Свет мой зеркальце, скажи… - Екатерина Риз

— У Яна яхта есть. Завтра прогуляемся в море? — Рома подмигнул мне, а я воодушевлённо улыбнулась ему в ответ.

— Было бы здорово.

Рома сделал глоток, подумал о чём-то, затем чертыхнулся.

— У тебя морская болезнь, да?

Я ела мороженое, не сводила с него глаз. Потом проговорила, изо всех сил скрывая напряжённость:

— Нет у меня морской болезни. Не волнуйся. Иначе зачем мы здесь?

— Да? — Он хмыкнул. — И правда.

Я сунула в рот ещё ложку мороженого и не ответила ему.

После вопроса о яхте, Рома надумал тут же Яну позвонить, узнать, как идут дела, а заодно договориться о завтрашней прогулке. Я ему не мешала, он по телефону говорил, а я улицу оглядывала. Кафе, в котором мы в данный момент отдыхали, находилось на маленькой площади, от неё, как лучи, расходились три узкие улочки. Дома все кирпичные, небольшой этажности, с огороженной территорией, больше напоминали пригород. В палисадниках буйным цветом цвели всевозможные цветы, а над заборами высились фруктовые деревья. На углу был установлен приметный указатель, и на одной из стрелок было написано: улица Ильича.

Кто бы знал, чего мне стоило заманить Рому сюда, можно сказать, что на самую окраину туристического района. Я сначала искала эту улицу Ильича в интернете, пока Роман Евгеньевич душ принимал, а потом придумывала, как его сюда заманить. Повезло, что рядом оказался морской вокзал, и я, конечно, тут же захотела прокатиться на морском трамвайчике. Это же ритуал, не так ли? Но торопиться не стоило, потому что у меня помимо всего была и другая причина сидеть в этом кафе и наблюдать за домом напротив. На фасаде висела небольшая вывеска, на которой скромно значилось: «Гостиница «Прибрежная». Именно это название мне вчера Лада озвучила. Но сидеть и смотреть на саму гостиницу, может понадобиться много времени. Да и что я Роме скажу, как объясню?

Сама гостиница ничем не примечательная, частный сектор. Трёхэтажное здание из красного кирпича, с маленькими балкончиками по периметру, напротив забора стоянка, на ней автомобили с номерными знаками разных регионов нашей страны. Фасад весь на виду, всё утопает в зелени и цветах, а вот территория огорожена забором, и что за ним происходит, никто знать не может.

— Вкусное мороженое?

Я отвлеклась от созерцания чужой собственности, голову повернула, и неожиданно оказалась с Романом Евгеньевичем нос к носу. Оказывается, он уже закончил телефонный разговор и теперь ко мне приглядывался, со значением.

Я кивнула, потом предложила:

— Хочешь попробовать?

Он кивнул и поцеловал меня. У меня в душе лишь в первый момент встрепенулся протест, но надолго его не хватило, и я Рому обняла, принимая и его поцелуй, и собственную слабость.

Напрочь позабыла о гостинице, об Артёме, и уж точно выкинула из головы все мысли о сестре.

Когда Роман Евгеньевич был ко мне так близко, я о Ладе принципиально не думала.

Предпочитала если и потерять рассудок и дыхание, так от поцелуя, а не от ревности, не терзать себя сомнениями хотя бы в такие моменты.

Мы открыли глаза, посмотрели друг на друга и улыбнулись. Я Рому не сразу отпустила, за шею его обняла, чувствуя его губы на своей щеке, окинула взглядом площадь, и уже в следующую секунду выпрямилась и указала пальцем на вора.

— Рома, смотри, это он!

Роман Евгеньевич резко обернулся, я только успела заметить опасный прищур и окаменевший подбородок, а потом он уже вскочил и кинулся догонять Артёма, который спокойно шёл с морского вокзала в сторону своей гостиницы. А у меня создалось ощущение, что я Роме команду «фас» дала. Не ожидала такой молниеносной реакции. Увидела, как Артём обернулся, видимо, почуяв неладное, увидел погоню, и рванул вперёд, к воротам. Я наблюдала за происходящим будто из зала кинотеатра. Потом только опомнилась и кинулась за Ромой. Хотя, догнать его или Артёма было нереально. Пока я бежала на каблуках через площадь, и уже на меня обращали внимание, а не на них, эти двое достигли калитки. Артём первым нырнул за спасительную дверь, и, кажется, попытался запереть её изнутри. Рома на железную дверь налетел, отскочил назад, а затем, недолго думая, саданул по ней ногой. Та распахнулась неожиданно легко, ударилась о забор. За ней никого не оказалось. Роман Евгеньевич вбежал на территорию гостиницы, но тут же вернулся, видимо, вспомнив обо мне. Увидел меня, бежавшую следом за ним, и знакомо ткнул в меня пальцем.

— Липа, стой здесь!

Я будто споткнулась, замерла, не зная, что делать, а он уже исчез. Мне оставалось только в растерянности развести руками и по сторонам оглядываться. Люди вокруг кидали на меня странные взгляды, а я застыла, как вкопанная. Из калитки выскочила женщина с ребёнком, перепуганная и возмущённая, прижала к себе мальчика лет пяти, который старательно заглядывал через распахнутую калитку, а мама его туда же крикнула:

— Идиоты! Чтоб вам пусто было!

Я поспешила к ней подойти и спросила:

— Что там происходит?

— Бардак там происходит! — выкрикнула она мне в лицо. И вроде как пригрозила: — Я вызываю милицию!

Тем временем послышался грохот, ругань, мужские голоса, потом из окна второго этажа вылетел стул. Ножкой задел стекло, послышался звон, и осколки дождём посыпались на выложенную плиткой дорожку. Кто-то опять закричал, мужской голос громко и грязно выругался и пожелал кому-то сдохнуть. Мы с женщиной переглянулись, а я с болью и некоторым осознанием собственной вины, поморщилась. Почему-то мне казалось, что за весь творившийся в этот момент бардак, ответственна я. Может, не стоило сюда Рому заманивать?

Не смотря на то, что женщина ещё несколько минут назад пригрозила вызвать милицию, делать она этого не торопилась. Стояла рядом со мной и наблюдала за развитием событий. И крепко держала за руку сына. Тот, кстати, напуганным совсем не выглядел, грыз леденец на палочке, прямо грыз его, и тоже не спускал глаз с дома, из окон которого неслась ругань и грохот. А затем ещё и сказал:

— Круто, да, мам?

— Тихое место, — проговорила тем временем его мама с явным злорадством, — семейный отдых!

Всегда говорила, что твоя бабушка не в своём уме. Только твой отец никак этого не поймёт.

Так и не дождавшись от неё никаких действий, я огляделась по сторонам, поняла, что у дома собирается толпа зевак, и тогда достала из сумки свой телефон. Отошла в сторонку и отыскала в списке телефонов номер Яна.

— Я не знаю, что там происходит, — сказала я ему, не спуская глаз с дома, — но меня это беспокоит. Рома там уже несколько минут, и кроме грохота я ничего не слышу. И не вижу. А вдруг он его застрелит?

— У Ромки пистолет с собой?

— Нет, конечно! Я про Артёма!

— А-а. Липа, не переживай. Я буду через десять минут.

Как говорится: успокоил! За десять минут может, что угодно произойти.