Великосветские воровки, или Красиво жить не запретишь! - Юлия Шилова

– У тебя не только ребра сломаны, но, по-моему, ипереносица. Тебя срочно в больницу надо. Ты, самое главное, до больницыпотерпи.

– Потерплю, не в первый раз, – еле слышно сказал Вадим изакрыл глаза.

– Неужели он умер?! – испугалась я и стала хлестать Вадимапо щекам. Брат тяжело вздохнул:

– Он не умер. Он просто отключился.

– Как это отключился?

– Потерял сознание от боли. У него шок. Вообще он довольнокрепкий мужичок, должен выкарабкаться.

Я смахнула слезы.

– Все-таки ты его любишь, – вздохнул Славка.

– Может быть, – ответила я.

Брат позвал Саню, и они вдвоем вытащили Вадима из погреба.Он очнулся и сощурился от яркого света. Увидев на моих глазах слезы, Вадимпрошептал:

– Не плачь. Все уже позади.

Саня, залившись малиновой краской, молчал.

– Ждите меня, – сказал Славка. – Я за врачом. – А ты, Саня,ищи ближайший телефон и зови наших пацанов сюда.

Саня послушно кивнул и вышел проводить брата.

Славка сел в машину и завел мотор.

– Может, “скорую”, – крикнула я.

– “Скорую” нельзя, – сказал он, – ты же знаешь. Я быстро.Сейчас привезу хорошего врача. Высунувшись в окно, Славка обратился к Сане:

– Звони пацанам. Пусть на всех порах несутся сюда!

Когда брат уехал, Саня, не говоря ни слова, сел в свой“ниссан”. Я поднялась на крыльца и вошла в дом. Вадим уже очнулся.

– Славка поехал за врачом. Говорит, что “скорую” вызыватьнельзя. – Голое мой задрожал.

– Твой брат знает, что делает, – улыбнулся Вадим. –Позвонить в “скорую” это равносильно тому, что милицейский наряд вызвать.

– Да уж, ментам доверять нельзя, – вмешалась Марта. – Будьты хоть какой законопослушный гражданин, они любого так и норовят к ногтюприжать. Только и смотрят, с кого деньги слупить можно. Я один раз пошла кучастковому на соседей пожаловаться. Шумят сильно, сил нет терпеть. Так онпосмотрел на мой прикид и моментально повернул разговор в другое русло. Мол,где вы работаете, уважаемая, чем промышляете, по средствам ли живете?! Будто яна исповедь пришла в содеянных грехах покаяться. Я говорю, вы лучше моихсоседей проверьте: каждый вечер гулянки, а он мне в ответ: что мне вашихсоседей проверять? Они люди простые, на одну зарплату тянут, а вот вы менядавно интересуете. Зачем вам три кондиционера на одном окне? Не многовато ли? Яот такой наглости чуть со стула не упала. В общем, после этого случая я вмилицию не хожу. Им только повод дай, чтобы зацепиться. Славка мне потомобъяснил, что в милицию без крайней необходимости лучше не обращаться, а ужесли приспичит, делай все по закону Напиши заявление, проследи, чтобы всеформальности соблюдались, на вопросы отвечай уклончиво, лишнего не говори.Участковые в большинстве случаев собирают информацию для криминальных структур.Их домой ни в коем случае пускать нельзя, если, конечно, ты живешь более-менееприлично. Если прознают, что в квартире имеются ценности, жди разбойногонападения. У них это четко отлажено.

– Скажешь тоже, – фыркнула я – Я, конечно, ментам тоже недоверяю, но не до такой же степени.

– И зря. Жизнь тебя еще научит. Они любят наведываться ктем, кто зарабатывает неплохо, как бы для знакомства. Мол, я ваш участковый, ивы должны знать меня в лицо. Вот и ко мне такой пришел, когда Славки дома небыло. В квартиру я его не пустила, на пороге стояли, разговаривали. Он мне тактю-дружески:“Марта Геннадьевна, а у вас в доме оружие есть? А вы давно здесь живете? Ародственники у вас есть? А муж ваш к какой криминальной группировке относится?”Я такого хамства не выдержала и дверь у него перед носом захлопнула. Славкапотом на меня, знаешь, как орал. Он мне строго-настрого запретил кому-либооткрывать, пусть там хоть с десять участковых стоит! Хочет пройти в квартиру,так пусть покажет санкцию прокурора на обыск и понятых приведет. Беседовать сним тоже нельзя, он же не школьный товарищ. Хочет поговорить, пусть пришлетповестку в участок, да и то без веского основания он ее прислать не может.Многие менты идут в милицию только для того, чтобы левые бабки грести. Славкакаждый месяц таким вторую зарплату выплачивает, чтобы они стороной обходилирестораны и магазины на его территории. Если уж происходит что-то из ряда вонвыходящее, они сначала спрашивают, что можно обнародовать, а что нельзя. Илипокажи мне хоть одного гаишника, который не берет взяток. Я сколько лет зарулем, еще ни одного не встретила. У меня сосед гаишник, так ему не только себянадо обеспечить, но еще и набрать энную сумму, и отдать ее начальству, иначеему на “шевроле” ментовском не ездить.

– Все правильно Марта говорит, – подтвердил Вадим. – Большеполовины легавых уже давно продались. Если в Кресты проститутку заказать можно,это уже говорит само за себя. Правда, в питерском уголовном розыске ещеостались люди, вызывающие истинное уважение… А насчет участковых Мартаполностью права. С ними без надобности на контакт никогда не иди – каждый своюсумму отрабатывает.

Я посмотрела на полопавшиеся губы Вадима и спросила:

– Вадим, может, тебе водички принести?

– Не надо, Танюха, скоро будем пить “мартини”. Я вообще впорядке. Просто несколько ребер сломано да переносица.

Я гладила голову Вадима, лежавшую у меня на коленях. Мартабыла рядом. Примерно через час я услышала, как за окнами резко вскрипнулитормоза. Выглянув в окно, я увидела машину Сани.

– Саня приехал, значит, скоро и Славка появится.

– Приехал, и не один, – сказала Марта. Рядом с домомостановился навороченный джип. Я улыбнулась и посмотрела на Вадима.

– Ну вот, мой хороший. Теперь ты в безопасности. Все позади.

Вадим приподнялся, лицо его помертвело.

– Это Юсуп, – сказал он и опять потерял сознание.

Я спросила сквозь слезы:

– Ты ошибся, Вадим, это не Юсуп. Саня наш друг. Они дружат сбратом много лет… Я знаю, старые связи всегда самые крепкие. Саня неплохойпарень, просто я его не люблю. Хотела полюбить, но не смогла… У тебя же тожетакое бывало. Встречаешься с человеком, живешь под одной крышей, но не любишь.Чем дальше, тем хуже…

Вадим лежал без движения. Я гладила его волосы и терласьщекой о колючие щеки. За дверью раздались голоса.

– Ну, где тут твои телки? – донеслось до меня.