Опасные тайны - Нора Робертс

— Ты, я вижу, следишь за расписанием.

— Можно сказать и так. Твои кони бегут с нашими ноздря в ноздрю.

— Хочешь еще одну частную ставку? Между прочим, ты все еще должна мне десятку.

— Хорошо. Учитывая обстоятельства… пусть будет двойная. Дубль — или ничего. — — Согласен. Хочешь взглянуть на победителя?

— Спасибо, но я уже видела Гордость Виргинии. Гейб ухмыльнулся и взял ее за руку.

— Идем.

Он потянул Келен за собой, и Ченнинг нахмурился.

— Давно это продолжается? — спросил он Наоми.

— Мне начинает казаться, что — да. — Глядя вслед удаляющейся паре, Наоми потерла свой мокрый, замерзший нос. — Тебя это беспокоит?

— Развод дался Кел нелегко, и мне не хотелось бы, чтобы кто-то этим воспользовался. Ты хорошо его знаешь?

— Не очень, если говорить откровенно. — Наоми вздохнула. — Попозже я расскажу тебе все, что знаю. А теперь давай пойдем с ними. Может быть, это поможет тебе перестать беспокоиться.

— Отличная идея. — Ченнинг посмотрел на Наоми и улыбнулся. — Ты — парень что надо, Наоми.

Польщенная, Наоми взяла его за руку.

— И ты тоже.

— Знаешь, Слейтер, я всегда рада, когда наши лошади выигрывают скачки, но мне искренне жаль, что с Валетом так получилось. Конечно, я ничем не могу помочь, но…

— Запала на них, да?

Келси приподняла козырек своей кепочки и посмотрела на него.

— На кого?

— На лошадей.

Она пожала плечами и пошла дальше.

— Даже если так, что с того?

— Они помогают тебе успокоиться, смягчиться, а тебе это очень идет. — Гейб намеренно замедлил шаг. Ему хотелось подольше побыть с ней, прежде чем они достигнут бокса.

— Когда ты снова придешь?

Келси не стала притворяться, что не расслышала или не поняла его, но предпочла уклониться от ответа.

— Я была очень занята. У Моисея всегда находится для меня какая-нибудь работенка.

— Может быть, ты хочешь, чтобы я пришел к тебе?

— Нет. — Рассердившись, Келси резко обернулась через плечо. Наоми и Ченнинг почти нагнали их.

— Нет, — повторила она. — Во всяком случае, ты выбрал не самое подходящее время, чтобы обсуждать этот вопрос.

— Как тебе кажется, твой братец вцепится мне в глотку, если я прямо здесь обниму тебя и поцелую?

— Конечно же, нет. — Келси почувствовала, что самообладание покидает ее и добавила: — Зато я могу.

— Ты настоящая искусительница. — Гейб прижал палец к губам. — Сегодня вечером. Я хочу видеть тебя сегодня же вечером.

— У меня есть чем заняться, Гейб. Ченнинг проведет здесь еще неделю.

— Сегодня вечером, — повторил Гейб. — Приходи, иначе я сам приду к тебе. Выбирай.

Он остановился возле бокса, все еще не выпуская ее руки.

— Ну, здравствуй, мальчик. Ты готов к… — Гейб не договорил, заметив на боку вороного кровавую полосу. — Что за черт!..

Он рывком отворил дверцу и сразу увидел на подстилке изуродованное тело.

— Назад! — Он взмахнул рукой, чтобы остановить Келси.

— Что с ним такое? У бедняжки кровь идет… — Келси продолжала напирать, и, когда Гейб схватился за уздечку, чтобы не дать жеребцу подняться на дыбы, она тоже увидела окровавленную солому и лежащего человека на ней.

— О, боже… Боже мой, Гейб!

— Держи его! — приказал Гейб и, схватив безвольно повисшие руки Келси, заставил ее схватиться за уздечку.

— Что случилось? — Наоми, заметив странную бледность, разлившуюся по щекам Келси, рванулась вперед. — Я вызову «Скорую помощь». Ты справишься с конем, Келси?

Ее рука легла поверх руки дочери.

Келси моргнула и, кивнув, слегка откашлялась.

— Да. Думаю — да. Со мной все в порядке.

На самом деле ее мутило, и она не решалась повернуть голову, чтобы еще раз увидеть тело, лежащее в углу бокса.

— Господи! — Ченнинг с трудом сглотнул, потом протиснулся мимо Келси к Гейбу, который склонился над телом. — Я, конечно, не врач, — негромко сказал он, приседая рядом, — но я учусь. Может быть…

Но ему потребовался только один взгляд, чтобы понять, что здесь был бы бессилен даже такой опытный хирург, как его отец.

Кровь была повсюду. Солома буквально пропиталась ею, а глубокая рана на затылке убитого продолжала кровоточить. Ярко-голубая кепочка, испачканная красным, была наполовину втоптана в солому подстилки.

— Должно быть, эта лошадь взбесилась, — мрачно сказал Ченнинг. — Отойди от нее, Келси. Слышишь, отойди!

— Я его удержу. — Стараясь дышать ровнее, Келси погладила вороного по шее. — Он испуган, он весь дрожит.

— Черт возьми! Он только что убил человека!

— Это не он, — Гейб говорил негромко, но в его голосе звучали стальные нотки. Он осторожно перевернул Мика на спину, и под задравшейся рубашкой на животе грума стала видна страшная ножевая рана. — Это сделал кто-то другой.

Келси, дрожа, стояла под дождем и притворялась, будто пьет кофе, который принес ей Ченнинг.

— Тебе нужно уйти отсюда, — в десятый раз повторил ее брат. — Давай я провожу тебя домой или, по крайней мере, в клуб.

— Не надо, со мной все будет в порядке. Я должна ждать. Этот бедняга… — Келси повернулась и посмотрела в сторону конюшен. Они больше не казались ей радостными, кипящими своей собственной внутренней жизнью и энергией. Теперь они были просто грязными и страшными. Вокруг тесными молчаливыми группками собирались люди.

— Гейб там, — закончила Келси. — С полицией.

— Он сам справится. — Ченнинг бросил взгляд на Наоми, которая, нахохлившись, сидела под навесом на перевернутой бочке. — Может быть, вам с Наоми все-таки лучше уехать? Твоя мама выглядит по-настоящему испуганной.

Келси продолжала смотреть на ворота конюшни. Она должна быть там, должна знать, что они говорят, должна своими глазами видеть, что там происходит.

— Гейб и я… мы нашли его, — пробормотала она. — Мне кажется, я должна помочь…

— Тогда иди и помоги Наоми. Келси глубоко вздохнула.

— Хорошо. Ты прав.

Она подошла к матери и вздрогнула, встретив ее пустой, ничего не выражающий взгляд.

— Возьми, — она протянула Наоми свой нетронутый кофе. — Лучше бы тебе выпить бренди, но бренди у меня нет.

— Спасибо. — Наоми взяла чашку и заставила себя сделать глоток. Это не имеет к ней никакого отношения, напомнила она себе. На этот раз полиция не заберет ее с собой.

— Бедный Мик…