Любовь со вкусом вишни - Татьяна Алюшина

– Привет, Сереж! – поздоровалась первой Ната и чмокнула его в щеку. – Давай скорее за стол, пока все не остыло. Нас тут Василий Корнеевич совсем избаловал, готовит кулинарные шедевры. Сегодня учил Веру Петровну делать свои особые оладушки, по-моему, она обиделась.

– Точно, – поддержал жену Антон, здороваясь с Сергеем за руку, – но только после того, как съела десяток!

Наталья рассмеялась.

– Мне кажется, она к вам неравнодушна, Василий Корнеевич, а тут такой казус – мужчина, которого она обхаживает, учит ее готовить! Признайтесь, вы специально?

– Господь с вами, Наталья, и в мыслях не имел! – хитро прищурившись, ответил дедушка.

– Здравствуйте, Сергей Викторович, – перестав улыбаться, сдержанно поздоровалась Ника.

– Василий Корнеевич, – поздоровался Кнуров с дедушкой за руку.

– Приветствую, – пожимая ему руку, ответил дедушка.

– Политес окончен! Быстро кушать, – распорядилась Ната. – Сейчас все остынет на таком холоде!

Оладушки оказались необыкновенно вкусными, горой навалены в большую глиняную миску, накрытую крышкой и укутанную в банную фуфайку для сохранения тепла.

Сергей наелся так, как наедался только у мамы – вкусно, радостно, разрешая себе обжорство. Отодвинув тарелку и добавив в кружку еще кофе, приступил к изложению добытой информации:

– Итак. Что касается монастыря. Олег, как мы уже убедились, талантливейший тактик и стратег.

– И не только! – перебил его Василий Корнеевич. – Он настолько точно разбирался во всех нюансах мировой политики и политики страны, что всегда четко просчитывал и предугадывал события. Он изучал характеры руководителей и знал, какие шаги они могут предпринять. Он предсказал войну в Афганистане, перевороты девяносто первого и девяносто третьего. А перед смертью рассказал мне, как он видит развитие страны на ближайшие десять лет. И знаете, совпало практически все!

– Вот именно! – поддержал Сергей. – Он просто гениально, потрясающе провернул операцию по спасению жены. Сначала нашел мужика, работающего в морге, который отсидел восемь лет по политической статье. Что ему пообещал Игорь, неизвестно, но они договорились. Когда в морг поступил подходящий труп, Игорь спрятал жену и написал рапорт о ее исчезновении. Кипеш поднялся еще тот! Во-первых, ее семью посадили по расстрельной статье, а во-вторых, она хоть и была простой служащей, но работала в отделе разведки НКВД. Через день Олег «опознал» труп. Его коллеги решили, что он сам, как врага народа, толкнул жену под машину. Это было Олегу на руку – и репутацию заодно упрочил. А дальше еще интереснее! Тогда он уже работал курьером, осуществляющим связь резидентуры с центром. Проводил операции в основном в скандинавских странах, в Прибалтике, в том числе и в Эстонии, куда прибыл на третий день после похорон жены по официальной командировке и легальным документам и, само собой, с неофициальным заданием. Уж как он вывез жену, неизвестно, а жаль! Наверняка что-то изящное придумал, но то, что Олег устроил ее в монастырь, это точно. Кстати, это единственный монастырь на всей территории бывшего Союза, который ни разу не закрывался. Она стала там только послушницей и покинула его стены в сорок шестом. Найти ее оказалось очень трудно, но, встретившись с заведующим церковным архивом, я узнал много интересного. Не буду рассказывать историю постреволюционного православия, ничего хорошего там нет!

– Да уж, Ника весь день вчера в Интернете это изучала, так чуть не плакала! – вспомнила Ната.

– Есть от чего, – кивнул Кнуров. – И все-таки мы ее нашли, по крайней мере, я думаю, что это она. В одном из отдаленных монастырей в Сибири. Когда уничтожали все культовые организации, местные жители не показали властям, как туда добраться. А после войны Сталин негласно сделал послабление в этом вопросе, и местные стали открыто навещать монашек. Так вот, из всех известных на данный момент христовых невест есть только одна подходящая. Сейчас она является настоятельницей монастыря. Я думаю, это та, кого мы ищем.

– Агрипина, – кивнула головой Ника.

– Да, это ее имя, – удивленно приподнял одну бровь Кнуров, посмотрев на Веронику. – И нам придется ехать в Сибирь.

– Господи! – воскликнула Наталья. – Это же к черту на рога! Да там еще зима глубокая! Снег и грязь небось по колено.

– При лучшем раскладе, пять-шесть дней туда и обратно. Это много, Михаил Иванович начнет нервничать, может и дров наломать, – покачал головой Антон.

– Не надо никуда ехать! – вздохнув, как перед прыжком в холодную воду, бодро объявила Ника.

Слушая Кнурова, она все пыталась успокоиться, притушить на время рвущиеся наружу эмоции.

Надо взять себя в руки, спокойно и четко рассказать, что она узнала, и, главное, убедить Кнурова и всех остальных.

Легко сказать убедить!

Если бы полгода назад кто-нибудь рассказал Веронике про такой сон и стал бы настаивать на его полной правдивости, она бы решила, что товарищ не в себе. Причем сильно не в себе.

Еще бы! Вполне нормальная реакция. А вы бы поверили? Ну, вот!

А ей надо убедить весьма здравомыслящих людей, основываясь на ее видениях, начать поиски, в общем-то, из серии: «Пойди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что!» И не просто здравомыслящих, а профи, первоклассных специалистов.

– Вы хотите прекратить поиски? – очень спокойно, с нажимом на каждом слове, спросил Кнуров.

– Ни в коем случае! – ответила Ника, сразу настраиваясь на привычную уже для них двоих манеру разговора, четко, с расстановкой и без эмоций: – Я хочу их ускорить. У меня появилась информация, которая поможет это сделать.

– Откуда информация? – не прибавив тепла голосу, поинтересовался Кнуров.

– От Олега, – сообщила Ника. И, стараясь держать ровный тон, не допуская эмоций, она поведала о своем ночном госте и, достав из кармана джинсов листок, который еще никому не показывала, протянула его дедушке.

– Это тебе, – сказала она.

Василий Корнеевич прочитал и, передав лист Кнурову, прикрыл ладонью глаза.

– Вы хотите сказать, что мы должны продолжить поиски, основываясь на ваших ночных видениях? – спросил Кнуров, передавая послание дальше, Антону.

– Да, – кивнула девушка.

– Я думаю, это вполне возможно, – поддержал Нику дедушка.

– Давайте уточним, – командирским тоном предложил, вернее, приказал Кнуров. – Вы не знаете и не видели, где именно находится этот дом?

– Нет, не видела.

– И вы хотите обойти все имеющиеся в Москве дома, построенные до сорок шестого года?

– Нет, не все. Только те, к которым имел отношение Олег.

– А вы представляете себе, к какому количеству домов может иметь отношение разведчик, тем более нелегал? – поинтересовался недобро господин Кнуров.

– Он сказал: «Вася бы нашел и все понял», значит, речь идет только о тех домах, о которых знает и дедушка, – барышенька Былинская продолжала гнуть свою линию тем же спокойным голосом.