Дай мне любить тебя - Виолетта Роман

Вика

Андрею предложили место в Париже. Я вроде как должна радоваться за друга, он уезжает в лучшую жизнь, но мне плохо. От одной только мысли, что я одна останусь — в озноб бросает.

Уже неделя прошла с тех пор, как я вернулась домой. Все это время делаю вид, будто я прежняя Вика. Сильная и независимая. Холодная стерва. На самом деле в душе — ад. Удушающий и безнадежный. Заставляющий каждую ночь проводить в бессоннице и слезах.

Андрей со мной каждый вечер, но я не могу забирать себе еще больше его времени. Мы связаны с ним одной болезнью, крепкой дружбой и огромным количеством бессонных ночей. Он любит меня, я знаю. Всегда любил, с первого дня моего пребывания в центре психологической помощи. Он был моим куратором. Андрей вытянул меня из депрессии, научил жить и справляться с болезнью. Он показал мне, что я такой же человек, и что этот недуг ничуть не сможет сломать меня, изменить мою жизнь в худшую сторону. Да, есть много ограничений и рисков. Но, несмотря на это, я была полноценной. До того момента, как снова встретила Илью…

На часах уже восемь вечера. Собрание началось пятнадцать минут назад. Я опоздала, но у меня уважительная причина — судья слишком затянул заседание.

Открываю дверь, и в нос ударяет аромат имбирного печенья и кофе. Сергей, глава центра, всегда устраивает в холле шведский стол. Сколько помню, еще ни одно собрание не обходилось без вкусного кофе.

Здесь я чувствую себя спокойней. Защищенней, что ли. Я не знаю, смогут ли мне помочь снять боль… она ведь иного происхождения. Дело больше не в болезни. Дело в моем сердце, которое рвется на части от мыслей об Илье. А думаю о нем я последние семь дней едва ли не каждую минуту.

Мне нужно освободиться. Мне нужно перестать быть зацикленной на этих воспоминаниях, гонять их по кругу. Мне нужно перестать винить себя, нужно перестать надеяться и сомневаться. Я все сделала правильно, уехав. И должна смириться с этим.

Зал уже заполнен людьми. Сергей на сцене. При виде меня он сбивается и кивает. В его глазах волнение. Если я здесь — значит, что-то случилось.

— Виктория, рады тебя видеть. Давно ты к нам не заходила, — произносит в микрофон. Я одариваю его быстрой улыбкой. Скорей для проформы, потому что на самом деле мне снова хочется плакать.

— Может, ты начнешь сегодняшнее собрание? Не терпится узнать новости о твоей жизни..

Качаю головой. Сейчас не готова. Просто посижу в темном углу, послушаю других. Я и раньше не любила выступать перед всеми. Но таковы правила клуба, и нарушать их Сергей не дает. Но больше всего мне помогали наши беседы наедине. Только тогда я могла раскрыть свои страхи на полную и не боялась, что кто-то косо посмотрит на меня.

Сергей кивает и смотрит в противоположную сторону зала.

— У нас новенький участник. Он очень просил слово, давайте поддержим его. В первый раз выходить на эту сцену решается не каждый.

Все начинают хлопать, а я осматриваюсь по сторонам. Из первого ряда встает мужчина. Я не вижу его лица, но сердце замирает и сжимается в тиски. Даже так — по крупной спине, по изящно выбритому затылку и уложенным волосам я понимаю, кто это. Я сижу и, будто молнией пораженная, смотрю на то, как Верховский поднимается на сцену и забирает у Сергея микрофон. На нем белая футболка и потертые голубые джинсы. Он такой красивый, что больно становится.

— Всем доброе утро, меня зовут Верховский Илья, и я столкнулся с проблемой ВИЧ.

Прикрываю глаза, потому что их начинает нещадно печь. Зачем он это делает? Зачем вернулся и продолжает ковырять едва затянувшиеся раны?

Весь зал затихает. Все внимательно слушают его, а я хватаюсь за ремешок сумки и сжимаю его до боли