Опасные иллюзии - Марина Эльденберт

Она отступила на несколько шагов и сцепила пальцы, с надеждой глядя ему в глаза. Пусть все было решено, ей отчаянно хотелось почувствовать его поддержку и одобрение.

— Шеппард предложил помочь мне развивать дар. — Она увидела, как его серые глаза затягивает льдом, и поспешно добавила: — Для этого мне вовсе не обязательно работать на Дариана. Сэм обещал, что научит меня азам, и я смогу помогать людям. Я… я больше не могу оставаться в стороне. Риган, сила — это часть меня!

На мгновение ей показалось, что Эванс сейчас развернется и уйдет к себе, но неожиданно взгляд его потеплел. Агнесса улыбнулась и бросилась ему на шею. Кажется, он понял, как много это значит для нее!

— Спасибо, — прошептала она, хотя от счастья хотелось кричать.

— Пожалуйста, — буркнул Риган, и по его голосу Агнесса поняла, что он улыбается.

* * *

Они начинали не с работы с энергиями. Как нельзя кстати пришлись утренние пробежки и тренировки, которые Агнесса не забросила ни на Тенерифе, ни на Мальте. Сэм сказал, что для нее достаточно просто поддерживать форму и продолжать в том же духе.

А вот сосредоточенность и усидчивость никогда не были ее сильными сторонами. Она привыкла к подвижности, поэтому дыхательные практики и медитации порой выводили из себя. Агнесса никогда не понимала йоги и поражалась, как Сэм мог часами пребывать «по ту сторону реальности». Самой ей постоянно становилось то неудобно, то холодно, то жарко, то руки затекали, то ноги.

Они занимались в специальном зале, сидя на полу на мягких ковриках, но иногда поднимались на утесы и медитировали прямо на камнях. Такие занятия нравились девушке гораздо больше. Звук волн, бьющихся о скалистый берег, крики чаек, легкий ветер помогали ненадолго отключаться от неприятных обязанностей.

Агнесса чувствовала себя необычно, иногда безумно, но у нее начинало получаться. Своим маленьким достижениям она радовалась, как ребенок Единственное, что расстраивало, — по-прежнему редкие встречи с Риганом. Усталость брала свое, и возвращения Эванса с занятий Агнесса дожидалась не всегда. Она наслаждалась даже краткими мгновениями рядом с ним, но так и не набралась смелости спросить, что ждет их в будущем.

Невозможно построить длительные и крепкие отношения на одном сексе. Такие мысли иногда наводили тоску, а потом появлялся он с озорной мальчишеской улыбкой — и ее сердце таяло. Предстоящая разлука казалась далекой и призрачной. Агнесса старалась о ней не думать, потому что в таком свете радость возвращения домой тускнела на глазах. И уж тем более она не хотела думать о том, что он мог бы поехать с ней. Агнесса знала, что этому не бывать. Риган еще на Тенерифе дал понять, что все это временно, а она так и не решилась на признание. Ее чувство наверняка все разрушит: в лучшем случае он посмеется, в худшем — отвернется от нее. Как сделал Энди.

К такому Агнесса не была готова, поэтому поступила как всегда: заперла свои чувства на замок и все силы бросила на обучение. День за днем она постигала тайны и суть исцеления. До тех пор, пока не оставалось уже никаких мыслей и все, на что она была способна, — обнять подушку и спать. Это действительно спасало, а большего Агнесса пока не ждала.

Поставив перед собой цель, она двигалась к ней уверенно и быстро и тренировалась даже дома. Агнесса увеличила физическую нагрузку и стала работать с энергиями по вечерам. Никто не стоял над душой, не ограничивал, и за несколько дней основательной личной практики она достигла успехов куда больших, чем за всю предыдущую неделю. Одновременно приходилось, совсем как в университете, изучать анатомию и историю Древности.

Когда Сэм показал Библиотеку, Агнесса чуть не осталась там жить. Библиотека занимала самый верхний этаж виллы. Тесно прижатые друг к другу стеллажи со старинными тяжелыми фолиантами, написанными от руки на незнакомых языках, папирусы и глиняные дощечки, сохранившиеся до нашего времени благодаря магам Древности. В конце комнаты стояли широкие деревянные столы, а на них, словно вырванные из реальности, — современные компьютеры. Как бы Агнессе ни хотелось прикоснуться к знаниям через записи очевидцев, она не могла разобрать ни строчки, поэтому в основном пользовалась ноутбуком. К счастью, большинство материалов уже перевели на современные языки.

И все же ей нравилось приходить в Библиотеку: сам воздух здесь был наполнен прошлым. Она знакомилась с историей пробужденных и в эти часы забывала обо всем. Чаще всего встречались стихийные маги. Такой дар мог как разрушать, создавая смерчи, наводнения, пожары и извержения вулканов, так и созидать, принося ливни в засуху и укрощая бури ради спасения людей. Алхимики действовали через свои изобретения — зелья и заклинания. Они умели запечатывать энергию в артефакты и использовать ее даже вдали источников силы. Именно о них когда-то шла молва ведьм и колдунов. Иллюзионисты умело отводили глаза, их недолюбливали за совершенное мастерство обмана. Архитекторы управляли пространством и могли в прямом смысле сдвинуть горы. Чем больше она читала, тем больше погружалась в безграничный и притягательный новый мир.

Пробужденных пока было мало, а Клотильда делала все, чтобы Риган постоянно был занят, поэтому чаще всего Агнесса сидела в огромной пустынной Библиотеке одна. Пару раз заглядывала яркая высокая женщина с длинными темными волосами в платье с таким откровенным вырезом, что в нем спокойно можно было утонуть, а однажды Агнесса столкнулась с высоким темноволосым мужчиной в очках. Иногда вместе с ней приходил Сэм, но большую часть времени здесь царила тишина. Все, кто заходил, пользовались компьютерами, даже Шеппард, поэтому Агнесса очень удивилась, увидев склонившегося над свитком незнакомца в белом костюме. Он мог бы сойти за старшего брата Сэма: темноволосый, смуглый, уже не молодой, но вполне привлекательный.

Когда она проходила мимо, незнакомец оторвался от чтения и привстал. Легкое покалывание в ладонях — непонятно почему встрепенулась собственная сила. Она кивнула на молчаливое приветствие, украдкой взглянула на свиток. Какие-то странные, но красивые закорючки, наверняка написан на одном из мертвых языков.

— Вы понимаете, что там написано?

Глупее вопросов не придумаешь. Агнесса готова была провалиться сквозь землю, но незнакомец и бровью не повел.

— Это финикийский. Я перевел большинство записей, которые здесь хранятся.

— Ничего себе! Благодаря вам все мы можем это читать? Спасибо!

Улыбка на мгновение стерла с его лица отрешенность, зато в уголках глаз и под ними собрались морщинки. У него были необыкновенные глаза: ярко-синие, но усталые, как у древнего старика. Словно он прожил больше, чем отмерено, и тяготился этим. Ригану двести восемнадцать, но она никогда не замечала в нем такого. Сколько же лет этому человеку?

Она поймала себя на мысли, что смотрит на мужчину не отрываясь, опустила взгляд и увидела срывающиеся с собственных пальцев искры. Ее дар вел себя как-то странно — чаще всего он пробуждался неосознанно, только тогда, когда нужна помощь. Агнесса поспешно отвела руки за спину: напоминать неисправную электрогирлянду в присутствии незнакомца не хотелось.