Невинные сердца - Рэдклифф

* * *

Марта резко пробудилась, услышав сквозь беспокойный сон какой-то странный шум внизу. Она забылась в тревожной дреме в маленькой гостиной, примыкавшей к спальне Кейт, пока у кровати девушки дежурила Ханна. Мартин ушел к себе в библиотеку несколько часов назад. Он совсем обезумел от горя и больше не мог сидеть рядом с постелью тяжело заболевшей дочери. Ханна вошла в комнату, когда Марта как раз в спешке завязывала тесемки на корсаже. – Кого там еще принесла нелегкая! – раздраженно сказала Марта. – Они же потревожат Кейт!

Ханна бросила на Марту сочувственный взгляд и не стала напоминать, что Кейт уже какое-то время не приходит в сознание. Волосы у Марты были в беспорядке, шпильки из них выскочили, глаза ввалились, а лицо заострилось и побледнело. Бедная женщина, подумала Ханна, поблагодарив бога за то, что ее собственный сын пошел на поправку. Лишь сегодня вечером она смогла отойти от постели Джона Эмори. Зная, что Марте понадобится помощь в уходе за Кейт, она пришла в дом семьи Бичер, как только смогла, и сразу отправила Марту немного отдохнуть. – Это Джесси Форбс, объявила Ханна.

Марта посмотрела на нее непонимающим взглядом, ее замешательство быстро сменилось тревогой. – Она что, пришла прямо сюда?! – Похоже на то.

Расстроенный вид Марты не удивил Ханну. Хотя у нее и не было возможности поговорить о том, что произошло за последние дни, Ханна заподозрила, что случилось что-то неладное, когда Джесси без предупреждения пришла к ней. Наверное, Мартин и Марта как-то узнали, что происходит между девушками, предположила Ханна, а это могло окончиться лишь одним путем.

– Почему она пришла? – в смятении повторила Марта. _ Почему именно сейчас?

– Я думаю, она хочет повидать Кейт.

Когда Ханна услышала, как во входную дверь громко стучат, у нее сердце ушло в пятки от страха. Она подумала, вдруг это Таддеус прибежал сказать, что Джону Эмори вновь стало плохо. Ханна вышла на лестницу, чтобы узнать, кто пришел, и увидела в дверном проеме Джесси Форбс. Мартин преградил ей дорогу, но по выражению лица Джесси было видно, что она может в него и выстрелить. -Кажется, она настроена очень серьезно. – Это невозможно, – твердо заявила Марта. – Не думаю, что она отступится от своего. Марта.

– Да, это вряд ли, – сказала мать Кейт странным голосом, до сих пор пребывая под впечатлением от столь сильной связи, которая возникла между ее дочерью и этой необычной молодой женщиной. Марта достала из кармана передника сложенный листок бумаги и протянула его Ханне. – Я нашла это на столике Кейт вчера.

Ханна бережно развернула зачитанное письмо и внимательно прочла его. О боже, бедняжка Кейт. Закончив читать. Ханна медленно вернула листок Марте. Она не знала, что сказать, и ждала, когда Марта заговорит сама.

– Кейт собиралась бежать, – сказала Марта. Было очевидно, что она до сих пор потрясена этим до глубины души. Она посмотрела на Ханну глазами, полными усталости и боли. – Ты можешь себе это представить? Она бы просто исчезла, уехав с этой… женщиной.

– Кажется, они небезразличны друг другу, – осторожно заметила Ханна.

– Но бросить нас вот так! Должно быть. Кейт уже заболела и плохо соображала. – Но эти слова прозвучали неубедительно даже для самой Марты.

– У Кейт все в порядке с головой. Марта. Она оставила это письмо, потому что любит тебя и Мартина. Она не хотела, чтобы вы слишком сильно волновались за нее.

– Но ты же не одобряешь ее? – Эта мысль просто ошарашила Марту.

