На край любви за 80 дней - Кей Си Дайер

Снимок: Потолок железнодорожного вокзала

Инстаграм: Роми_К [Мумбаи, Индия, 14 апреля]

#БеспределМумбаи #ГородМечты #Дхарави

165 ♥

Отклонив чрезвычайно настоятельные приглашения Према пообедать – «а может, хоть чашку чаю?» – «или проводить тебя на вокзал?» – я выхожу из колл-центра. У меня есть билет на скоростной экспресс в Хаору, который отправляется с Центрального железнодорожного вокзала Мумбаи через неполных два часа. Горячий, сырой воздух мгновенно окутывает меня, словно тяжелое мокрое одеяло. Прити объяснила дорогу очень понятно, и я спешу к автобусной остановке. Там стоит очередь, и я с довольным видом в нее встаю.

Через пять минут подходит автобус. Сидячих мест нет, а прямо на подоконниках, болтая ногами, сидит парочка предприимчивых пассажиров. Я передумываю и решаю пройтись. Если верить карте, до вокзала чуть больше трех миль, а я люблю ходить пешком. Такая прогулка для меня – пара пустяков.

Что я узнала, прогулявшись по Мумбаи:

1. Жители этого города не только ходят по улицам, они там еще и сидят. И даже лежат. Несмотря на жару, расположившихся на тротуарах людей не меньше, чем прохожих.

2. На дорогах творится нечто невообразимое: какофония автомобильных рожков, скрип тормозов, рев моторов, грохот мотоциклов. В воздухе стоит тяжелый запах выхлопных газов, забивающий все остальные ароматы. Автомобилисты не придерживаются полос движения, не мигают на поворотах, паркуются где захотят, едут на желтый свет и считают своим долгом подавать звуковые сигналы при любом удобном случае.

3. Доставка обедов в городе носит массовый характер. Я никогда не встречала ничего подобного. Мужчины, которых называют даббавала, забирают горячие обеды в специальных металлических судках из домов или ресторанов и доставляют клиентам в офисы. Ежедневно они развозят тысячи, сотни тысяч обедов – и никогда не ошибаются. Без компьютера. Я могу только мечтать о таком уровне организации.

4. Еще одна удивительная особенность транспортной системы – моторикши. Это в основном трехколесные мотороллеры, рассчитанные на троих пассажиров. Там никогда не бывает троих пассажиров. Я сбилась со счета на девятом, не считая водителя.

5. Алтари, посвященные разным удивительным божествам, располагаются в самых неожиданных местах. У божества может быть голова слона или обезьяны – или потрясающей красоты женское лицо. Усыпанные цветами святилища скрываются в тени деревьев либо под импровизированными навесами.

6. За всю прогулку я заметила единственную священную корову и выяснила, что каждый желающий может купить ей пучок сена за десять рупий. Впоследствии я узнала, что именно эта конкретная корова пасется в угловом кафе и обожает латте со льдом. Никогда не чувствовала такого духовного родства с животным!

7. Как узнать, что где-то рядом находится университет? Вокруг начинают появляться учебные центры под открытым небом, обычно в тени деревьев, со столами и скамейками. Там занимаются студенты, у которых дома слишком тесно, а еще это прибежища для…

8. …бродячих кошек и собак. Они лежат в прострации от жары. Стерилизовать и кастрировать бродячих животных в Индии не принято.

9. В Индии один-единственный часовой пояс на всю страну, однако разница с окружающими странами составляет полчаса. Разумного объяснения этому факту я не нашла.

10. Они используют бамбуковые строительные леса вместо металлических. Гибкие, дешевые и экологичные. Кто бы мог подумать?

Мой список мог бы быть в два раза длиннее, да что там в два, в десять! Новые открытия подстерегают в этом удивительном городе на каждом шагу.

Часа через два я добираюсь до вокзала, изнемогая от жары, но в приподнятом настроении от атмосферы Мумбаи. Как и в любом крупном городе, в нем смешаны старина и современность, однако нигде контраст между крайней нищетой и неимоверным богатством не ощущается столь явно. Дорога занимает у меня вдвое больше времени, чем то же расстояние в Нью-Йорке, в основном из-за риска для жизни при каждом переходе улицы. И все же оно того стоило.

Отстояв очередь, я получаю билет и направляюсь к платформе, на которую указывает перст кассира. Здесь тоже не безлюдно, и все же народу меньше, чем на пригородном вокзале. Уходящий в бесконечность высокий потолок у меня над головой ничем не напоминает станцию Черчгейт.

Поезд в Хаору ходит дважды в неделю, так что мне повезло. На сайте предлагались билеты шести или семи классов, но спальных мест уже не было. Свое сидячее я обнаружила в середине поезда, в вагоне без кондиционера, зато с большими открывающимися окнами. В поезд пускают только пассажиров с билетами, так что никто не будет штурмовать окна или свешиваться из них наружу. Во всяком случае, в моем вагоне.

Двигатель поезда подает признаки жизни, и меня вдруг пронзает сожаление: если Сумайя не выйдет на связь, я никогда не узнаю, что стало с сомалийцами, которых мы спасли. Мне становится невыносимо грустно.

Поезд трогается. Я присаживаюсь у окна и вижу какую-то гигантскую баню под открытым небом, над которой клубится пар. Легионы одетых в белое мужчин трут руками кипы простыней, и я догадываюсь, что это, очевидно, и есть Дхоби Гхат – знаменитая прачечная под открытым небом.

Состав набирает ход, прачечную за окном сменяют шаткие хижины и брезентовые палатки впритык одна к другой. Я, словно под гипнозом, не могу оторвать взгляда от трущоб. Как можно жить в таких условиях?