Прекрасно в теории - Софи Гонзалес

– Ладно, тебя подбросить до дома? – спросила Брук, а я отвела взгляд от Мэри, и что-то теплое разлилось в моей груди. Кажется, Мэри нашла общий язык с кем-то.

– Не, спасибо, я подожду маму.

Брук широко раскрыла глаза и понимающе улыбнулась.

– Оке-е-ей.

– Что? Что это было?

– Ничего. – Она улыбнулась и пошла, сцепив руки за спиной. – Хорошо тебе повеселиться здесь, общаясь только с мамой в ближайший час.

– Ты ищешь скрытый смысл, где его нет, – сказала я ей вслед, а ее смех эхом раздался в пустом коридоре.

Я закатила глаза и пошла к классу мамы. Комната была пустой, что означало – последний класс был очень аккуратным или, вероятнее, мама разозлилась на учеников и заставила последние несколько минут урока убирать все за собой в качестве наказания.

Так что я потопала наверх в учительскую, где остановилась поздороваться с Сэнди (миссис Броудери), Биллом (мистером Теннисоном) и другим учителем, имя которого не могла вспомнить, но он точно знал меня.

Мама была окружена хаосом из бумаг и что-то печатала на своем ноутбуке, стоявшем на длинной парте, за которой могли сидеть еще три учителя. Но никого не было рядом.

Над столом висела мамина доска для заметок, как обычно, с прикрепленными записками и фотками меня и Эйнсли, а также ее фотками вместе с учителями или учениками на выпускных или экскурсиях. Одним из новшеств был «ту-ду-лист», на котором было написано мое имя.

– День рождения Дарси, – прочитала я вслух.

– Сюрприз, – пошутила мама, прекратив печатать. – Что ты хочешь в этом году? Большую и шумную вечеринку или большой подарок?

Это правило для меня и Эйнсли существовало, сколько я себя помню. Большая вечеринка обычно означала группу людей, собравшихся в одном месте, например у нас дома, с едой для всех и разными развлечениями. Если мы выбирали этот вариант, нам дарили подарок, но что-то более скромное. Или мы могли выбрать тот вариант, где родители раскошеливались на подарок, а само празднование включало праздничный торт со свечками на кухонном столе, пиццу или индийскую еду. К несчастью для нас, развод родителей не привел к удвоению подарков на дни рождения и Рождество. Родители умудрялись дважды в год забывать свои разногласия, чтобы сотрудничать в этом деле.

– Эм… я еще как-то не думала об этом, – ответила я.

– Ну, осталось всего три недели. Тебе следует предупредить нас.

– Могу сказать через пару дней?

– Конечно.

Мама определенно была увлечена письмами, на которые отвечала, поэтому я воспользовалась возможностью спуститься к шкафчику. Когда я убедилась, что вокруг никого нет, выудила письма и зашла в пустой класс, закрыла за собой дверь и села так, чтобы меня не спалили, пока я просматриваю их.

Первые два письма были стандартными.

А третье необычным. И там лежало пятьдесят долларов.

Нахмурив брови, я открыла послание. Я получала множество писем, отправленных теми, кто по какой-то причине не мог позволить себе заплатить десять долларов. А в таких ситуациях я, конечно, была рада чаевым. Я, как никто другой, понимала, что значит нуждаться в помощи, но не иметь средств, чтобы заплатить за услугу. Но никогда раньше я не получала такой суммы за свою работу.