Скандальное обольщение - Шарлотта Физерстоун

Блэк улыбнулся, закрыл глаза и мысленно перенесся в девичью спальню. В своих фантазиях он обнял ее за талию, медленно скользя ладонями по тонкому стану, лаская ее, поглаживая высокую грудь и целуя шею. Он представлял, как рассматривает ее в зеркале, а потом заключает в объятия и прикладывается губами к ее нежным устам.

Его пальцы постукивали по стеклу, и граф продолжал безмолвно стоять, пока свет в ее спальне не погас. Блэк отошел от окна, готовясь встретить Изабеллу в своем доме.

— Ох, Изабелла!

Восторженный возглас Люси заставил Изабеллу глубоко покраснеть.

— Ты выглядишь просто потрясающе!

Изабелла уставилась в зеркало, не в силах поверить, что это ее собственное отражение.

— О, только благодаря платью, Люси. Твои таланты… в самом деле изумительно!

Люси улыбнулась, обходя ошеломленно замершую на месте кузину, восхищенно взирая на творение своих рук.

— Я так и знала, что малиновый шелк будет фантастически на тебе смотреться.

Ах, это было великолепно! Она полагала, что платья, которые приобрел для нее дядюшка, выглядели блестяще, но это… просто настоящее произведение искусства. Изабелла и представить себе не могла, что она когда-нибудь будет обладать чем-нибудь столь эффектным.

— Ох, боже мой, Люси, я не вправе принять…

— Ой, замолчи. Конечно, вправе. В любом случае я хотела подарить тебе это платье на Рождество. Ну и что такого, если подарок достанется тебе несколькими месяцами раньше, а? Кроме того, ты будешь выглядеть изумительно за столом у Блэка в темно-красном платье, освещенная ярким пламенем множества свечей.

— Люси… — Она попыталась выразить свое несогласие, но кузина взмахом руки отмела все дальнейшие возражения.

— Я всего лишь имела в виду, что, раз уж мистер Найтон примет участие в ужине, тебе, естественно, захочется выглядеть в его присутствии как можно более привлекательно.

Выгнув бровь, Изабелла позволила себе усомниться в последнем высказывании дорогой кузины. Да, Уэнделл действительно приглашен на сегодняшний ужин, факт, вызывавший у нее смешанное чувство облегчения и беспокойства.

— Твоя прическа прелестна. Энни проделала великолепную работу, я восхищена тем, как ей удалось собрать твои густые локоны и закрепить их этой чудесной низкой гагатов. Ты выглядишь очень женственно, Исси.

Изабелла провела руками по гладкому шелку платья. Лиф с глубоким вырезом, ворот и рукава украшены малиновыми розетками. Верх платья облегал ее фигуру, как тонкая лайковая перчатка, подчеркивая грудь, четко обрисовывая линию талии и драпируя глубокими складками бедра, приковывая внимание к их женственному изгибу. Длинный шлейф, пышной волной ниспадающий до самого пола и поддерживаемый высоким турнюром, был также украшен розетками.

Цвет платья завораживал. Глубокий, насыщенный багряный шелк мягко поблескивал в свете газовых ламп, стоило взглянуть на него под нужным углом зрения. Оттенок его напомнил Изабелле каплю крови, которая появлялась на пальце, когда случалось уколоть его во время шитья.

— Исси, — проговорила Люси, стоя позади нее, — ты просто картинка! А твоя грудь, боже мой, я готова отдать за нее все свое приданое.

— Ох, мне кажется, она слишком привлекает внимание, как ты думаешь?

— Глупости. Все очень элегантно. Что поделать? Ты богато одарена от природы. Так что смирись и представь себе, что вместо этой великолепной груди у тебя могли бы вырасти два таких же яблочка, как у меня.

— Ты очень изящная, Люси. Легкая, — возразила Исси. — Как озорной эльф.

— Я сложена как груша. Ах, если бы Господь смилостивился надо мной и переместил все то, что отпущено на мой зад, чуть-чуть повыше, в область груди.

Изабелла взглянула на кузину, выглядевшую блестяще в платье баклажанного оттенка. Возможно, она и не очень высокого роста, но обладала громадным личным обаянием, от нее исходили волны энергии. Ее словно окружал некий магический ореол, которому Изабелла тайно завидовала.

Их прервал стук в дверь, и девушки одновременно повернулись к заглянувшему в комнату маркизу Стоунбруку, сиявшему своими выдающимися бакенбардами.

— Вы обе прелестно выглядите. Давайте же собираться.

Дверь закрылась, и Люси озорно усмехнулась:

— Папа не отличается многословием, и это самый восторженный комплимент, приравниваемый к глубокому восхищению, который можно сподобиться от него получить. А теперь, — пробормотала Люси, подходя к платяному шкафу, — у меня для тебя приготовлен последний подарок, и, прежде чем сказать «нет», подумай, что без него твой наряд будет несовершенным.

Она достала из шкафа черную бархатную накидку с просторным, отделанным пышным мехом капюшоном. Стоило ей накинуть ее кузине на плечи, и та погрузилась в соблазнительную мягкость и роскошь атласного шелка подкладки. Изабелла издала громкий стон удовольствия, вызвавший у Люси улыбку.

— Боже мой, что это такое мягкое и теплое? — воскликнула она, проведя пальцами по толстому черному меху.

— Североамериканский медведь. Я всегда заказываю мех в компании «Хадсон бэй». Разве он не кажется соблазнительно грешным?

— Ох, Люси, даже более того.

— Я рада, что тебе понравилось. А теперь давай не будем заставлять папа ждать, иначе нам придется выслушать целую лекцию о пунктуальности.

— Но это вполне допустимое светскими правилами приличия опоздание.

Люси фыркнула:

— Неужели ты не знаешь своего дядюшку, Исси? В нем нет ничего светского, и он никогда бы не согласился с общепринятой истиной, что женщине позволительно немного задерживаться. Чушь, — напыщенно произнесла она, передразнивая отцовскую манеру. — Полная чепуха заставлять мужчин ждать целыми днями, будто им нечего делать, кроме того, как затаив дыхание стоять в прихожей, пока леди не соизволит явить себя миру.

— Люси, ты обладаешь сверхъестественными способностями имитировать речь Стоунбрука.

— Неудивительно, я уже прослушала эту речь пару раз, — заметила Люси с проказливой ухмылкой. — Возможно, папа и не великий оратор, однако, если уж берет на себя труд высказаться, его слова весьма убедительны. Мне кажется, он таким образом проявляет отцовские чувства по отношению к доставшейся ему на долю дочери.

Взявшись за руки, они выбежали из спальни Изабеллы и устремились вниз по лестнице. Изабелла нервничала, переполненная страхом. «Все будет хорошо», — повторяла она про себя. Всего лишь еще один светский прием, а кроме того, она же не собирается оставаться с Блэком наедине. Она сможет забыть его поцелуи. Непременно их забудет, Изабелла уверена. Не только поцелуи, но и самого мужчину.

Блэк стоял в тени, наблюдая за тем, как Биллингс помогает Изабелле снять с плеч накидку. На мгновение граф замер, оглушенный, а его голодный взгляд жадно заскользил по ее бледным плечам и точеной шейке. Черный бархат медленно упал в руки старого слуги, открывая потрясающее багряно-красное платье.