Кактус. Никогда не поздно зацвести - Сара Хейвуд

– С Рождеством, Сьюз, – бросил Эдвард, послав мне воздушный поцелуй. Он развалился в кресле в салоне-гостиной, где уже собрались все взрослые члены семьи, а ноги в носках выложил на мягкий пуф, явно чувствуя себя как дома. Я повернулась к тетке Сильвии, которая робко пожала плечами.

– Это придумали Венди и Крисси, – объяснила она. – Им показалось, что чудесно собраться всей семьей, забыв о былых разногласиях. Я тебе не сказала, дорогая, потому что они хотели сделать сюрприз.

– Не могли же мы пригласить одного из вас и забыть другого, – невинно прощебетала Кристина.

– Это был бы фаворитизм.

– Эд уже извинился за то, что наговорил на похоронах, да, дорогой? – обратилась тетка к Эдварду. – Он тогда был под влиянием стресса, правда?

– Верно, тетушка, – подтвердил Эдвард со своей тщательно усвоенной ухмылкой озорника и шалуна. – Я тогда устал и переволновался… А вот и мой шофер!

– С Рождеством, Сьюзен, – сказал Роб, выходя в салон из зимнего сада. – Твоя тетя пригласила и меня вместе с Эдом. Я подумал – может, будет весело… Мы только на обед и сразу обратно.

– Обязательно будет весело, – заверила тетка Сильвия с отчаяньем в голосе. – Любого спросите, каждый скажет: «Если уж тебе невесело на приемах у Сильвии, значит, ты просто не умеешь веселиться». Одна проблема – за столом-то нас будет тринадцать… О, мы же ребеночка забыли! Четырнадцать!

Я пришла в ярость. Кузины прекрасно знали о конфликте между мной и Эдвардом и о том, что мы с детства терпеть друг друга не можем. Ими руководило исключительно желание меня спровоцировать. Тетка Сильвия, которая явно только и мечтала о том, чтобы я отказалась от мысли подать в суд, видимо, понадеялась, что я растаю при встрече с братом. Я только не понимала, для чего Эдвард им подыграл. Уверена, у него не больше желания находиться в моем обществе, чем у меня видеть его. Повторяю, мотивом здесь могла быть исключительно провокация. Ах-ах, ну как же Эдварду встречать Рождество одному? Бедный маленький сиротка!.. А что, интересно, здесь делает Роб? Приехал поддержать моего брата? Я почувствовала, что все ожидают моей реакции.

– Извините меня, пожалуйста, – сказала я и ушла к детям в «закуток», где с наигранным интересом принялась расспрашивать, какие компьютерные игры они получили на Рождество. Племянники и племянницы, вроде бы не заметив мои дрожащие руки и срывающийся голос, с удовольствием продемонстрировали, что у них есть. Десятилетняя Лейла даже настояла, чтобы я поиграла на ее старой консоли. Игра оказалась до ослиного глупой и монотонной, но удивительно хорошо успокаивала разыгравшиеся нервы. Через несколько минут к нам присоединился Роб, который присел на диван и стал смотреть из-за моего плеча, как я играю. Я настолько увлеклась детской забавой, что забыла о его присутствии; теперь я понимаю, как можно подсесть на электронные игры, если не обладать железной волей вроде, например, моей. Незаметно пролетел целый отупляющий час, и Венди сунула голову в дверь сообщить, что обед готов. С какой радостью я бы осталась в «закутке» и никуда не пошла!

– О, как все-таки приятно, что Сьюзен у нас! – начала тетка Сильвия, оглядывая стол. – И Эдвард тоже, конечно. Вся моя родня собралась на Рождество! Я очень, очень счастливая леди. Давайте поднимем тост за Сьюзен! Спасибо, что присоединилась к нашему скромному сабантуйчику, и всего тебе наилучшего в новом году! А год у тебя будет фантастический. Конечно, тебе сейчас страшно – уж я-то точно знаю, что ты сейчас чувствуешь, но в конце концов все обернется самым чудесным образом! – Она подняла бокал с шампанским и махнула чуть не половину.

