Любовь начинает и выигрывает - Екатерина Есина

Арина нажала клавишу отбоя и тяжело вздохнула. Да уж, приятнее конца вечера давно не было! Из хорошего – Михайлов жив. И это очень-очень хорошо. Из плохого – неизвестно окончательно, что с ним, когда поправится, а если это было преднамеренное убийство? Что тогда? Первая попытка оказалась неудачной, а сколько их ещё будет? И кто заказчик? Но самое главное, что делать Арине? Ехать в Москву? Неизвестно ещё, как отреагирует Михайлов на её появление. Да и если уехать сейчас, Раж точно какую-нибудь гадость сотворит, за ним не заржавеет, а вернее, как говорили сотрудники, «не заражвеет». Арина задумалась. Машинально потянулась за сигаретами, но потом вспомнила, что вышла из здания с одним телефоном. Надо было возвращаться обратно. По набережной навстречу девушке из университета шла стайка весёлых студенток. Одна из них, отделившись от подружек, что-то энергично доказывала, жестикулируя. «Работать после учёбы не пойду, найду себе миллиардера, буду столько денег тратить, что он из миллиардера в миллионера превратится! Вот такие у меня будут хоромы! И вот такое озеро перед домом! А продукты нам будут на вертолёте доставлять!» Девчонки лишь покатывались от смеха. Рина тоже невольно улыбнулась. Как беззаботны были её студенческие годы, и как всё сложно и запутанно сейчас!

Не так-то проста жизнь олигархов, как кажется, а уж жёнам олигархов иногда точно не позавидуешь. Интересно, какая бы у Рины была жизнь, стань она женой Михайлова? Был бы он в семейной жизни жёстким тираном или заботливым отцом и мужем? А собственно, о чём она? Если бы да кабы, то во рту росли б грибы, или, как говорит ненавистный Раж: «Avec si on mettrait Paris dans une bouteille». Михайлов и не предлагал ей жениться, одно дело – самбу танцевать или даже ребёнка намереваться зачать. Агния, будь она неладна, на собственном негативном примере разубедила его в том, что могут быть некапризные и бескорыстные женщины. Зачем тогда миллиардеру жена? Чтобы, как только что Арина услышала, миллионером стать? Михайлов давно уже женат на своей работе, а сейчас ещё и на своей политической программе, так что никакой женщине из плоти и крови там уже места нет.

Да собственно и Арина, стань она женой олигарха, потеряла бы свои главные ценности – свободу и независимость, став безликим придатком при богатом муже.

Поглощённая в свои мысли, Арина не заметила, как вошла в здание и дошла до своего рабочего кабинета, где её с озабоченным видом ждала Руся. При виде начальницы Руся сразу же кинулась к ней с вопросами.

– Арина! Я и не знала, что подумать, уже хотела идти тебя выручать. Ну что там? Всё утряслось? – с надеждой спросила она.

– Нет, Маруся, не утряслось и вряд ли утрясётся. Придётся мне новую работу искать. Но это не главное. Мой очень хороший знакомый в Москве в больнице, а уехать сейчас в данной ситуации невозможно. Что делать, ума не приложу. – Арина устало опустилась на клетчатый диван для посетителей.

– Ой, Арина, я не успела тебе сказать, пока ты отсутствовала, Раж меня вознамерился отправить в мини-командировку в Москву. В Посольстве нужно кое-какие дела уладить, я как раз завтра первым самолётом вылетаю. Но думаю, до обеда со всеми документами справлюсь и могу знакомого твоего навестить. Как тебе такой вариант?

– Прекрасно! Я тебя завтра в аэропорт отвезу, мне как раз по дороге утром в гипермаркет нужно заехать. – Арина облегчённо вздохнула.

На следующий день провожая Русю на самолёт, Арина вручила ей небольшой пакетик для Сергея, на котором написала его телефон.

– Что передать Михайлову? – поинтересовалась Руся. – Ну, кроме сувениров и пожеланий скорейшего выздоровления?

