Свидание в храме Афродиты - Кэрол Мортимер

Клара растерянно заморгала, пораженная его неожиданной грубостью.

– На нем красная маска дьявола.

Очень подходяще!

– Вы уже видели его этим вечером?

Хозяйка озадаченно сдвинула брови и кивнула:

– Как раз перед тем, как случилась эта неприятность с Бенсоном.

– Где?

Клара нахмурилась уже более раздраженно:

– В самом деле, Уолфингэм, вы ведете себя невежливо!

– Где именно вы его видели в последний раз, мадам? – стоял на своем Дэриэн.

Она заморгала бесцветными ресницами.

– Он разговаривал с одним из музыкантов, пока те настраивали инструменты перед выступлением. Ради бога, Мэрайя, что такое сегодня с Уолфингэмом? – Хозяйка изумленно смотрела, как герцог круто разворачивается на своих отполированных каблуках и исчезает в густой толпе, не проронив перед своим уходом ни слова извинения.

Мэрайя прекрасно знала, что случилось с Дэриэном и почему он так внезапно ушел. Ее сердце глухо забилось в груди, словно расстроенный барабан, при мысли о том, что Дэриэн намеревается встретиться с лордом Эджвудом лицом к лицу.

– Объясню позже, – рассеянно бросила она Кларе и поспешила за Дэриэном.

Ясно, что планы убийц расстроились по двум причинам. Первой была записка с извинениями от регента. Второй – внезапное бегство Бенсона.

И уже не важно, узнал ли лорд Эджвуд об исчезновении своего сообщника. Мэрайя знала одно наверняка: загнанный в угол зверь непременно перейдет к нападению. А у лорда Эджвуда, когда он узнает о дезертирстве Бенсона, хватит ума понять, что больше ему терять нечего.

Один-единственный взгляд, который она бросила на мрачное лицо Дэриэна, прежде чем тот кинулся на поиски лорда, доказал ей, что грозный герцог Уолфингэм решительно намерен предъявить ему обвинение в измене, которую тот совершил.

Еще Мэрайя хорошо помнила, что Дэриэн едва оправился после раны от пули, выпущенной Андре Руссо.

– Будь осторожен, Уолфингэм!

Дэриэн резко остановился посреди зала и обернулся, безошибочно узнав предупредительный голос одного из своих ближайших друзей, Кристиана Ситона, герцога Сатерленда. Он явно был одним из тех незваных гостей, о которых несколько минут назад упоминала Клара Николс.

– Эти маски скрывают тысячу грехов, – сухо заявил Сатерленд. Как и Дэриэн, он был одет в угольного цвета костюм, и на нем тоже была черная маска. Его лиловые глаза возбужденно блестели сквозь прорези-щели. – Твой грум добрался-таки до Уинтертон-Мэнора и передал письмо. Мы немедленно отправились сюда и прибыли как раз вовремя, чтобы задержать и допросить дворецкого Николсов, который как раз пытался улизнуть, – отрывисто произнес он. – Ротерхэм и Мэйстоун тоже неподалеку.

– Вам известно об участии Эджвуда в заговоре?

– О да. Поняв, что игра проиграна, Бенсон тут же раскололся. Надеялся, что сумеет вывернуться. – Друг Дэриэна жестко улыбнулся. – За ним присматривают Грифф и Мэйстоун, от них не улизнешь!

Дэриэн коротко кивнул:

– У вас есть план задержания?

– Мэйстоун предлагает… Святые небеса, что это она задумала?! – удивленно вдруг воскликнул Сатерленд.

Дэриэн напрягся, сразу сообразив, кто такая «она».

– Где?

– Что за глупышка! – Сатерленд смотрел через головы гостей в сторону музыкантов. – Ты что, не можешь держать под контролем свою женщину, Дэриэн? – досадливо бросил он, и оба они, не сговариваясь, начали проталкиваться к тому месту, где стояла Мэрайя… и безмятежно беседовала с лордом Уильямом Эджвудом!

– Она вовсе не моя женщина… – Дэриэн запнулся, осознав, что Мэрайя именно таковой и является.

Его женщиной.

Женщиной, которую он был готов защищать даже ценой собственной жизни, если потребуется.

Женщиной, которой он безмерно восхищался и которую уважал больше, чем кого-либо на свете.

И эта женщина, озарило его, значила для него гораздо больше, нежели любая другая, с которыми он до этого был близок.

И в эту самую минуту его женщина намеренно подвергает себя опасности, завязывая разговор с человеком, который принадлежит к числу заговорщиков, намеревающихся убить их любимого регента.

– Так что насчет плана, Кристиан? – проговорил Дэриэн сквозь сжатые зубы.

– Ах да, – так же мрачно отозвался тот. – Только теперь его будет труднее выполнить. Куда они направились? – спросил он раздраженно, и оба друга неловко застыли на месте, глядя, как Мэрайя, дружески продев руку под локоть лорда Эджвуда, прошла с ним через застекленные двери, ведущие на террасу.

– Да будь все проклято!

Никогда в жизни Дэриэн не чувствовал себя таким беспомощным, как в этот миг. Мэрайю следовало перекинуть через колено и хорошенько выпороть за то, что она специально лезет на рожон. Выпороть, естественно, метафорически, ведь он поклялся себе никогда не поднимать на нее руку. Вот только останутся они наедине, и он устроит ей вслух такую порку…

Если только они еще когда-нибудь останутся наедине…

– Там уже стало слишком тесно, – беспечно заметила Мэрайя, выходя на свежий мартовский воздух под руку с Уильямом Эджвудом.

Он высвободил свою руку и повернулся к ней.

– Хватит уже притворяться, графиня, – насмешливо сказал он.

– Притворяться? – Она невинно взглянула на него.

Эджвуд язвительно фыркнул:

– Мы оба знаем, что теперь, когда Уолфингэм стал вашим любовником, вам вовсе не интересно прогуливаться под луной с таким стариком, как я.

По правде сказать, Мэрайя не успела хорошенько продумать свои дальнейшие действия, она лишь хотела помешать Дэриэну бросить прямой вызов предателю – а именно это он и намеревался сделать, когда так внезапно покинул ее. И теперь, когда она оказалась наедине с Уильямом Эджвудом, сбросившим маску добродушного недалекого весельчака, которым все его считали, и теперь смотревшим на нее холодным проницательным взглядом, у нее появилась возможность и время осознать свою ошибку.

Осознать, что загнанный в угол зверь вот-вот обратит свою ярость на нее.

Она стойко встретила его взгляд и решила последовать его примеру – отбросить всякое притворство.

– Ваш пособник уже удрал.

– Клара рассказала мне об этом несколько минут назад, – невозмутимо кивнул он.

Мэрайя тоже кивнула:

– Вам не удастся спастись или скрыться, вас везде выследят и арестуют за измену и попытку убийства.

– Разве Франция не самое подходящее место для бегства? – спросил он насмешливо.

Мэрайя болезненно закусила нижнюю губу.

– Но почему? Почему вы изменили своей стране? Вашему регенту? – Когда-то такой же вопрос она задала Мартину.