– За Сьюзен, – пробубнили взрослые за столом, в основном без энтузиазма.

– Ах да, и за Эдварда тоже! – Тетка снова приподняла бокал и сделала новый огромный глоток. В этом тосте я не участвовала. Тетка Сильвия усадила меня во главе стола («Нет, я настаиваю, ты у нас почетная гостья!»), а сама села слева. Роб сидел справа. По правую руку от тетки уселся Эдвард, а напротив него, рядом с Робом, – Венди и Кристина. Мужья и дети разместились на другом конце стола. Хорошо еще, что нам не пришлось надевать оленьи рога (свои я накануне вечером потихоньку выбросила в мусорный бак). Да вот только неугомонная тетка Сильвия достала из комода тринадцать колпаков эльфов Санты. Эдвард повертел свой в руках, видимо, соображая, что с ним делать. Кристина выхватила у кузена колпак и нахлобучила ему на сальные волосы. Эдвард поглядел на меня с насмешкой, ожидая, что я начну отказываться и возмущаться. Но я молча надела шутовской головной убор.

– Ну это точно в семейный альбом, – заявил он, доставая из кармана телефон и делая снимок. Я улыбнулась как можно веселее.

– Ну так что, – начала Кристина, когда все доедали горячее, – как там ситуация с наследством тети Пат? Вы все еще спорите из-за дома?

– Тихо, Крисси, – шикнула на нее тетка Сильвия. – Об этом мы сегодня говорить не будем. У нас прекрасный семейный обед.

Язык у нее заметно заплетался.

– Ты же сама говорила – хоть бы они зарыли топор войны! Как же не поднять эту тему, раз они должны наконец выяснить отношения!

– А чего сразу я? – хмыкнул Эдвард. – Я выполняю, что адвокат сказал. С его слов, я могу оставаться в доме, вот я и остаюсь. Спор возник между Сьюз и душеприказчиком. Хотя пару вопросов я действительно хочу обсудить с дражайшей сестрицей до отъезда.

– Только не сейчас, – попросила тетка Сильвия. – Кто-нибудь хочет добавки или я ставлю пудинг в микроволновку?

– А почему ты так расстраиваешься из-за завещания, Сьюзен? – сладким голосом пропела Венди. – Эд всегда был любимчиком у тети Пат, вот она ему и отписала больше.

– Это неправда, – начала я.

– Венди, прекрати, – сказала тетка Сильвия.

– Но, мама, ты сама всегда говорила, что тетя Пат печется только о Эдварде! Ты говорила, что Сьюзен это знает.

Тетка Сильвия схватила меня за локоть.

– Прости меня, Сьюзен, милая моя! Я очень, очень перед тобой виновата…

В ее глазах стояли слезы. Она стянула свой эльфийский колпак и промокнула глаза.

– В чем? – опешила я.

– Прости, что она никогда не любила тебя так, как надо… Прости, что ты всегда для нее была вторым номером… Я так хотела чем-то тебе помочь, все исправить, но я ничего, ничего не могла поделать! О Сьюзен!..

– Ну будет, будет, Сильв, – подал голос обычно молчаливый дядя Фрэнк. – Следи за языком. Ты же знаешь, что пить тебе нельзя. Пусть другие решают свои проблемы, а ты помалкивай.

– Если бы повернуть время вспять! – всхлипывала тетка Сильвия. – Я бы…

Дядя Фрэнк поднялся из-за стола, подошел к жене и почти силком поставил ее на ноги:

– Ну-ка пойдем, тебе надо прилечь. Девочки и сами пудинг выставят.

На этом он вывел из комнаты тетку Сильвию, спотыкавшуюся на своих каблуках-стилетах.

– Это о чем сейчас было? – спросила Кристина у Венди, которая только плечами пожала.