Свидание по заданию - Галина Куликова

– Ты ОПЯТЬ пишешь Жанне?! – жарким, как африканская ночь, шепотом вопросила она, приближаясь к мужу медленным скользящим шагом.

Со стороны казалось, что она собирается начать танцевать с ним танго. Подоспевшая Ирина Петровна поняла, что еще секунда – и африканская жара превратится в огонь, изрыгаемый драконом, и от глупого Толика останутся рожки да ножки.

– Ты же не знаешь, что конкретно он пишет, – охладила она пыл своей средней дочери.

– Сейчас узнаем, – пообещала Марьяна и, снова завладев злосчастным сотовым, отскочила на безопасное расстояние и громко прочитала:

– «Ты что, останешься у нее ночевать? А как же твои заверения в том, что ты любишь только меня, свою родную маленькую девочку?» Да в этой девочке как минимум пуд лишнего веса! – возмущенно воскликнула она, не сдержавшись. – При таком маленьком росте жир распределяется как попало, и фигуры вообще нет.

– Прекрати! – завизжал Толик гусиным голосом и попытался протянуть дрожащую длань к телефону. Но тут же получил ощутимый удар по пальцам от своей жены.

– И что он ей ответил? – поинтересовалась она зловещим тоном.

– Цитирую: «Не волнуйся, мопсик, я перед сном, как обычно, выпью снотворное. С момента нашего расставания я всегда его пью, чтобы не спать с женой. Пока еще женой».

– Господи, – простонала Ирина Петровна, схватившись одной рукой за лоб, а второй упершись в бок. – Толик, ты меня просто убиваешь. Разве можно быть таким… таким…

– Козлом! – с чувством закончила за нее Марьяна. – Толик, ты такой козел, что если бы участвовал в соревновании на звание главного козла страны, победил бы во всех номинациях.

Побледневшая Соня взяла у Марьяны из рук злосчастное средство связи и ткнула им мужа в солнечное сплетение.

– Значит, это теперь называется «подышать воздухом»? – Она сделала маленький шаг вперед, и Толик отшатнулся в испуге.

– Дорогая, – пролепетал он, – выслушай меня!

– Не буду я тебя слушать.

Толик, выдававший сильные эмоции одну за другой, как спятивший тостер гренки, упал перед женой на колени и схватил ее за руки:

– Ты должна меня понять! Я просто слабый, запутавшийся человек! Я не злодей какой-нибудь. Мне нужна твоя помощь! Не выгоняй меня, это просто нечестно. Когда мы поженились, ты взяла на себя ответственность. Как же ты можешь теперь просто вышвырнуть меня?! Я же не щенок какой-нибудь…

– Конечно, не щенок, – мгновенно встряла Марьяна. – Ты козел!

– Прекратите сейчас же, – стальным голосом велела Ирина Петровна. – Толик, немедленно встань с колен.

– Встань и иди, – поддержала ее Соня. – Сначала за своим пальтишком, а потом – к черту на куличики. Чтобы ноги твоей не было больше в моем доме!

– Это наш дом, – мгновенно парировал Толик, выдавив две крупные слезы из хамоватых глаз. – И у нас есть общий кот. Это все равно что ребенок. Ты хочешь лишить его отца?!

– Может быть, вам помощь нужна? – неожиданно раздался голос Полетики.

Спрашивал он без всякой робости, ему вообще были чужды опасения или сомнения.

– Еще как нужна. Бери ноги в руки и выметайся вместе с Толиком на улицу, – радостно ответила Марьяна.

– Выгоняешь меня? – спросил Дима обреченно. – А я хотел тортик попробовать.

– Боже мой, конечно, идите и ешьте торт, – простонала Ирина Петровна. – Хорошо, что Ивана нет дома, а то бы ты, Марьяна, и его выгнала.

– Но его нет, – парировала разбушевавшаяся младшая дочь, – а вот второй мой зять все еще что-то трескает. Надо было бы и его к ногтю прижать, но я не стану.

– Конечно, ты не станешь, – донесся откуда-то из глубины прихожей голос Веры. – Иначе я тебе уши вырву.

– Ладно, ладно. – Марьяна подняла руки вверх, сдаваясь. – Будем делать вид, что Леонид у нас – удивительное исключение из правил.

– Если ты сейчас же не замолчишь, – злобно сказала Соня, схватив сестру за запястье, – я тебя первую выгоню на мороз.

– Марьяна. – Ирина Петровна развернула младшую дочь к себе лицом. – Что с тобой случилось? Произошло что-то плохое, верно?

– Ничего особенного, – пожала правым плечом та и несколько раз моргнула. – В командировке я столкнулась с главным редактором «Увлекательной жизни». И между нами случилось страшное.

– Какое страшное? – не поняла Вера, выбираясь из квартиры на лестничную площадку, где и так уже яблоку было негде упасть.

– Самое страшное, – важно пояснила Марьяна. – То, что случается между мужчиной и женщиной, когда они сильно нравятся друг другу.

– Нет, не может быть, – помотала головой Ирина Петровна. – Ты бы не стала.

– Я стала, потому что не знала, кто он такой. Этот тип в кроссовках. Он гнал меня в гостиницу, а потом мы были на реке. И еще я пела караоке… Это было так романтично! – Она прослезилась и вытерла нос рукой. – Он сидел в ложе с мэром, чтобы того не застрелили. А я была в красном платье! Да, это было дико романтично…

– Надо вызвать ветеринаров, чтобы ее усыпили дротиком со снотворным, – раздался голос Леонида. – Хватит выносить сор из избы. Раскричались на лестничной площадке, как галки. Соседи наверняка все слышат. Вам это надо? Заходите в дом, там и ругайтесь.

– Я категорически против того, чтобы в моем доме ругались, – заявила Ирина Петровна металлическим тоном. – Все заходим внутрь, живенько. Леонид совершенно прав. Даже если у нас проблемы, посторонним не стоит о них знать.

– Нет, пусть они знают! – вскричала Марьяна, вскинув обе руки вверх. – Пусть все знают!

Полетика осторожненько затолкал ее в прихожую.

– Нужно напоить ее крепким кофе, – заявила Вера. – Леонид, пойдем, поможешь мне.

– Варить кофе? – удивился тот. – Сама никак не справишься?

– Я что, уже ни о чем не могу попросить собственного мужа?!

Толик тоже вошел в квартиру вместе со всеми, но вместо того чтобы одеться и уйти, принялся бегать вдоль накрытого стола и ломать руки, подвывая:

– Это все так несправедливо! Соня, ты не должна была читать мои сообщения! Что это за полицейский произвол?! Разве я не имею права на личную жизнь? Ты что, хочешь контролировать и мои мысли? Влезть мне в голову?! Может быть, мне уже и чувствовать нельзя?! Я же к тебе вернулся, тебе что, мало?! Мало того что ты унизила Жанну, которая моложе тебя! Представляешь, как ей больно, что я предпочел ей, такой юной и свежей, старую жену?!

– Да твоя Жанна была юной лет двадцать назад! – закричала Соня и топнула ногой.

– Толик, убирайся вон из моего дома, – не выдержала Ирина Петровна. – Ты несешь бред, который нормальный человек даже слушать не станет.

– И вы туда же?!

Толик гордо выпрямился, лицо его вытянулось, взгляд потемнел. Марьяна, которую сгрузили в большое кресло, стоявшее у окна, могла бы поклясться, что это был хитрый и довольный взгляд афериста, чей план сработал на все сто. «Да он хотел, чтобы его выгнали, – догадалась она. – Чтобы он ушел обиженным, чистеньким, виня во всем Соню и считая себя невинно пострадавшим».