Дура среднего возраста - Ирина Мясникова

Марина и лучший программист «Галактики» Фёдор Панкратьев оба явились в шикарных смокингах. Вера, мать Марины оказалась внешне очень даже интересной женщиной. Конечно, не такой красавицей, как её дочь, но с чертями в глазах и острым языком.

– Ну, здравствуй, змеюка подколодная! – сказала она Любаше, когда Марина их познакомила.

– И тебе не хворать! Ядовитая…, – Любаша запнулась, подбирая слово, необходимо было ответить в том же духе. Однако ничего лучше поганки в голову не приходило, а на поганку Вера могла бы обидеться.

– Гадюка, – подсказала ей Вера.

– Почему гадюка?

– Ну, не жаба же!

– Наверняка, не жаба, – ответила Любаша, разглядывая Веру. – Пить будешь?

– А то! У тебя Мартини есть?

– А то!

Во время этой беседы к ним подошла ослепительная Валерия.

– Любовь Владимировна, а можно и мне Мартини, – попросила она. – А то вино уж больно кислое. Как вы только такое пьете?

– Ох уж эти взрослые, – вставил свое слово Фёдор Панкратьев. – Вечно пьют всякую гадость. Правда, Марина?

– Точно! – согласилась с ним Марина. – Любовь Владимировна, я тоже Мартини хочу.

– Марин, ты меня можешь звать просто Любаша.

– А я? – поинтересовалась Валерия. – Могу вас Любашей называть?

– Конечно, можешь.

– Помнится, песня такая была «Только баба Люба понимает меня!», – сказала Вера. – Я тебя буду баба Люба называть.

– Да, ради бога! Данилушка, сынок, иди, я тебя с твоей сестрой познакомлю.

– Чего? – Лицо Данилки выражало крайнее недоумение. – Какой еще сестрой?

– Вот. Знакомься. Марина твоя сестра.

– Ух ты! Хорошая сестра, симпатичная. Вы с отцом её в детдом отдали, или её цыгане выкрали?

– Ничего подобного. Как ты мог такое подумать? У вас с Мариной только папаша общий.

– Ага, папаша Альбертик, – рассмеялась Марина. – А мамулька у меня своя собственная, – она обняла Веру и чмокнула её в макушку.

– Фигассе! – Данилка посмотрел на Веру. – И как мне вас теперь называть, мама моей сестры Марины?

– Зови меня просто, баба Вера!

– Какая ж вы баба? Вы красивая. Как мама моя. Да уж, у папочки губа не дура. Буду вас звать просто Вера. Можно?

– Можно, деточка, тебе все можно. Ох, баба Люба, хорошего ты парня воспитала. Хитрый, аки лис. Подлиза.

На звонки интеркома ворота и двери открывали Магда с Валерией, которым очень понравилось это занятие. Они и открыли ворота ещё одному гостю, совершенно нежданному. Нежданному и нежеланному. Когда в гостиной появился Альберт Тарасов тоже при полном параде, а именно в смокинге, который, несмотря на его грузную фигуру, сидел на нем, как влитой, воцарилась тишина.

– Картина Репина «Не ждали»! – объявил Тарасов.

– Алик! Ты пришел испортить нам Новый год? – поинтересовалась Любаша.

– Я пришел его украсить! Сына, иди, обними папочку.

Данилка растерянно поглядел на Любашу. Та кивнула, а чего еще ей оставалось делать? Данилка неуверенно подошел к отцу и протянул ему руку для рукопожатия, однако Тарасов отстранил протянутую руку и обнял сына.

– Ты, уж, сынок, меня прости, так получилось, обстоятельства сложились неудачно, – на глазах у Тарасова навернулись слезы, а Любаша придвинулась к Комарову. Вдруг тому станет неловко? Дом-то Тарасова, и сын Тарасова, и Любаша всё ещё его жена.

– Этак мы Старый год проводить не успеем, – Гений явно попытался разрядить обстановку.

– Давайте все к столу, – скомандовала Любаша, – ну, и ты садись, раз приперся, – разрешила она Тарасову.

Вездесущая и незримая Евдокия кинулась за приборами для вновь прибывшего. Наконец все расселись. Тарасов устроился рядом с Данилкой и пристально поглядел на Марину.

– О! Ну и дела, а я и не признал сразу! И Маринка тут. И Верунчик! Тогда всё понятно.

– И чего это вам, папенька, понятно? – встрепенулась Марина.

– Понятно, что вы тут все сговорились, – Тарасов махнул вилкой в сторону Любаши и Веры. – У, две змеищи!

Любаша с Верой переглянулись и захихикали.

– Интересно, Даня, сколько у нас с тобой еще братьев и сестер по белу свету? – произнесла Марина, ни на кого не глядя.

– Третья змеища! Вот одного не пойму, в кого ты такая язвительная уродилась? – поинтересовался Тарасов.

– Как в кого? В Марчелло Мастрояни, конечно!

При этих словах Марины Любаша расхохоталась.

– Сережа! – сказала она сквозь смех, обращаясь к Комарову. – А вы с Валей еще со мной спорили насчет отцов-паразитов.

– Спорил, – согласился Комаров. – И сейчас поспорю. Предлагаю праздновать. Новый год на носу, всё-таки.

– Ой, ну до чего же интересно! – подала голос Лера. – Прямо, как в сериале. Брат и сестра, наконец, нашли друг друга. Блудный отец и всё такое. А можно хлебушка? – она жалостно посмотрела на Любашу.

– Извини, – Любаша развела руками, – мы хлеба не едим и в доме не держим.

– Совсем-совсем?

– Совсем. Вот лучше зрелищами наслаждайся, где еще такое увидишь?

– Действительно, – согласился Тарасов. – Мы ведь все собрались не чужие друг другу люди, практически родственники. Даня, Марина – мои дети. Парень этот, который с Мариной…

– Фёдор, – сообщила Марина.

– Хорошо, Фёдор. Он, как я понимаю, с Маринкой живет, то есть мне практически зять, и девушка Данилкина тоже мне получается, как невестка. Верунчик, сожительница моя бывшая, Маринкина мама.

– Я те дам сожительницу, – встрепенулась Вера.

– Хорошо, хорошо! Гражданская жена.

– То-то же!

– Любаха – жена моя законная, – продолжил Тарасов, – а это её сожители, или мужья гражданские, кому как нравится, – бывший, – Тарасов кивнул в сторону Гения, – и нынешний, – Тарасов пристально посмотрел на Комарова.

– У вас есть какие-то претензии? – строго поинтересовался Комаров.

– К вам, нет. Какие у меня могут быть к вам претензии? Я ж не уголовный розыск. Живите, чего уж там. У меня претензии к законной жене, причем исключительно материального характера.

– Ну, и давайте, эти ваши претензии обсудим потом, спокойно и на трезвую голову. Илы вы, действительно, хотите испортить людям праздник?

– Сдаюсь, – Тарасов поднял руки кверху. – Детки мои оба, и сынок, и доченька ни за какие деньги делать тест ДНК не захотели.

– Ты предлагал детям деньги?!!! – Любаша строго посмотрела на Данилку.

– Предлагал, – признался Тарасов, положа руку на сердце, – но не всем. Маринке точно предлагал. Ты б видела, в какой нищете они с Верунчиком живут!