Укрощение строптивой, или Роковая ночь, изменившая жизнь - Юлия Шилова

– Разве можно столько загорать под лампой? У тебя можетбыть ожог. Начинать надо с двадцати минут.

– Я и была под этой лампой не больше двадцати минут.

– А что ты делала до этого?

Пахан смотрел на меня как-то не очень мило и даже, можносказать, подозрительно. Неужели орангутан что-нибудь напел или, того хуже,вообще рассказал, кто я такая. От этой мысли у меня пересохло во рту и вновьзабилось сердце.

– Я сидела у себя в комнате. Вернее, уснула. Проспалаоколо часа. Сама не знаю, как отключилась.

– А в библиотеку ты не заходила?

В глазах у меня потемнело, и я почувствовала, как пульсируеткровь в висках.

– В библиотеку?

– Да, в библиотеку, я, по-моему, ясно сказал.

– Не заходила.

– А кого-нибудь подозрительного в доме видела?

– Леонид Станиславович, как кто-нибудь подозрительныйможет попасть в ваш дом? Это же нереально. У вас такая охрана…

– Я привык, когда мне точно отвечают на вопросы. Так даили нет?

– Нет.

– Просто, понимаешь, я пришел в библиотеку… Нужно быловзять кое-какие документы. В моем доме, кроме меня, никто туда не заходит.Убирают ее тоже только с моего разрешения. Зашел, а ключ от оружейной комнатылежит не в столе, а на столе. Странно.

– А может, вы сами его забыли положить? У меня такоечасто бывает. Когда о чем-нибудь думаешь, то не осознаешь, что делаешь.

– Может, и забыл. Сегодня день такой суетной.

– Вы сегодня в оружейную комнату заходили?

– Да, был утром.

– Значит, точно забыли.

– Думаешь?

– Уверена. Ну сами посудите: посторонних людей в доменет, гости близкие, слуги проверенные… Кому нужна ваша комната?

– Да, пожалуй, ты права… А вы, Валя, умная девушка иотлично можете успокаивать. Из вас выйдет очень хорошая жена. Вам, наверное,такая работа в тягость?

– Нет, напротив, я по натуре домашняя, а здесь все, какдома. А что это вы меня стали на «вы» называть?

– Сам не знаю. Наверное, просто волнуюсь.

– Вам ли волноваться, вы такой сильный, волевоймужчина.

Я облегченно вздохнула, поняв, что орангутан меня пока невыдал, а подозрения пахана мне удалось развеять. Теперь нужно сделатьчто-нибудь такое, чтобы он вообще забыл про этот долбаный ключ. И как меняугораздило положить его на стол! Это повариха виновата со своей выпивкой,совсем голову заморочила. Да еще и эта горилла приперлась, всю малину испортил!

– А я увидел ключ, зашел в оружейную – там все наместе… Затем решил обойти дом, посмотреть, кто здесь есть. Дошел до солярия инаткнулся на тебя.

– Вы уж извините… Я сейчас… Одеваюсь и бегу убиратьпосуду.

Сказав это, я уронила свое платье, которым уже несколькоминут закрывала от пахана свои прелести. Затем выждала немного, дав емунасмотреться вдоволь, наигранно взвизгнула и подняла платье с пола.Беспрестанно извиняясь, я стала торопливо одеваться. Пахан завороженно смотрел,даже не пытаясь спрятать свои глаза.

– Извините, ради бога, – произнесла я, не знаю, вкоторый раз подряд.

– Это ты извини, что я, старый идиот, уставился. Простотело у тебя такое шикарное…

– Спасибо, Леонид Станиславович, пойдемте, вас там уже,наверное, все потеряли. Вы же виновник сегодняшнего торжества.

– Да, конечно, – сказал пахан и открыл дверь,пропуская меня вперед.

Мы спустились в холл и у выхода из дома наткнулись наВалентина с блондинкой.

– Дядя, вы где пропали? Там гости уже уезжают. Хотят свами попрощаться, а вас нигде нет.

Валентин смотрел на меня таким взглядом, что мне даже сталотяжело дышать! Блондинка подозрительно поглядывала то на меня, то на пахана,затем остановилась на мне и сказала:

– А вы приготовили мне спальню?

– Она готова, можете отдыхать.

– Вы остаетесь? – спросил пахан. Он явно был не ввосторге от этого.

Блондинка растерялась:

– Да, мы с Валентином решили остаться. Куда ехать втаком состоянии?

Пахан бросил взгляд на Валентина и сурово произнес:

– Когда ты собираешься жениться на моей племяннице?

– Мы на днях хотим объявить о нашей свадьбе.

– Я убью тебя собственными руками, если тыпередумаешь, – сказал пахан и направился к гостям.

– Не переживай, – сказала блондинкаВалентину, – он просто считает, что ты не самая подходящая для меня пара.

– Он зря так считает.

– Я тоже в этом уверена. Как только мы объявим освадьбе, он изменит к тебе отношение.

– Где наша спальня? – спросил меня Валентин.

– Вы уже собрались отдыхать? – улыбнуласья. – Пойдемте, я вас отведу.

– Нет, нам бы хотелось уединиться на несколькоминут, – заржал громила, – а потом мы вернемся к гостям.

Я повела их в спальню, по дороге рассуждая вслух:

– С вашими габаритами несколько минут – это мало. Яразочарована.

– О чем она? – не поняла блондинка.

– Да так, просто девушка со странностями, –успокоил ее Валентин.

Блондинка понизила голос и стала тихо ему нашептывать:

– По-моему, эта девушка со странностями четко знает,что делает. Она охмуряет дядю, я в этом уверена.

– Не думаю, – сказал Валентин. Блондинка неунималась:

– А зря. Дядя сегодня с ней вышел петь. Он никогда неделал так раньше. Валентин, это может плохо закончиться. Она положила глаз надядины деньги.

– Заткнись! – шикнул на нее Валентин. Блондинканадула губы и в самом деле заткнулась.

Я довела их до спальни и открыла дверь.

– Желаю приятно провести время.

– Подожди, а постель застелена? – не мог от меняотцепиться горилла.

– Не сомневайтесь. – Я подошла к постели и откинулапокрывало.