Красавец опекун - Стефани Лоуренс

Мартин от души расхохотался, не пытаясь скрыть свои чувства, затем похлопал приятеля по спине:

— Добро пожаловать в семью! — Они снова зашагали вперед, и тут Мартин удивленно вскинул глаза. — Боже мой, что за семья из нас получится! Если не ошибаюсь, это двуколка Дарси Гамильтона.

Хьюго посмотрел вперед и тоже заметил двуколку Дарси, стоящую у Делмер-Хаус. Сам Гамильтон, одетый с иголочки, отдавал распоряжения груму, прежде чем подняться по ступеням к двери. Тут к нему подошли Мартин и Хьюго.

Мартин усмехнулся:

— Ты тоже хочешь видеть Макса?

Выражение лица Дарси оставалось непроницаемым.

— Вообще-то да, — спокойно ответил он и тут внимательнее присмотрелся к приятелям. — Придется встать в очередь, как я понимаю?

— Боюсь, что да, — с усмешкой подтвердил Хьюго. — Может, стоит тянуть жребий?

— Погодите-ка минутку! — воскликнул Мартин, глядя на экипаж, стоящий на тротуаре перед двуколкой Дарси. — Это же дорожная карета Макса. Он что, ехать куда-то собрался?

Вопрос был адресован Дарси Гамильтону, но тот лишь покачал головой:

— Мне он ничего не говорил.

— Возможно, подопечные так его утомили, что он решил отправиться куда-нибудь отдохнуть и восстановить силы? — предположил Хьюго.

— Это вполне понятно, хотя мне кажется, что дело в другом, — задумчиво произнес Дарси.

Все трое растерянно стояли на тротуаре, глядя на экипаж. Тут открылась парадная дверь Делмер-Хаус, и показался Мастертон. Он поспешно подошел к карете и забрался на козлы. Взмах хлыста — и лошади поскакали прочь. Освободившееся место было тут же занято двуколкой Макса, запряженной парой гнедых, которые били копытами и нервно мотали головами.

Мартин удивленно вскинул брови.

— Мастертон и багаж, — сказал он. — Что же происходит?

— Какова бы ни была причина, — лаконично ответил Дарси, — нужно перехватить твоего брата сейчас, пока он не уехал на неделю или больше, предоставив нас нашим страданиям.

На лицах обоих его собеседников промелькнуло одинаковое выражение ужаса, весьма его позабавившее.

— Боже мой, верно! — воскликнул Хьюго.

Не говоря больше ни слова, они развернулись и поспешили к ступеням. Тут парадная дверь снова открылась, и появился сам Макс. Все замерли.

Макс, остановившийся на мгновение, чтобы надеть свои дорожные перчатки, посмотрел на собравшихся и усмехнулся, затем стал спускаться по лестнице. Ветерок развевал полы его пальто.

— Макс, нам нужно с тобой поговорить.

— Куда ты направляешься?

— Ты не можешь уехать прямо сейчас.

Рассмеявшись, Макс поднял обе руки, призывая к молчанию, затем объявил:

— Очень рад видеть вас всех. — Он снова взмахнул рукой, чтобы пресечь новую волну расспросов. — Нет! У меня нет ни времени, ни желания что-либо обсуждать. Поэтому отвечу кратко: да, да и еще раз да. Все довольны?

Дарси Гамильтон рассмеялся:

— Вполне.

Хьюго лишь озадаченно кивнул.

— Ты уезжаешь? — спросил Мартин.

Макс кивнул:

— Мне требуется отдых в каком-нибудь спокойном местечке.

Его голос звучал устало, что заставило Мартина усмехнуться.

— Одному или в компании?

Теперь пришел черед Макса усмехнуться.

— А вот это не твоего ума дело, дорогой братец. Направь-ка лучше свою энергию на то, чтобы удержать Лиззи от новых интриг. Тогда я буду доволен. — Он окинул взглядом две стоящие на дороге двуколки с нетерпеливо переступающими с ноги на ногу лошадьми. — Вообще-то я значительно облегчу вам жизнь. Всем вам. Советую отправиться в Твайфорд-Хаус. Мисс Твиннинг я увезу, а тетя Августа и миссис Элфорд во второй половине дня всегда отдыхают. Дом довольно большой. Если не сумеете заставить своих дам сердца ответить согласием на ваше предложение при таких условиях, я умываю руки.

Все с готовностью согласились и немедленно тронулись в путь: Макс с братом поехали в его двуколке, а лорд Дарси и Хьюго Денби — следом в экипаже Дарси.

Все четыре сестры Твиннинг сидели в малой гостиной в задней части дома, когда до их слуха донесся рокот мужских голосов у парадной двери. Вздохнув, Каролина взяла свой капор и попрощалась с сестрами, пребывающими в подавленном настроении. Она и сама испытывала схожую растерянность. Изнуренная утренними событиями, а также бессонной ночью, которую провела ворочаясь с боку на бок, не в силах побороть снедающее ее желание, она заснула в гамаке под вишнями. Сестры не стали ее тревожить и разбудили, лишь когда пришло время обеда. Вскоре должен был приехать Макс, чтобы вести ее на запланированную прогулку.

Идя по коридору в холл, Каролина ощутила возрастающее чувство возбуждения, охватывающее ее всякий раз перед встречей с Максом Ротербриджем. При мысли о том, что весь Лондон увидит ее сидящей рядом с ним в двуколке, наполняла ее восторгом. Каролина почувствовала, что ее вторая ипостась берет верх.

Сестры серьезно отнеслись к ее утренним наставлениям и потому остались сидеть в гостиной, а не кинулись всей толпой приветствовать своего опекуна, так что в холл Каролина вышла, в одиночестве. Она остановилась в удивлении, увидев перед собой не одного элегантно одетого джентльмена, но четырех.

Макс, взгляд которого как по мановению волшебной палочки обратился на нее, улыбнулся и, выйдя вперед, взял ее за руку. Он внимательно посмотрел ей в лицо, затем скользнул глазами по капору, свободно висящему на ленточках на сгибе локтя. Его улыбка стала шире, что заставило Каролину слегка покраснеть.

— Я рад, что вы готовы, моя дорогая. А где ваши сестры?

Каролина часто заморгала.

— Они в малой гостиной, — ответила она, поворачиваясь, чтобы поздороваться с Дарси Гамильтоном.

— Миллвейд, проводите джентльменов в малую гостиную, — распорядился Макс.

Дворецкому Миллвейду было далеко до невозмутимого Хиллшоу. На его лице явно читалось неодобрение. Однако он не мог ослушаться приказа хозяина. Каролина, любезно поприветствовавшая гостей, также не скрывала своего удивления. Не давая ей возможности запротестовать, Макс накинул ей на плечи плащ и твердо повел к двери. Каролина была вынуждена сдерживаться до тех пор, пока не села в двуколку Макса, а сам он не отпустил уличного мальчишку, державшего лошадей.

— Предполагается, что вы — наш опекун! Не кажется ли вам опрометчивым оставлять трех джентльменов наедине с вашими подопечными?

Взмахнув хлыстом, Макс пустил лошадей вскачь и засмеялся:

— Думаю, что ни одной из них сейчас не требуется дуэнья. Предложение лучше делать без посторонних глаз и ушей.

— Ох! Вы хотите сказать, что их посватают?