Курортный роман, или Звезда сомнительного счастья - Юлия Шилова

Мы поднимемся выше птиц. Мы сидели илюбовались ночными огнями сказочно красивой Ялты. Большинство кабинок былипустыми, и только изредка мимо нас проезжали самые стойкие отдыхающие, которыеборолись со сном и откровенно зевали. Я стала доставать Лерке шоколадку ипочувствовала, что у меня дрожат руки. Откупорив бутылку, налила себе полный стакан.Неожиданно я подумала о Димке и о том, что все эти годы он всегда был рядом сомной… Он был рядом и никогда ничего не требовал взамен… Он терпел все моидурацкие выходки и никогда ни в чем меня не упрекнул… Он настоящий друг, и яуже привыкла к тому, что он всегда рядом, всегда под рукой… Я вспомнила тотжаркий июньский день, когда шла по одной из московских улочек в ярко-краснойшляпе с большими полями. Господи, сколько же лет назад это было… Все улицы былиусыпаны белоснежным тополиным пухом, похожим на искрящийся снег. Пух щекоталнос и мешал нормально дышать, у меня слезились глаза. Хотелось только одного:чтобы побыстрее закончился июнь и на улицах не стало пуха. Неожиданно задулсильный, горячий июньский ветер. С моей головы сорвало шляпу и унесло прямо надорогу. Я стояла в оцепенении. Казалось, что еще несколько секунд, и моякрасивая шляпа окажется под колесами машины. Рядом со мной остановиласьтемно-синяя иномарка. Из нее вышел молодой человек, поднял мою шляпу и бережнонадел ее мне на голову. Этим молодым человеком был Димка. Он отвез меня домой.Это была наша первая встреча. А затем – наша первая ночь. Я была на седьмомнебе от счастья и уже через месяц перебралась к нему. Мы зажили семьей. Димкабежал с работы домой, заваливал меня цветами и носил на руках. Он уговаривалменя родить ребенка, но я отнекивалась. А потом… Я так и не смогла понять, чтоже произошло потом… Я стала как-то отдаляться и перестала радоваться егоцветам… В постели тупо смотрела в потолок и просто умирала от скуки. Димканервничал и жутко переживал. Я чувствовала, что мне все опостылело. Я не смогласказать ему об этом в глаза, у меня просто не повернулся язык. Я сделала всетайком, пока он был на работе. Я просто собрала свои вещи и, не оставив дажезаписки, отдала ключ соседям. Я вычеркнула из своей головы его адрес и телефон.Просто пропала. Поменяла квартиру и стала упиваться собственной ничем несвязанной свободой. Наверно, самым страшным было то, что я даже ни разу о немне вспомнила и не пожалела о случившемся. Я сожгла все мосты, не оставив инамека на возобновление отношений. Нашим общим друзьям я строго-настрогозапретила давать мои координаты и, когда слышала о том, что Димка продолжаетменя искать, не испытывала ничего, кроме раздражения. Прошло несколько лет. Яуспела выйти замуж, родить дочку и окунуться с головой в семейный омут. Яхорошо помню тот день, когда муж уехал на работу и в дверь кто-то позвонил. Яоткрыла и не поверила своим глазам. Передо мной стоял все тот же Димка, толькос седыми висками и глубокими морщинами на лице. Не знаю почему, но именно в тотмомент я по-настоящему ему обрадовалась. Мы пили мартини и смотрели друг другув глаза. Димка так и не женился и, как я поняла, совсем не держал на меня зла.Он воспринимал меня такой, какая я есть, и просто радовался тому, что вновьоказался рядом… Один раз он попытался выяснить, что же произошло тогда, многолет назад, но я не смогла ответить на этот вопрос. Мы больше никогда не лежалив одной постели и никогда не занимались любовью. Мы стали друзьями. Мне всегдабыло приятно от того, что в моей жизни есть Димка, который всегда поймет,поможет и не предаст в трудную минуту. Ничего не изменилось и тогда, когда яразвелась с мужем.

Я посмотрела на полный стакан и заплакала.

– Мамочка, ты плачешь? – растерянно спросиладочка своим милым, детским голоском.

– Нет, просто мне что-то попало в глаз, –соврала я и достала платок.

– Не плачь. Ты только посмотри, как тутздорово! Рядом с нами летают птички!

– Ночью птички спят, – сквозь слезы улыбнуласья. – Если и ты хочешь спать, ложись ко мне на ручки.

Лерка отказалась и продолжала с восторгомоглядываться по сторонам. Чтобы унять слезы, я выпила вино. Вдруг, как в ту моюночь с Олегом, кабинка остановилась и зависла в воздухе.

– Мамочка, а почему наша кабинка встала? –перепугалась Лерка.

– Не бойся, иногда такое бывает. Скоро поедем,– успокоила я ее.

От выпитого вина я почувствовала себязначительно лучше и вдыхала полной грудью морской воздух. Я посмотрела наостановившуюся неподалеку от нас кабинку, которая должна была двигаться впротивоположную сторону, и потеряла дар речи. В противоположной кабинке сидел…Олег и пристально смотрел на меня. На минуту мне показалось, что у меняпомутился рассудок. Его лицо освещалось огнями кабинки, и я поняла, что немогла ошибиться. Мы не сводили друг с друга глаз.

– Мамочка, смотри, это же дядя Олег! Помнишь,мы загорали с ним на пляже, а потом катались на яхте? – радостно закричаладочка и замахала курортнику рукой. – Дядя Олег, здравствуй! Ты давно катаешься?Тебе нравится? Перебирайся к нам!

В этот момент кабинки тронулись, и мы сталиотдаляться друг от друга все больше и больше. Курортник встал и молча наблюдалза тем, как удаляется наша кабинка. Я приподнялась и поправила растрепанныеволосы. Буквально через несколько секунд кабинка с курортником пропала из моегополя зрения, исчезла в темноте. Я села, почувствовав, что от сумасшедшегоголовокружения могу упасть в обморок.

– Мамочка, а почему дядя Олег не захотелкататься вместе с нами?

– Не знаю, – заикаясь, ответила я.

– Я хотела угостить его шоколадкой, но он такбыстро уехал.

– Мне кажется, дядя Олег не любит шоколад.

– Любит. Я видела, как на яхте он съел целуюплитку.

– Дядя Олег любит черную икру, – безжизненнымголосом сказала я и положила руку на сердце, которое бешено колотилось.

– Мамочка, ты что? Тебе плохо?

– Лера, мне кажется, что твоя мамочка сошла сума, – растерянно сказала я.

– Это потому, что ты дядю Олега увидела?

– Именно поэтому.

– Ты его любишь? – Лерка сощурила глаза ипосмотрела на меня хитрым взглядом.

– Нет. Я никого не люблю, кроме тебя.

– А что такое любовь? – никак не унималасьдочка.

– Любовь это когда двое друг друга любят. Воту нас с тобой любовь, потому что нас двое, и мы друг друга любим. Нам с тобойвдвоем очень хорошо, и нам никто больше не нужен.

– А почему нас не любит наш папа? Почему ондаже ни разу нам не позвонил?

– Не знаю. Наверно, наш папа любит кого-нибудьдругого. И вообще, я не хочу говорить о папе.