Аромат рябины - Ольга Лазорева

— А ты больше слушай! — усмехнулся Павел. — Ох, уж эти жулики! Из всего деньги делают! Еще и не известно ничего, а уже всякие изобретатели появляются, спасители человечества, обещают избавить от новой напасти. Я в Интернете чего только не начитался! А ведь толком никто ничего и не знает!

Он остановился и смел снег со своей одежды. Потом отряхнул спецовку Петра.

— Смотри, кто это впереди бредет? — спросил тот.

Они пристально вгляделись в колышущийся поток снега и цыкнули на Сетку, рванувшуюся вперед. Перед ними невдалеке маячили два черных конуса, один повыше, а другой пониже.

— Эй! — зычно крикнул Павел. Конусы остановились и повернулись.

Охранники подошли ближе и поняли, что это два монаха в длиннополых черных рясах, усыпанных снегом. В руках одного из них был такой же квадратный чемоданчик, похожий на книгу, как и у Павла с Петром. В руках другого — толстая потрепанная книга, похожая на чемоданчик с лекарством.

— День добрый, — сказали одновременно Петр и Павел. — Тоже ищете?

— С божьей помощью, — ответил тот, что повыше.

— Что-нибудь знаете? — спросил Павел.

— То же, что и всегда, — сказал тот, что пониже, и поднял книгу.

Он раскрыл ее и прочитал без всякого выражения:

— «Ибо ты говоришь: «Я богат, разбогател и ни в чем не имею нужды»; а не знаешь, что ты несчастен и жалок, и нищ и слеп и наг. Советую тебе купить у Меня золото, огнем очищенное, чтобы тебе обогатиться, и белую одежду, чтобы одеться и чтобы не видна была срамота наготы твоей, и глазною мазью помажь глаза твои, чтобы видеть. Кого Я люблю, тех обличаю и наказываю»

Монах замолчал и закрыл книгу. Затем глянул на охранников прозрачными голубыми глазами, перекрестил их и отправился вслед за вторым монахом, бредущим по дороге. Петр и Павел машинально двинулись за ним.

— И чего он тут наговорил? — задумчиво произнес Павел.

— Кто ж это разберет? — ответил Петр. — Текст больно мудреный. Тут думать не один день надо. А объяснить некому!

— Да, мы ничего не знаем. И главное, знать не хотим! Вот беда, — сказал Павел. — А почему мы за монахами идем?

— Действительно, почему? — удивился Петр. — Давай свернем с проспекта вон в ту улочку, ведущую к заводу. А то мы уже лишнюю часть захватили, а это не наш участок. К тому же монахи сейчас те же охранники.

Они сошла с колеи и углубились в небольшую улочку, почти полностью заметенную. Снег лежал ровным, вогнутым к середине дороги слоем с выступающими кое-где контурами верха машин и доставал до окон первых этажей. Петр и Павел невольно остановились перед этой снежной нетронутой массой.

— Может, обойдем по проспекту? — предложил Павел. — А то тут мы не пролезем.

Сетка, присевшая возле их ног, завиляла хвостом.

В этот момент из ближайшего к ним дома раздались глухие удары. Кто-то явно пытался открыть дверь подъезда, и охранники полезли напролом по снежной целине. Идти оказалось легче, чем они думали, так как снег был легким и еще не успел осесть и уплотниться. Когда они оказались у подъезда, то начали быстро отгребать снег. Дверь приоткрылась, и выглянула совсем молодая женщина с хорошеньким, но бледным лицом. Она машинальным жестом прикрыла ладонью глаза и виновато опустила голову.

— Не бойся, — мягко проговорил Павел. — Мы не заразные. Но зачем ты выходишь на свет божий? Ведь это сейчас не рекомендуется.

Она опустила руку и, щуря глаза, проговорила:

— Мои двое маленьких детей хотят есть, но продукты закончились, а соседи не дают.

— Нужно было позвонить на пункт первой помощи, — сказал Петр.

— Звонила еще вчера утром, но машина так и не пришла.

Павел уже говорил по рации. Продиктовав адрес, он сунул руку за пазуху и достал пакет с бутербродами. Сетка тут же оживилась и подскочила к нему, яростно виляя хвостом. Женщина спрятала пакет в карман куртки и тихо сказала:

— Спасибо. А они точно приедут?

— Точно, — закивал Петр. — И скоро. Ты здесь жди.

Он остро глянул на ее светло-зеленые глаза с маленькими точками зрачков и на розовые губы с опущенными уголками. Женщина вяло улыбнулась и прислонилась головой к косяку двери, устремив взгляд в глубь улицы.

— Ну, мы пошли! — сказал Павел и ободряюще ей улыбнулся. — Сейчас к тебе приедут. Но мы ждать не можем.

Женщина кивнула и запахнула полы куртки.

— Сетка! Вперед! — строго проговорил Петр.

Та стояла у двери и не сводила глаз с кармана куртки женщины.

— Кому говорю! — прикрикнул Павел. — Получишь еду в дежурке!

И Сетка тут же двинулась за ними, повиливая хвостом и стараясь ступать в их следы. Охранники пробирались дальше по улице, внимательно оглядываясь по сторонам.

Снег внезапно прекратился, и небо очистилось. Показалось маленькое желтое солнце, тускло осветившее город. Мир из белого и подвижного превратился в застывший и мерцающий. Идти стало веселее. Услышав доносящееся откуда-то залихватское пение, Петр и Павел невольно переглянулись и свернули в узкий переулок. Они увидели тщательно расчищенную площадку возле входа в бар «Веселый раздолбай». Пение доносилось из полуоткрытых подвальных окон бара. Они были ярко освещены.

— Во народ! — ухмыльнулся Петр. — Все нипочем! Гуляют себе!

В этот момент дверь бара открылась, и на улицу вывалился толстый мужчина в распахнутом лисьем полушубке. Сделав шаг, другой, мужчина остановился, сильно шатаясь. И тут же рухнул, как сноп, на спину, раскинув руки в разные стороны. Охранники бросились к нему, с удивлением глянув на Сетку, не проявившую к упавшему никакого интереса. Подбежав, они склонились над ним и увидели его глаза с расширившимися зрачками и идиотскую ухмылку на мокрых губах.

— Скорей! — крикнул Петр, хватая чемоданчик из рук Павла и раскрывая его.

Он вынул ампулу с лекарством. Но мужчина перевел глаза на него и прошептал:

— А где моя лапусенька? Я ведь еще того, не закончил ничего.

Он начал хихикать, а пальцы потянулись к ширинке.

— Постой! — резко проговорил Павел и удержал руку Петра, уже готового вколоть лекарство.

— Ты чего? — изумился тот. — Забыл, что у нас всего пять минут?! Вызывай «Скорую»!

— Да погоди ты!

Павел склонился и втянул воздух возле раскрытого рта мужчины, потом осторожно снял с его черного шарфа белую пыль порошка, потер ее между пальцами и тоже понюхал.

— Кокс, — уверенно сказал он. — Ты глянь на него внимательно. Он же просто под кайфом, вот от этого зрачки так и расширились. Но «Скорую» все равно вызвать нужно. А пока втащим его в бар.

Охранники подхватили мужчину под плечи и волоком потащили к двери бара. Он тонко взвизгнул, потом начал хихикать. Дверь распахнулась настежь, и на пороге возникла шатающаяся фигура девушки. Она была в тонком красном топике на голое тело, очень короткой юбке и высоких сапогах. Ее рыжие волосы разметались по плечам, подкрашенные глаза с изумлением уставились на охранников.