Сумасшедшая любовь - Мэри Энн Марлоу

Домофон зазвонил в тот самый момент, когда я грела воду для чая. Я ответила:

– Мика?

– Да.

– Волшебное слово?

– Ой. Алохамора?^[8]

Я нажала кнопку и стояла у открытой двери, пока он поднимался вверх по лестнице. Он запыхался.

– Аэробика сложнее, чем это?

На нем были странные шорты, как у школьника-старшеклассника. На одной ноге было написано «Брук», на другой – «лин».

– Где ты раскопал эти шорты?

– Тебе нравится? Я нашел их в одном магазине на улице, где живу.

Я прикрыла рот кулаком, пряча улыбку.

– Чаю хочешь? Я как раз собиралась заварить.

Он поморщился:

– А вода есть?

– В холодильнике.

Вода закипела, так что я бросила в чашку чайный пакетик, а потом, извинившись, пошла переодеться в спортивную одежду.

Уже заварился крутой чай, когда я была готова. Я подошла к столешнице, чтобы выбросить пакетик. Мика пристроился сзади и положил руки мне на талию. Его губы коснулись моей шеи. Я застыла на месте, изнемогая от желания, чтобы он прикоснулся ко мне. Моя грудь вздымалась и опускалась, мое сердце билось чаще. Он провел пальцами по моей спине и забрался под футболку. От прикосновения его рук я с головы до ног покрылась мурашками. Как я хотела, чтобы наши губы слились в поцелуе! Я жаждала раствориться в нем.

Когда я повернулась, он разомкнул руки и отодвинул чашку. Потом он поднял меня и посадил на столешницу. Мы оказались лицом к лицу. Он замер и посмотрел на меня, а я – на него. Я спрашивала себя, как умудрилась оказаться с кем-то вроде него – настоящей рок-звездой, сошедшей с постера.

Он провел пальцем по моей шее сбоку.

– Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе, какая ты красивая?

Я сдержала смех. Это испортило бы всю атмосферу.

– А Зайон считается?

– Нет.

– Мика?

– Джо?

– Думаешь, ты мог бы поцеловать меня прямо сейчас?

– А как же степ-аэробика?

Я обвила его ногой и притянула ближе.

– Должна сказать, что ты не совсем готов к занятиям. Нужно еще потренироваться.

– Как насчет того, чтобы начать с подъема веса? – Он поднес руки к моим бедрам и приподнял меня.

Я обняла его ногами и положила руку на грудь.

– Тебе нужно добавить нагрузку для сердечно-сосудистой системы.

Он согнул руки, и его мышцы напряглись.

– Можем начать сейчас?

Затаив дыхание, я прошептала:

– Да.

Он отнес меня в комнату и усадил на кровать, а потом закрыл дверь ногой. Сев рядом со мной, он взял меня за руку.

– Джо, я тороплю тебя?

Я приложила его руку к лицу.

– Можешь просто поцеловать меня?

Он откинул волосы с моего плеча и наклонился, чтобы поцеловать меня в шею.

– Здесь?

Я задрожала:

– М-м-м… да.

Он прижал губы к моему уху и взялся зубами за мочку, затем покрыл рядком поцелуев мою щеку.

– Вот так?

Мое лицо запылало.

– Нет. Вот так. – Я запустила руку ему в волосы и просунула язык в рот, исполняя танец страсти на его языке и отдаляясь, как только он пытался поймать меня. Наконец, я сдалась, и мы утонули друг в друге. Он схватил меня за руки. Но я продолжала ощупывать его, надеясь обнаружить место, от прикосновения к которому у него по телу побегут мурашки. Он ослабил хватку, и я провела кончиками пальцев по его спине.

Он закрыл глаза, простонав:

– О мой бог…

Тогда он потянулся к моей рубашке, приподнял ее, а затем снял, и тут его рука наткнулась на инсулиновую помпу, которая была прикреплена к моим шортам.

– Что это?

Я отсоединила трубку и положила прибор на ночной столик.

– Это моя инсулиновая помпа.

Если я надеялась, что он просто проигнорирует увиденное, то мне не повезло.

– Для чего она?

Он вернулся к прибору и потрогал пластырь, прикрывавший место, куда вставляется игла.

– Грубо говоря, она сохраняет мне жизнь.

Он остановился и посмотрел на помпу.

– А ты не должна носить ее постоянно?

– Не волнуйся, все в порядке. – Я взяла его за руку и приложила к пластырю. – Ты удивлен?

Он потрогал пластиковый соединитель.

– Это больно?

– Не особенно. Болит, только когда вставляешь.

Его взгляд метнулся на прибор, оставшийся на ночном столике.

– Так ты отчасти робот?

– Наверное, да.

– Круто. – Он провел пальцами по краю белого тканого кружочка. – Сексуальный робот.

Всякий раз, когда он прикасался ко мне, мою кожу покалывало и мне хотелось увидеть его тело и тоже к нему прикоснуться. Я просунула руки под его рубашку и сорвала ее, потом помогла ему справиться с моим надежным спортивным бюстгальтером.

Его пальцы дюйм за дюймом исследовали мою открытую кожу, приводя меня в такое возбуждение, что я желала его все сильнее и сильнее, до тех пор пока больше не смогла терпеть. Но когда я потянулась к его поясу, он остановил меня.

– Ты уверена?

Я ответила гортанным стоном.

Он вспрыгнул, а я осталась лежать на кровати, недоумевая, принял ли он мычание в духе «о да!» за согласие. Но тут он вернулся и бросил квадратный пакетик на ночной столик рядом с моей помпой. Хорошо, хоть один из нас был способен мыслить здраво.

Как только он лег, я провела пальцем по его боку, а потом по поясу его шорт.

Он схватил меня за руку, и наши пальцы переплелись.

– Остановись. Я хочу насладиться моментом.

Я засмеялась:

– Ты хочешь остановиться?

Он тоже расхохотался:

– Да, мне не нужен просто секс. Я хочу узнать тебя. Я не желаю торопиться.

– Мика? Думаешь, нам лучше не торопиться в следующий раз?

– Ты уверена?

– Мика, ты нужен мне здесь и сейчас. Пожалуйста. Я умираю.

– Что ж, я не хочу, чтобы ты умерла. – С этими словами он очень медленно стянул с меня шорты и стал ласкать, до тех пор пока у меня не затекла спина и я не взмолилась, чтобы он прекратил играть со мной.