помни, я тебя очень жду, – сказал он, и на этом инцидент был исчерпан. Конечно, это было только начало. И впереди нас ждала очень сложная жизнь, впереди была мамина истерика, ее частые звонки и крики в любое время суток. Что раньше она ко мне хоть и через границу, но все-таки могла доехать, а теперь что же? И в кого только я такая непутевая? И зачем только я опять придумываю невесть что? И кто его знает, каково это будет жить в другой стране? А вдруг у вас там с ним ничего не сложится, и что? Что ты будешь делать? А? А если дети пойдут, то на каком языке они будут говорить, если там говорят и на английском, и на французском, и мы на русском. Не сойдут наши будущие дети с ума? И будем ли мы привозить их на лето? И вообще, как это все будет?

И я, признаться, не знала ни одного ответа ни на один вопрос. Но какая, в общем-то, разница, если со временем я все узнаю. Надо только подождать.