– Одобрять или не одобрять – это не мое дело. Но у меня такое чувство, что Кейт знает, что делает. – Ханна слегка улыбнулась и прибавила: – Даже и не знаю, в кого она такая упрямая.

– Так ты считаешь, что мы должны потворствовать этому безумию? Я что, должна позволить этой женщине увидеть Кейт? – Марта не сдавалась. – Ох, лучше бы мы никогда не уезжали из Бостона!

– Марта, – тихо начала Ханна, – я потеряла троих младших детей во время эпидемии в пятьдесят втором году. Похоронить собственного ребенка это невыносимое горе, от которого уже не оправишься никогда. – Увидев, как лицо Марты исказилось от боли и испуга, Ханна пожалела, что это случилось от ее слов, но все равно продолжила, потому что смерть Кейт страшила ее гораздо больше, чем гнев Марты. – Любовь обладает необъяснимой силой. Она даже может исцелять. Если Джесси Форбс поможет вам сохранить жизнь Кейт, то скажу прямо: гордости здесь не место.

Марта хранила молчание, ее взгляд переместился на неподвижную фигуру в другой комнате. Кейт была без сознания почти все время, а когда ненадолго приходила в себя и находила силы сказать лишь несколько слов, то каждый раз шептала имя Джесси. Ханна права. Если небеса дадут нам хотя бы крошечный шанс и эта женщина сможет что-то изменить, что ж, пусть так оно и будет. Об остальном буду волноваться потом. Марта с решительным видом повернулась в сторону лестницы. "Спасибо, Ханна", пробормотала она и торопливо вышла из комнаты.

* * *

НА пороге Джесси столкнулась с Мартином. Она была близка к тому, чтобы прибегнуть к насилию.

– Я должна ее увидеть, – повторила она низким голосом, в котором явно звучала угроза

Мартин продолжат стоять у нее на пути, он был не в состоянии думать ни о чем другом, кроме как о том, что его дочь умирает. Он знал, что Кейт собиралась убежать и оставить их с Мартой. Но теперь она могла действительно покинуть их. Навеки вечные.

– Кейт умрет в мире и спокойствии! – крикнул он. Эта чудовищная несправедливость повергала Мартина в безудержную ярость, которую ему необходимо было на ком-то выместить.

– Нет. – Дрожащей рукой Джесси провела по глазам, слышать эти слова ей было невыносимо. – Пожалуйста. Позвольте мне ее увидеть.

– Зачем? – грубо спросил Мартин. – Что ты можешь сделать? – Я люблю ее. Пожалуйста, я… – Убирайся вон. Джесси больше не могла выносить эту пытку. Она не отпустит Кейт вот так. Она просто не могла этого допустить. Джесс машинально схватилась за револьвер и сделала шаг вперед. – Дайте мне пройти или, клянусь, я убью вас!

Марта спустилась с лестницы и ахнула при виде гостьи. По перекошенному лицу Джесс было неясно, в кого она все-таки собиралась пустить пулю – в Мартина или себя.

– Прекратите сейчас же, оба! Ведете себя так, когда Кейт в таком состоянии. Как вам не стыдно! Не вмешивайся, – рявкнул Мартин. – Возвращайся наверх. Марта подошла к мужу и схватила его за локоть. Пусть она увидит Кейт. Какой теперь от этого вред? Джесси уже пронеслась мимо них и побежала по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Наверху остановилась, увидев Ханну в открытой двери. – Где Кейт? – Здесь, она ждет тебя. – Спасибо.

Джесси тихо вошла в слабо освещенную комнату, ей стало трудно дышать: к удушающему ужасу прибавился влажный спертый воздух, стоявший в спальне Кейт. Джесс едва заметила открытый чемодан, ее взгляд был прикован к тонкой фигуре в постели. Сердце у нее стучало так оглушительно, что Джесс боялась, что один лишь этот грохот в ее груди может разбудить Кейт.