«Передай ему, что я люблю его. Нет, враньё. Передай ему, что я жить без него не могу. Нет, опять враньё. Передай ему, что он мне очень дорог. Это похоже на правду, но так банально. И потом такие слова обычно с глазу на глаз говорят, а не через кого-то передают».

Арине внезапно вспомнился диалог из фильма про Мюнхгаузена:

– Скажи мне что-нибудь на прощание.

– Я… Я буду ждать тебя.

– Не то!

– Я… Я очень люблю тебя.

– Не то…

– Я буду верна тебе.

– Не надо.

– Они положили сырой порох, Карл! Они хотят помешать тебе, Карл!

– Вот! Спасибо. Спасибо… Пусть завидуют – у кого ещё есть такая женщина!

– Спроси его, как ему мой подарок – ручка с секретом, уже где-то применял? – попросила Арина.

Руся слегка удивилась, но обещала спросить.

В Москве Маруся, как и предполагала, провела в Посольстве ровно полдня, около трёх часов она уже обедала в своём любимом ресторане на Большой Полянке. Несмотря на то, что ресторан позиционировался как пивной, а пиво Руся на дух не переносила, бывая в центре столицы, она всегда приходила именно сюда. Цены для Москвы были более чем умеренные, а качество пищи превосходное.

Вместо пива девушка заказывала слабоалкогольный сидр. В ресторане очень вкусно готовили кальмары в кляре по-харбински. Это блюдо всегда было у Руси на столе в качестве закуски. На первое она брала фирменный борщ, а если оставалось время и желание съесть десерт, Руся обычно выпивала чай с вяленой клубникой и лакомилась каким-нибудь пирожным. На этот раз девушка решила побаловать себя (благо в силу возраста она пребывала ещё в том замечательном весе, когда можно себе это позволить) кусочком торта «Ивуар» с белым и чёрным шоколадом.

Пообедав со вкусом, в самом замечательном расположении духа, Руся решила зайти в магазин при парфюмерной фабрике, где отечественные духи стоили в разы дешевле, чем западные аналоги, а ароматы были ничуть не хуже. Побродив по магазину, Руся присмотрела для себя новую косметическую серию для молодёжи, расплатилась на кассе и, уже уходя, заметила запрятанные в угол сиротливо стоящие флакончики духов, которые в детстве часто видела у бабушки и мамы. Бабушка умерла несколько лет назад, а мама давно пользовалась только французской парфюмерией, но Руся, заинтересовавшись, решила подушиться из пробника.

Запах духов был нерезкий, очень приятный, а вместе с ароматом духов нахлынули и тёплые детские воспоминания. Улыбнувшись, Руся вышла из магазина и направилась в больницу навестить Михайлова.

В VIP-палате НИИ им. Н. В. Склифософского Сергей Михайлов, заснув в абсолютно неурочное для себя время, неспокойно дышал во сне. Вчера он пришёл в сознание, и поток циничных репортёров, ожидающих сенсации о смерти олигарха, схлынул. Физически миллиардер чувствовал себя сносно, несмотря на протесты Агнии и Пети, сразу же включился в работу и сделал несколько необходимых звонков.

Поздно ночью, когда олигарх уже засыпал, утомлённый драматическими событиями уходящего дня, в палате вновь заиграла мелодия Морриконе.

Номер не определялся. В трубке раздался дребезжащий старческий голос с чуть уловимым прибалтийским акцентом. Этот голос Сергей узнал бы из тысячи других. В середине 90-х Михайлов, начинающий молодой бизнесмен, столкнулся с обладателем этого неприятного голоса Леонидом Каралисом на такой узкой дорожке, что мирным путём им было уже не разойтись. Авторитет Каралис по кличке «Король», известный также как «Кара Леоне», по аналогии с героем «Крёстного отца», контролировал в своё время большинство торговых точек в центре Москвы. При разборках с братками Короля погиб лучший друг Сергея, с которым они начинали свой непростой кооперативный бизнес.