Песчаный рай - Татьяна Тронина

И в этот момент за дверью раздался грохот. Стул зашатался – кто-то снаружи рвался в процедурный кабинет.

– Дина, ты все врешь… – с ожесточением повторил Руслан и свободной рукой снял автомат с плеча. – Блин, я же тебя насквозь вижу. Называется – пожалела овечка волка!

– Помогите! – закричала Дина. «Что бы я ни сделала, я всегда буду виновата… С ним нельзя договориться! Я только его разозлила!»

Дверь дернулась, стул отлетел в сторону, она распахнулась… Тишина, а потом в кабинет заглянули с обеих сторон Демченко с Фроловым. Увидели Дину с Русланом, явно приободрились. Солдаты вошли, топая сапогами – бледные, с темными подглазьями, но уже бодрые на вид.

– Товарищ майор, вы здесь? – радостно начал Фролов. – Разрешите доложить. Мы только что блокировали в соседнем корпусе этих бандитов. Сейчас ждем подкрепление…

– Товарищ майор, мы думаем, это была спланированная акция, вместе с отравлением! – возбужденно подхватил Демченко. – Сейчас старшина Назаров…

Дина дернулась, вырвалась из рук Руслана, но тот молниеносным движением снова перехватил ее за волосы. Лица у вошедших солдат вытянулись – они явно не ожидали, что их командир поведет себя так.

– Туда, – Руслан мотнул головой, указав в угол. Солдаты, безоружные, послушно переместились в указанном направлении. Руслан одной рукой держал автомат, другой тянул за собой Дину. – Тебе больно, Дина? Ты же любишь боль… Ах мои пальцы, мои бедные пальцы… – передразнил он. – Какого черта ты все время берегла свои пальцы? Ты что, всерьез надеялась стать великой скрипачкой? Это же смешно. – И он тряхнул ее за волосы.

– Товарищ майор, – вдруг подал голос Демченко. – Так нельзя обращаться с женщиной. Дина Алексеевна – жена ваша, супруга, можно сказать, а вы… и обстановка сейчас не та, чтобы семейные проблемы решать.

Фролов дернул друга за рукав, но Демченко и не думал успокаиваться – смотрел на Руслана с укоризной.

– Демченко, не надо, миленький… – произнесла Дина дрожащим голосом. – Мы сами…

– Конечно, мы сами, – устало сказал Руслан. – А то, что ты на Дину и раньше пялился, я знаю. Ну, еще на нее посмотри.

Дина, пытаясь вырваться, потянулась, правой рукой схватилась за дверной косяк. И в этот момент Руслан с коротким ехидным смешком, со всего маху, остервенело – захлопнул другую створку.

Пальцы Дины оказались между двумя половинками дверей.

* * *

…Никита выехал за ворота автомастерской, по узкой улочке выбрался к шоссе. На площадь он решил не сворачивать – День города, слишком много народу, особо не поездишь.

Двигатель работал нормально, никаких посторонних шумов и стуков. Надавив на педаль газа, Никита помчался вперед.

– Йе-ху-у… – издал он ликующий вопль.

«Ласточка» могла вновь колесить по дорогам, а он, Никита, – как и прежде, сидел за рулем. Немного забытое, бесконечно прекрасное ощущение.

Вперед, только вперед!

Проехав пару километров, Никита развернулся и вновь направился в город.

Пока по узкой улочке добирался обратно к автомастерской, заметил людей – те торопливо бежали вдоль дороги, так же торопливо ныряли в свои дворы, словно спасались от кого-то. Это показалось Никите странным, но задумываться он не стал – находясь все в том же состоянии эйфории.

Остановился у ворот.

– Артур, как новенькая… Руль как будто туговат, но это ерунда… Можем хоть прямо сейчас с Диной ехать! Она еще не вернулась?

– Нет… Никита, ты что, не в курсе? – Артур – жилистый, провяленный на солнце мужик – испуганно нагнулся к окошку, лихорадочно продолжая вытирать промасленные руки какой-то ветошью. – На город напали.

– Кто напал? Откуда? – ошеломленно спросил Раевский.

– Оттуда, – Артур кивнул головой в сторону границы. – Сейчас соседка прибегала – на площади погром устроили. Стреляли.

– На площади?

«На площади больница. А там – Дина…»

– Ты куда? Давай во двор, я ворота сейчас закрою! – крикнул Артур, заметив, как Никита поворачивает руль.

Но Раевский не стал слушать Артура. Взревев, машина сорвалась с места и свернула в проулок, что вел к площади.

Разогнаться не получалось – дорога между домами была довольно-таки узкая, и навстречу время от времени попадались люди, бегущие с площади. «И правда, что-то случилось…» – глядя на испуганные лица прохожих, подумал Никита. Кто-то стучал по капоту, махал рукой, призывая ехать обратно.

Никита покачал головой, продолжая движение. Страха он не чувствовал. Лишь беспокойство за Дину. «Как знал – не надо было ее отпускать!»

Он выехал на площадь – уже пустую, по которой ветер гнал обрывки бумаги. Покосившаяся деревянная сцена, оборванные гирлянды. Мимо пробежали люди, судя по виду, обычные горожане – женщина и мужчина. Мужчина прижимал к груди ребенка. У взрослых лица отрешенные, мрачные, ребенок ревел.

Полицейский в белой парадной рубашке – немолодой, пузатый – торопился куда-то.

– Что случилось? – выскочил из машины Никита.

– Уходите, – коротко бросил полицейский. – На больницу напали. Говорят, взяли заложников.

Автоматная очередь издалека.

Пару-тройку раз, участвуя в гонках по странам и континентам, Никита попадал в передряги – то местное население забастовку устроит, то какой-нибудь переворот… Но все обходилось, да и не склонен был гонщик переживать из-за чего-либо, что не касалось его лично… Только гонки, и ничего, кроме гонок. Все происшествия проходили словно мимо его сознания, не задерживаясь надолго. Но сейчас… Сейчас от происходящего зависела его собственная судьба.

– Я с вами! – крикнул Никита, догоняя полицейского. Они обогнули здание больницы – там, у запасного выхода, толпились солдаты. Время от времени из-за каменной ограды раздавались выстрелы.

– Иди отсюда, парень! Чего привязался… – плачущим голосом заорал полицейский, заметив Никиту.

– Не могу. У меня там… у меня там – жена! – в ответ заорал Раевский.

…Дина не являлась его женой. Хуже того – она была чужой женой еще. Но невозможно было представить мир без нее. Дина стала для Никиты воздухом. Водой. Солнцем. Всем тем, без чего невозможно жить. Она была утешением и спасением – ведь любой мужчина, даже самый сильный и самодостаточный, без этой нежной женской поддержки («Милый, я с тобой!») – сдохнет. И Дина, в свою очередь, тоже не могла без его поддержки. Он, Никита, – для Дины, а Дина – для него.

Поэтому кто она, Дина, если не жена?..

Автоматная очередь. Полетела щебенка. Чьи-то крики. Команды:

– К стене прижаться, не выходить!

– Назад…

– Обходи их, обходи!

Что происходило там, внутри больничных корпусов – не разобрать. Но скоро Никита понял (из обрывков разговора и отдаваемых команд), что бандиты были заблокированы в одном из корпусов. Незваные гости вошли туда, наткнулись на заграж-дение, а выйти тоже не смогли – снаружи их встретил автоматчик из наших. Бандиты оказались в ловушке.