Зимний сон Малинки - Янина Логвин

«Спасибо, моя сладкая.

Ты прекрасна…»

«Теперь ты.

… У меня тоже нет твоей фотографии».

«Лови. Само собой я одет»

«Как жаль)»

«В следующий раз обещаю, что заставлю тебя краснеть»

«Ты красавчик, Гордеев. И ты улыбаешься.

…Тебе очень идет улыбка.

…И почему в школе ты был таким букой. Я бы влюбилась»

Это новый уровень отношений, от которого уходит земля из-под ног и хочется послать к черту поездку и вернуться к ней. Найти ее в этом холодном городе и забыться в ее тепле.

Все обязательно так и случится. Совсем скоро.

«Мне пора. Объявили посадку.

… Что тебе привезти?»

Машка не медлит с ответом. Она отвечает сразу и коротко, заставив меня улыбаться весь полет.

«Себя!»

Глава 38

Я прилетаю в город ранним утром, добираюсь до центра на такси и еще какое-то время сижу в кафе, просматривая новостные статьи, отвлекаясь на мысли и вкус горького кофе. Здесь он отменный. Такой же, каким был пять лет назад, когда я оказался в этом городе впервые. Парень бариста узнает меня и приветливо машет рукой, желает удачи и хорошего дня, и я отвечаю ему тем же. Хорошее место, приветливые люди, я бы с удовольствием привез сюда Малину и разделил с ней утро, просто сплетя наши пальцы. Она бы вписалась в этот город, с ее синими глазами и улыбкой. С длинными, вьющимися мягкой волной волосами и тихим смехом. Надеюсь, это когда-нибудь случится.

Однако сегодня у меня здесь встреча с другой девушкой и третья чашка кофе остывает нетронутой в ожидании ее прихода.

Диана Бартон, моя невеста. Красивая шатенка, знающая себе цену, которой уже не стать моей женой. Мы знакомы не один год, вместе учились в Сорбонне и долгое время были просто друзьями, она была свидетельницей моих увлечений и скорых разрывов, пока однажды жизнь не свела нас вместе. Прошлое лето оказалось долгим и холодным, таким же, как разговоры с отцом. Умеренно-жарким, что касается сближения, и закончилось помолвкой. Как только я дал согласие, стало ясно, что обратной дороги нет.

Ее и не было – дороги назад, я не привык отказываться от данных обещаний, и наши семьи планировали свадьбу и слияние части бизнеса… Планировали, пока в мою жизнь не вернулась Малина. Сначала ворвавшись в сны, а затем и явившись воочию.

Неважно, что я ничего не знал о ее жизни и не хотел знать. Неважно, что она была не со мной. Важным оказалось то, что едва увидев ее, я понял: мне нечего дать Диане, кроме фамилии. Ни сегодня, ни завтра. Никогда. Напрасно она ждет моих звонков. Напрасно обижается на редкие встречи и занятость. Напрасно надеется, что ее близость все исправит. Ничего не изменится. Привязав себя обещанием и сделкой, я всегда буду чувствовать удушье и спешить уйти. Все равно куда, как ухожу уже сейчас. До тех пор, пока однажды пустота не разрушит наш брак, а может, и нас самих.

Помолвка была ошибкой, и лучше не допустить продолжения. Тогда, возможно, Диана еще будет счастлива.

Но последнее время разговора с ней не получается и это измотало нас обоих. Как бы прямо я ни говорил, оказалось, что Диана не готова слышать. Надеюсь, сегодня мы сможем нормально поговорить и поставить окончательную точку в отношениях, иначе из тупика я выйду один.

Когда над входной дверью звякает колокольчик, я задумчиво кручу чашку в пальцах и не сразу реагирую на появление в небольшом кафе в центре Парижа высокой и красивой девушки в меховом манто. В эти предновогодние дни в городе царит настоящая зима, а Диана всегда боялась холода. Вот и сейчас она кутается в мех, желая оказаться в тепле своего дома. Она не привыкла к чужим условиям и ранним пробуждением, но я не оставил ей выбора, отказавшись приехать на ее квартиру.

- Дима! Привет! Как же я рада тебя видеть!

Диана приходит не по-утреннему нарядная, принеся за собой шлейф дорогих духов. Я встаю к ней навстречу и обнимаю. Целую в щеку, минуя губы, не позволяю поцеловать мои, и так же, как в прошлую встречу, твердое движение моих рук не остается незамеченным. Она огорчается, но виду не подает. Она слишком горда, чтобы спросить меня о причине – расстояние между нами никогда не сокращалось до откровения. А я после Машки не могу чувствовать другие губы. Слишком сладкий вкус Малина оставила после себя, чтобы разменять его с кем-то.

Я помогаю Диане раздеться, мы садимся за столик, и я делаю заказ. Угадать с выбором несложно, мы изучили друг друга довольно хорошо.

- Странное место для встречи, Дима, - улыбается Диана. Откинув плечи на спинку стула, она поправляет волосы, убирая их рукой на плечо. – Ты мог просто приехать ко мне. Ты ведь с дороги. Эти перелеты утомят кого угодно.

- Не мог. Ты помнишь, чем закончилась наша последняя встреча. Я решил, что так будет лучше для нас двоих.

Она помнит, но вспоминать не хочет. В прошлый раз разговора не получилось. Когда дошло до просьб и предложения близости – пришлось уйти. Я уже не принадлежал ей и понимал, что завтра будет только хуже.

Диана не отвечает. Продолжая улыбаться, пробует кофе, берет в руки столовые приборы и разрезает пирожное. Кладет маленький кусочек себе в рот, с удовольствием прикрыв глаза.

- М-м, мои любимые профитроли, ты не забыл. Я их обожаю! Здесь их готовят: ну просто пальчики оближешь! Как жаль, что приходится следить за фигурой. Вот так и начинаешь ценить подобные моменты. Ты помнишь, как я попробовала их испечь, но у меня ничего не вышло? – смеется, подхватывая ложечкой крем. - В чем секрет – до сих пор не пойму! Но было очень обидно. Иногда я чувствую себя ужасно беспомощной…

- Помню. Все получилось вкусно.

- А помнишь, как я мучилась с выбором квартиры, а ты сразу сказал на которой остановиться? Как будто знал, что для меня подойдет лучше. Я так рада сейчас, что тогда тебя послушала. Вот смотрю назад и не понимаю: как я могла сомневаться? Я без тебя, как без рук!

Диана игриво щурит карие глаза и вдруг начинает щебетать не умолкая, словно между нами и не было разговора, и я не разорвал помолвку, объяснив, что наше общее будущее больше невозможно. Невзначай касается моей руки и не убирает пальцы.

- Диана, послушай…

- Дима, не начинай. Пожалуйста! – отшатывается. - Неужели ты не видишь, что я не хочу об этом говорить?

Но говорить придется, и ей и мне. Для этого мы встретились. Я сжимаю ее ладонь в своей, и серьезно смотрю в лицо.

- Не могу. Три недели назад я сказал тебе, что свадьбы не будет. Я прилетал в позапрошлое воскресенье, но с тех пор ничего не изменилось – ты все так же молчишь, и твоя семья тоже. Диана, пойми, ничего не вернуть – мы оба ошиблись и хорошо, что для нас это не зашло дальше. Два дня назад я говорил с твоим отцом, а сегодня прилетел сказать, что больше не стану ждать и… попрощаться.

Девушка каменеет. Я отпускаю ее руку и снова говорю то, что должен сказать, как можно мягче: