Послание в бутылке - Николас Спаркс

Гаррет не ошибся, предсказывая идеальную погоду, и они провели чудесный вечер на воде. Гаррет обучал Кевина азам ходьбы под парусом: как определять направление ветра по облакам, как менять галс в зависимости от ветра. Они снова поужинали сандвичами и салатом и поделились с дельфинами, которые окружили яхту, как только они принялись за еду.

К тому времени, когда они возвратились в доки, было уже совсем темно. Гаррет показал Кевину, как нужно закрывать яхту, чтобы уберечь ее от внезапно налетевшего шторма, потом усадил их с Терезой в грузовик и отвез в мотель. Все трое ужасно устали; выйдя из грузовика, Тереза и Кевин пожелали Гаррету спокойной ночи и к тому времени, как он вернулся домой, оба уже крепко спали.

На следующий день они вышли в океан, чтобы совершить свое первое погружение в открытой воде. После того как прошло первое волнение, ученики Гаррета вошли во вкус, и за время занятий каждый из них израсходовал по два баллона. Погода была тихая, вода прозрачная, поэтому Кевин с Терезой могли наслаждаться исследованием подводного мира. Гаррет сделал несколько снимков, на которых они обследовали затонувший корабль, и обещал прислать им фотографии на следующей неделе.

Вечер они снова провели дома у Гаррета. Когда Кевин заснул, Гаррет и Тереза вышли на веранду и долго сидели, вдыхая теплый влажный воздух.

– Просто не верится, что завтра вечером мы уезжаем, – сказала наконец Тереза с печалью в голосе. – Два дня уже пролетели.

– Это оттого, что мы с утра до вечера были заняты.

Она улыбнулась.

– Теперь ты имеешь представление о том, как проходит моя жизнь в Бостоне.

– Ты занята там с утра до вечера?

Она кивнула.

– Постоянно. Кевин – самое дорогое, что у меня есть, но иногда он меня выматывает. Он ни минуты не может сидеть спокойно.

– Но ведь ты и не хотела бы ничего иного, правда? Разве было бы лучше, если б он целыми днями сидел у телевизора или слушал музыку, запершись в своей комнате?

– Нет.

– Тогда радуйся тому, что есть. Он – чудесный парень, я получил удовольствие от общения с ним.

– Я очень рада. Он тоже очень хорошего мнения о тебе. – Она помолчала. – Знаешь, хотя в этот раз нам почти не удалось побыть наедине, мне кажется, я узнала тебя лучше, что в тот, первый свой приезд.

– Что ты имеешь в виду? Я ведь не изменился.

Она улыбнулась.

– И да, и нет. В прошлый раз я была полностью в твоем распоряжении, а когда ты проводишь с человеком все свое время, гораздо легче уделять ему внимание. На этот раз с нами все время был Кевин, но тебя это нисколько не раздражало, и ты вел себя даже лучше, чем я могла себе представить.

– Спасибо, но для меня это не составляло труда. Я с удовольствием общался с вами обоими.

Он обнял ее одной рукой, притягивая к себе ближе. Она положила голову ему на плечо. В молчании они слушали, как волны накатывают на берег.

– Может, останетесь сегодня на ночь? – спросил он.

– Я всерьез подумываю об этом.

– Ты хочешь, чтобы я снова был джентльменом?

– Может быть. А может быть, и нет.

Он приподнял брови.

– Ты флиртуешь со мной?

– Пытаюсь, – призналась она и засмеялась. – Знаешь, Гаррет, мне так уютно с тобой.

– Уютно? Ты говоришь так, как будто я кушетка.

– Я не имела этого в виду. Просто я хочу сказать, что мне хорошо, когда мы вместе.

– Неудивительно. Я ведь испытываю к тебе некоторые чувства.

– Некоторые? И только?

Он покачал головой.

– Нет, не только.

Он смущенно замялся. Тереза удивленно смотрела на него.

– После твоего отъезда в Бостон ко мне приходил отец и прочитал целую лекцию.

– Вот как? И что же он тебе говорил?

– Сказал, что, если я чувствую себя рядом с тобой счастливым, мне не следует тебя отпускать.

– Ты намерен последовать его совету?

– Я думаю, мне следует употребить на тебя все свое обаяние.

– Ты уже обаял меня.

Он посмотрел на нее, потом на океан. Потом тихо заговорил:

– Тогда, наверное, мне следует сказать, что я люблю тебя.

Я люблю тебя.

В темнеющем небе над их головами сияли звезды. Убывающая луна освещала облака, застилавшие горизонт.

Я люблю тебя.

На этот раз в его голосе не было и тени сомнения.

– Правда? – наконец прошептала она.

– Да, – сказал он, поворачиваясь к ней лицом, – правда.

Когда он произносил эти слова, она увидела в его глазах какое-то новое выражение.

– О, Гаррет… – неуверенно начала она, но он перебил ее, покачав головой:

– Тереза, я не жду от тебя того же. Я просто хотел, чтобы ты знала о моих чувствах к тебе. За последние две недели столько всего произошло… – Он умолк.

Она открыла рот, но Гаррет снова покачал головой.

– Я не уверен в том, что все правильно понимаю, но я уверен в своем отношении к тебе.

Он нежно провел пальцем по ее щеке и прикоснулся к губам.

– Я люблю тебя, Тереза.

– Я тоже тебя люблю, – тихо сказала она.

Эти слова дались ей непросто, и она хотела верить, что говорила искренне.

Они долго сидели обнявшись, потом вернулись в дом и занимались любовью до самого утра. На этот раз Гаррет мгновенно уснул, как только Тереза ушла в спальню, а она долго лежала без сна, удивляясь тому чуду, которое свело их вместе.

Следующий день был великолепен. Тереза и Гаррет использовали малейшую возможность, чтобы подержаться за руки или обменяться поцелуем, пока их не видел Кевин.

Большую часть дня они занимались дайвингом, а по окончании занятий Гаррет прямо на борту яхты торжественно вручил им временные сертификаты.

– Теперь вы можете нырять с аквалангом, когда и где захотите, – сказал он, вручая Кевину сертификат с такой гордостью, словно он был золотой. – Заполни этот бланк, и через две недели я пришлю тебе настоящий сертификат PADI. Но помни: в одиночку нырять нельзя. Кто-то должен всегда страховать тебя.

Поскольку это был их последний день в Вилмингтоне, Тереза расплатилась за номер в мотеле, забрала вещи, и все вместе они поехали к Гаррету домой. Он предложил провести оставшиеся часы на берегу океана. У Гаррета нашлась летающая тарелка, и некоторое время они с Кевином развлекались, перебрасывая ее друг другу, а Тереза тем временем ушла в дом приготовить что-нибудь на ужин.

Они пожарили на гриле хот-доги и на скорую руку поужинали на свежем воздухе, после чего Гаррет отвез их в аэропорт. Когда Тереза с Кевином поднялись на борт самолета, Гаррет еще постоял несколько минут, а потом пошел обратно к своему грузовику. Войдя в дом, он первым делом взглянул на часы и прикинул, когда Терезе можно будет позвонить в Бостон.