Вернуть всё - Татьяна Герцик

Пошел к родителям. Отца не было, он ушел в контору, узнать, как идут дела. Новогодние праздники длинные, и коровы не поймут, если доярка не придет на дойку из-за бурного застолья, вот и приходится все контролировать.

Мать как-то суетливо, не поднимая глаз, принялась бегать вокруг него. У него сразу возникло неприятное подозрение. Может, это она наговорила что-то Наталье? Решил идти наобум:

– Почему уехала жена?

Анфиса Николаевна сразу подбоченилась:

– Жена? Да какая она тебе жена? Нахлебница она, вот и все!

– Мама, я с тобой спорить не собираюсь! Я тебя спрашиваю: почему она уехала?

– Потому что она тебе не пара! Я ведь слышала, что ты ей говорил перед отъездом. И считаю, что ты прав. Я ей так и сказала: тебе здесь не место!

– Мама, мало ли что я сгоряча брякнул! Ты-то зачем в наши дела встреваешь?

– Сгоряча? Да ты ей постоянно это говоришь! А до нее не доходит! Вот и пришлось помочь!

Александр покраснел. А ведь он и впрямь постоянно талдычил жене о своей неприязни. И как она только терпела?

– Я был неправ. Я ее люблю.

Анфиса Николаевна подбоченилась.

– Да такой любовью ты любую бабу полюбишь! По ночам все бабы одинаковые!

– А я ее не ночью люблю, а днем. Она умная, добрая и справедливая. Мне с ней не скучно. Поговорить есть о чем. Посоветоваться.

– Посоветоваться? – Анфиса Николаевна подивилась. Она и не подозревала, что Александр о чем-то советуется с женой. – Да о чем это?

– Обо всем! – Александр разозлился. – Ну, я все понял. Завтра я за ней поеду. Только вот в этот дом я ее привозить не хочу. Не наш с ней это дом.

Анфиса Николаевна растерялась. Неужели Наталья рассказала сыну об их ссоре?

– Извини, погорячилась я. Но это ведь и впрямь не ее дом.

– Значит, и не мой! – Александр понял, что без него здесь произошло нечто гораздо более серьезное, чем он предполагал. – Придется что-то подыскать на время. Летом начну свой дом строить.

– Да зачем же дом строить? Может, просто поменяемся?

Анфиса Николаевна с Александром одновременно повернулись в сторону говорящего.

– Ты ко мне поедешь, я к тебе. – Дед Александр Иванович был серьезен. – Как тебе такой расклад?

– Ты же не хотел из своего дома уезжать!

– Я не хотел свой дом бросать. А если там мой внук с семьей жить будет, это не значит бросить. В свое время и мне мой дед этот дом оставил. Думаю, и ты в свое время так же поступишь. Дома, они дольше людей живут. Особенно такие, как эти. – Он показал рукой на мощные стены. – Да и мне, признаюсь, тяжеленько уже такую махину обихаживать.

Анфиса Николаевна попыталась что-то возразить, но ее никто не слушал.

– А когда собираешься перебираться?

– Да хоть сейчас. Думаю, ты ведь и прибраться там захочешь. Ремонт-то уж потом сделаете вдвоем с хозяйкой. По своему опыту знаю, на них не угодишь. У них взгляд-то на вещи совсем другой. У нас, вишь, примитивный он, как мне твоя бабка не раз говорила. И права была, как ни верти. Так что пусть хозяйствует, а ты ей помогай. И мебель перевозить ни к чему. Меня и твоя устроит. А у меня антиквариат, береги.

В дом зашел хмурый Иван Александрович. Увидев отца, сказал:

– А, батя, ты здесь! А я как раз к тебе заходил.

– Да уж, вот мы здесь все и встретились. Думаю, что по одному и тому же вопросу. Но ты, сын, не печалься. Если вы готовы меня принять, то я прямо сегодня сюда и перееду.

Иван Александрович кивнул головой.

– Тогда я сейчас наш МАЗ вызову. С тентом. Думаю, начать лучше с тебя, Саша. За раз все и перевезем.

Они перешли на половину Александра и принялись собирать вещи. Мать бегала вокруг, уговаривая не спешить. Подошел грузовик с двумя мужиками. Они помогли вытащить подготовленные вещи, и Александр поехал к деду. На прощанье еле успел сказать матери, чтобы занялась его охотничьими трофеями.

У деда все уже было упаковано.

– Ну ты, дед, даешь! Когда это ты успел?

– Да еще перед Новым годом стал укладываться. Давно мне это надо было сделать, ведь и ежу было понятно, что твоя мать твоей семье палки в колеса вставляет. А теперь вы сами по себе, и здесь она над вами не хозяйка. Но прибрать уж сам постарайся, мне это дело не по силам.

Деда вместе с его вещами увезли, и Александр остался один. Он прошел по пустым комнатам, отмечая хозяйским взглядом, что нужно сделать. Красивая мебель была в пыли, ее нужно для начала просто протереть. Он взял тряпку, намочил ее и прошелся по всем комнатам. Стало повеселее.

Но больше делать ничего не стал. Даже пол решил помыть потом. Кто его знает, вдруг Наталья решит все тут переделать по-своему?

Лег спать на диване, где спал много-много раз, но сейчас старый дом показался ему куда уютнее, чем прежде. Может быть, потому, что стал своим?

Представил, как привозит сюда Наталью с детьми, и вдруг захотелось петь от радости. Завтра он за ними поедет.

Яков держал Наталью за рукав, чтоб не сбежала, и пытался в очередной раз убедить в своей неземной любви. Они стояли у самого подъезда, и Наталья с тоской поглядывала на спасительную дверь. Она бы давно вырвала рукав и ушла, но Ваня с Улей играли поодаль, и позволить такую роскошь она себе не могла. Сердито заявила, надеясь, что он отстанет:

– Ты что так усердствуешь? Тебе дома что, есть нечего? Может, тебе плошку супа подать? Может, ты от голода попрошайничаешь?

– Чего ты из себя цацу неприступную изображаешь? Думаешь, я не знаю, что ты и со вторым мужем разошлась? Как говорится, два – уже система. Так что подумай, правильно ли ты себя ведешь. Может быть, помягче надо быть? Ты и своему туповатому деревенскому муженьку хамила, как могла?

Наталья почувствовала, как у нее перехватило горло. Да уж, Яков всегда умел безошибочно найти самое больное место и пнуть по нему посильнее.

– Не понял? Может быть, повторишь еще раз для туповатого деревенского муженька? – внезапно прозвучало за спиной.

Яков поднял голову и побледнел. Он и забыл, какой же огромный у Натальи муж.

– Э…, это я пошутил. – Он отступил на шаг назад, готовый удрать при первой же возможности.

Но разозленный Александр ему такой возможности не дал. Он легко поднял его и закинул на козырек подъезда. Тот завопил:

– Ты что? С ума сошел?

– Нет. Это мы, туповатые деревенские муженьки, так развлекаемся. И учти, это милая домашняя шуточка. Если хочешь посерьезнее со мной поговорить, спускайся, поговорим.

Яков тут же замолчал, а Ульяна, услышав голос Александра, с воплями:

– Папа приехал! Папа приехал! – понеслась к нему.