Чертовка - Бертрис Смолл

— Я проголодалась, — сказала Изабелла, — Мы не ели с тех пор, как выехали утром из монастыря. Ступай в Большой зал. Там наверняка будет Рольф или кто-то из лэнгстонцев. Скажи им, что хочешь взять для нас еды, и принеси ее сюда.

— Давайте я сперва найду для нас воды, — сказала Агнесса. — А потом добуду поесть. Я тоже голодна. — Она взяла кувшин, вышла из комнаты и вскоре вернулась с наполненным кувшином и еще целым ведром воды. — Мне помог один любезнейший стражник. Он позволил прихватить и это ведро, — сказала она.

Агнесса отправилась на поиски ужина, а Белли поставила кувшин на горячие угли в углу камина, чтобы согреть воду для умывания перед сном. Она соскучилась по ванной и гадала, доступна ли такая роскошь в этом странном месте.

Агнессы не было очень долго, но, вернувшись, она принесла с собой хлеб, сыр, большой кусок баранины, графин с вином и два кубка. Ей помогал один из лэнгстонцев.

— Я нашла лорда Рольфа в зале, госпожа, — сказала Агнесса. — Он показал мне, где можно найти еду, и послал со мной Берта, чтобы он стоял на часах у дверей спальни.

Он сказал мне, что будет менять караульных, а утром сам придет проведать вас.

— Ты поужинал, Берт? — спросила Изабелла стражника.

— Да, миледи. Правда, еда здесь не такая свежая, как у нас дома. Я хочу вернуться поскорее. Сколько мы здесь пробудем? — Берт нервно переминался с ноги на ногу. Лэнгстонские стражники просили его хоть что-нибудь разузнать на этот счет.

— Король послал гонца ко двору своего брата в Нормандию, — объяснила Изабелла. — Мы должны дождаться его возвращения. А до тех пор мы с моим отчимом будем участвовать в королевской охоте по приглашению его величества. — Она улыбнулась часовому. — Я тоже хочу вернуться домой поскорее, — добавила она.

— Ну вот, ты все услышал от самой госпожи, Берт, — ворчливо сказала Агнесса. — Убирайся из нашей спальни и сторожи нас хорошенько, чтобы мы наконец смогли спокойно поесть. — И она подкрепила свои слова внушительным тычком под ребра. Берт поклонился и исчез за дверью.

Агнесса накрыла на стол для себя и своей госпожи.

Они сели и приступили к ужину. Хлеб был свежим, сыр — недурным на вкус, но баранина оказалась жесткой, что не преминула отметить Агнесса, отчаянно пережевывая жилистое мясо и глотая его большими кусками. Изабелла изо всех сил старалась сдержать смех, но, как обычно, ей это не удалось.

— Ты права, — сказала она служанке, — Баранина просто ужасна. Я думала, король питается лучше.

— Надо было взять жареную рыбу вместо этого мяса, — сказала Агнесса, — но, честно говоря, мне не понравилось, как она пахнет. Может быть, все дело в этом дурацком соусе.

— Когда мы сможем обедать в зале, все будет лучше, — сказала Изабелла, — по крайней мере я на это надеюсь.

Они расправились с ужином, Агнесса убрала со стола остатки, и тут раздался стук в дверь. На пороге стоял маленький мальчик, не старше шести лет, весьма изящно одетый. Он гордо прошествовал мимо Берта и поклонился женщинам. В руках у него была маленькая корзина из ивовых прутьев.

— Добрый вечер, миледи Изабелла. Я — Генри Бошан, паж на службе короля. — Он вручил Изабелле корзину. — Мой господин король надеется, что вам придется по душе свежая клубника, миледи.

— Передайте королю мои благодарности, Генри Бошан, — учтиво ответила Изабелла. Не в силах сдержать любопытство, она спросила:

— Сколько вам лет?

— Шесть, миледи, и я нахожусь на королевской службе уже год, — пропищал мальчик. — Когда моя мать умерла, меня отправили ко двору. Видите ли, король — мой отец. Мои родные решили, что у меня будет больше шансов возвыситься, если я буду рядом с ним, чем если останусь для него простым воспоминанием. — Он снова поклонился. — Я передам королю, что вы остались довольны, миледи. Желаю вам спокойной ночи. Да пошлет вам Господь хороший отдых и приятные сновидения.

— Матерь Божья! — воскликнула Агнесса, когда за малышом захлопнулась дверь. — Какой любезный молодой господин, и в каком он нежном возрасте, миледи!

— Да, — задумчиво отозвалась Изабелла, поедая ягодки клубники, заботливо уложенные на подстилку из зеленых листьев.

Этот мальчик был внебрачным сыном короля. Что же будет, если она не сможет удержать короля и будет вынуждена покориться его желаниям? Неужели она тоже станет матерью бастарда? Хью никогда не простит ее. Она сама никогда себя не простит!

— Скажи мне, Агнесса, твоя старая бабушка не знала такого зелья, которое помешало бы мужскому семени проникнуть в утробу? — спросила она служанку.

Девушка вспыхнула от смущения.

— Ох, миледи, что за ужасная мысль! Это запретная вещь! — воскликнула она.

— Скажи правду, — настаивала Изабелла. — Этот мальчик — внебрачный сын короля. Что, если мне придется переспать с королем? Как мы сможем сохранить тайну, если я вернусь в Лэнгстон с животом, а моего мужа не было рядом со мной уже много месяцев? Мне надо как-то защититься.

— Если смешать кое-какие травки, они могут помочь вам, — медленно проговорила Агнесса. — Возможно, я смогла бы разыскать их на рынке, где мы были сегодня днем. Я могу завтра пойти поискать.

— Так и сделай, — велела ей Белли.

Они умылись теплой водой из кувшина, разделись и легли в постели, не забыв задуть свечи. Огонь в камине медленно угасал; в конце концов остались лишь оранжевые угольки, которые постепенно тускнели и растворялись н серой пустоте. Вначале до слуха Изабеллы доносились из дальнего зала звуки веселья, потом они умолкли, и тишину нарушало лишь мерное негромкое похрапывание Агнессы.

Изабелла лежала в новой постели, в непривычной комнате, в незнакомом месте.» Вот это был денек!»— подумала она. За один этот день она увидела и узнала больше, чем за все дни их путешествия, вместе взятые.

Она размышляла о своих будущих нарядах. Она никогда не видела таких изысканных тканей, как те, что они с Рольфом купили сегодня на рынке. И хотя король обеспокоил ее, особенно в тот момент, когда смотрел ей прямо в глаза, она думала, что если бы не приехала ко двору, то никогда бы не узнала о существовании таких чудесных нарядов. Когда они будут возвращаться домой, она купит еще тканей у мастера Джона для своей матери, чтобы она смогла сшить себе платья по образцу ее.

Агнесса проснулась раньше своей хозяйки и, одевшись, поспешила в Большой зал, чтобы добыть что-нибудь на завтрак. Она подошла к помощнику повара и взяла у него свежевыпеченный хлеб, масло, мед и пару сваренных вкрутую яиц, поблагодарив парня улыбкой и жестом. К ней подошел лэнгстонский стражник, сказав, что должен сменить Берта; Агнесса послала его раздобыть кувшин сидра.

Вернувшись в спальню, она наполнила кувшин для умывания свежей водой, развела огонь в камине и поставила согреваться воду.

Услышав шум, Изабелла открыла глаза, удивившись, что проспала рассвет. Потянувшись, она взглянула на Агнессу: