Синее на золотом - Валерия Вербинина

Не договорив, он уснул. Кассандр поглядел на него, качая головой, затем поднялся с места и бесшумно выскользнул из комнаты. Так же тихо он притворил за собой дверь и отправился искать Франсуа.

Адъютант генерала Оша обнаружился во дворе, где он соскакивал с лошади. Завидев его, Кассандр разразился непристойным хохотом. Одна щека Франсуа была разодрана, а на другой красовались свежие следы чьих-то ногтей.

– Это, должно быть, смешно, гражданин? – надулся Франсуа. В глубине души он был очень высокого мнения о своей внешности. – Чертовка чуть не выцарапала мне глаз! Еще немного, и я бы окривел!

– Да ладно, гражданин, – хохотал Кассандр, – каждый жертвует республике чем может! Где она? – спросил он, внезапно перестав смеяться.

– Ее повели в тюрьму. Мадам Марто, она уже лет десять в ратуше навроде ключницы… знает все замки и прочее. Остальные Марто никакого отношения к ратуше не имеют. Ну, я пришел к ней с ребятами, обыскал все – ничего. И тут замечаю, она все время в сторону колыбельки ребенка поглядывает. Сунулся туда, а там в подушке бумаги. Тут она на меня и кинулась.

– Бумаги давай сюда, – велел Кассандр, протягивая руку. – Что еще?

Франсуа отдал ему небольшую связку листков, исписанных убористым почерком.

– Да ничего, – буркнул адъютант. – Ее муж кричал, что будет жаловаться, но мы его тоже взяли.

– А где ребенок? – внезапно спросил Кассандр. Франсуа удивленно посмотрел на него.

– Дома, со служанкой.

– А, да-да, это правильно, – кивнул Кассандр и отправился к себе.

Учитель по-прежнему сидел на стуле посреди комнаты, только теперь в ней находились еще двое громил.

– Чем болен твой ребенок? – внезапно спросил Кассандр.

Патрик потупился.

– Я не знаю. Он кашляет и кашляет, и…

– Возьмите в Дюнкерке лучшего врача, – распорядился священник, – и отвезите его к Патрику домой. Лилльские доктора вряд ли согласятся ехать в ту деревню, где он живет. Врача потом доставите обратно. Да, и вот еще… – Он выдвинул ящик стола, вытащил из него десяток золотых, подошел к учителю и вложил монеты ему в руку. – На лекарства твоему ребенку, – коротко пояснил священник. – Будь здоров, Патрик. И береги себя. Может быть, ты мне еще понадобишься.

– Но здесь много, – забормотал ирландец. – Право же, гражданин…

– Ну, я все-таки тебя побеспокоил, – снисходительно объяснил Кассандр. – Вытащил из постели, оторвал от семьи… – Он обернулся к громилам. – И обращайтесь с ним повежливее. Все-таки он наш союзник.

Громилы синхронно кивнули и, почтительно взяв Патрика под локти, повели его из комнаты. А священник тем временем вызвал слугу и велел доставить к нему мадам Марто.

Ближе к вечеру Луи проснулся, и вскоре к нему заглянул Франсуа, который доложил, что он нашел мадам Марто.

– Гражданин Кассандр уже вынудил ее во всем признаться. Оказывается, она давно была связана с англичанами, как и ее муж. Сначала она пыталась отпираться, но наш священник… – Франсуа замолчал.

– В чем дело? – насторожился Луи.

– Он приказал не кормить ее ребенка, не поить его и положил за стеной, чтобы она слышала его крики. Ты представляешь, что это такое? Конечно, она не выдержала и во всем призналась. Она же все-таки мать, – в сердцах добавил адъютант.

Луи вскочил и принялся натягивать мундир.

– Куда ты? – забеспокоился Франсуа.

– Я набью ему морду, – объявил генерал. – Сукин сын!

– Кому это ты набьешь морду, а? – И с этими словами на пороге показался священник, который ухмылялся своей блаженной, пьяной улыбкой.

– Это ты велел не кормить и не поить ребенка, чтобы заставить женщину сознаться? – напустился на него генерал.

– Гражданин генерал! – обиделся священник. – Что ж я, чудовище, что ли? Я взял у знакомой хозяйки ребенка, который все время вопил, и положил его за стеной, а гражданке Марто сказал, что он ее. Ну, она и созналась… и заодно выдала нам всех известных ей в Дюнкерке шпионов. В ее бумагах я тоже обнаружил немало интересного. – Он протянул генералу список, в котором значилось три десятка фамилий. – Всех этих людей надо арестовать, а дальше я сам ими займусь.

Луи взял список, увидел, что в нем нет ни Амелии, ни ее знакомых, и вздохнул с облегчением.

– Франсуа, это тебе, – сказал он, передавая ему список. – Делай, что велит гражданин Кассандр.

– Кроме того, – добавил священник, – в городе в настоящее время находится некая Анриетта де ла Трав, ярая роялистка. Ее тоже вместе со всеми ее домочадцами надо препроводить в тюрьму.

И он с любопытством стал ждать, что за этим последует.

– Франсуа, выйди, – сказал Луи после паузы. Адъютант скрылся за дверью. – Я знаю, что эта женщина – роялистка. Но арестовывать ее нельзя.

– Почему?

– Потому что она ждет ребенка.

Кассандр пожал плечами.

– Она вполне может родить и в тюрьме. Мы обеспечим ей лучшие условия.

Луи пристально поглядел ему в лицо.

– Ты соврал, – неожиданно сказал он. – О гражданке Марто. Ты и в самом деле приказал не кормить и не поить ее ребенка.

Священник вздохнул и свесил голову.

– Да, – без малейшего намека на угрызения совести признался он. – И знаешь что, генерал, если для спасения города мне пришлось бы придушить ее младенца у нее на глазах, я бы это сделал. Ты знаешь, сколько ей заплатили за то, чтобы она и ее муж взорвали ратушу, когда появятся англичане? Сто золотых. Как по-твоему, город нашей республики Дюнкерк стоит сто золотых?

– Не в этом дело! – вспылил Луи. – Но так нельзя!

– И в этом тоже, – медовым голосом возразил Кассандр. – Противно не то, что люди продаются, – противно то, что они продаются задешево. Если бы мы не перехватили это письмо, если бы не поняли, что в нем содержится, погибли бы люди, и мы потеряли бы целый город, отличный порт, который потом наши враги использовали бы для военных действий против нас. А ты предлагаешь мне сокрушаться по поводу какого-то крикливого младенца. – Он пожал плечами. – Так что там с Анриеттой де ла Трав? Почему ее нельзя арестовывать? Только откровенно, без этих глупостей. Ну?

Луи глубоко вздохнул.

– Я знаю, что она шпионка, – сказал он наконец. – Но у меня есть в доме человек, благодаря которому я буду знать о каждом ее шаге.

Кассандр немного подумал.

– То есть ты предлагаешь оставить ее на свободе, чтобы следить за ней и таким образом узнавать, что затевают англичане. Кстати, этот твой человек – это случаем не женщина? Молодая, с зелеными глазами?

– Да, – буркнул Луи, досадуя на себя.

– Хм. – Кассандр почесал щеку. – Это она перевела тебе письмо?