Грешный для (С)нежной - Ирэна Солар

Андрей не знал почему, наговорил столько гадостей Анфисе.

Вчера он осознал, что только она нужна ему и никто больше. Никогда он не встречал таких женщин как она. И даже был готов ей простить измену с Петуховым. Но когда оказывался с ней рядом, не мог побороть свой гнев и жалил ее больно наказывая за свою ноющую в сердце боль.

Хозяева квартиры встали, и он поспешил зайти на кухню и выпить воды.

— А где Анфиса? — спросила Маша готовя омлет на завтрак. — Еще спит? — подмигнула она ему весело.

Андрей в ответ усмехнулся и сказал хриплым голосом:

— Она давно ушла.

Маша ахнула и положив лопатку на тарелку прикрыла от удивления рот рукой.

— Как ушла? Вы что с ней уже обо всем поговорили? — в шоке спросила она.

Омлет стрелял и булькал на сильном огне, но на него никто не обращал внимания.

— Нет, — сказал Андрей и налил себе в кружку воды. После вчерашней попойки его мучила жажда и жутко болела голова.

— Как нет? Почему? — удивилась Маша и опомнившись принялась помешивать лопаткой омлет пока он не подгорел, быстро убавив уровень огня на плите.

«Да чего Вам всем надо?» — недовольно подумал Андрей и схватился за голову.

Вспомнив их утренний разговор с Анфисой, он вмиг разозлился:

— О чем нам с ней разговаривать? Не могу я простить ей измену, понимаешь? — зло выпалил он, не сдерживаясь от охвативших его вдруг эмоций.

Маша молча выключила готовый омлет на плите и поставила греться чайник.

Затем усмехнусь своим мыслям и тряхнула слегка головой. Волосы ее выли собраны в хвост и без макияжа она смотрелась довольно юной несмотря на свой возраст.

Развернувшись к нему с грустной улыбкой, она тихо произнесла:

— Андрей, какую измену? Ты, о чем? — затем вдруг улыбка на ее лице погасла, и она произнесла уже серьезным голосом: — Она вчера мне все рассказала. Не было у нее ничего с Петуховым.

Глядя на нее Андрей со злостью стукнул стаканом о стол.

— Это ложь. Ее видела уборщица. Так что с фактами не поспоришь. К тому же в кабинете стояла камера, — в бешенстве вскрикнул он и сжал кулаки вспоминая эту историю.

— А ты видел записи с камеры? — спросила Маша и загадочно улыбнулась.

Солнце заглянуло в окошко и осветило ее веселое круглое лицо.

— Нет, — ответил он с запинкой и на минуту задумался.

Маша подошла к нему вплотную и грустно спросила:

— Тогда о каких фактах ты говоришь?

Затем она присела с ним рядом на стул и облокотившись локтем на стол прижала руку к щеке и тихим голосом произнесла:

— Она беременная пришла в надежде поговорить с тобой. А ты ее вчера практически изнасиловал. Ты в своем уме? — с укором сказала она и неловко отвернулась в сторону.

Лезть в чужие дела было не в ее правилах, но она чувствовала, что должна помочь двум хорошим людям найти другу друга.

Андрей вскочил из-за стола и неуклюже пролил воду из опрокинутого небрежно стакана.

— Подожди. Я не понял. Анфиса беременна? — бешено взревел он.

Маша весело хмыкнула.

— Да, и отец вероятнее всего ты, — ткнула она в него указательным пальцем и заулыбались по-детски веселой улыбкой.

Затем взяла со столешницы тряпку и вытирая разлитую воду назидательно произнесла:

— Я думала Вы поговорите, а тут такое.

Андрей отрицательно покачал головой.

— Я не понял это что шутка? И вообще с чего ты взяла что она беременна?

Маша улыбнулась и достала из холодильника банку огурцов.

— Хочешь огурчик? — сказала она и открыла крышку.

Андрей в нетерпении постучал пальцами по столу, не понимая ее странных действий.

Она достала из банки огурец и протянула ему:

— Понюхай.

Андрей привстал со стула и скривившись от запаха и в недоумении посмотрел на нее:

— Это еще зачем? Гадость какая-то, — принюхавшись сказал он. — Пахнет жуткой кислятиной.

Маша вновь загадочно улыбнулась.

— А мы с Анфисой уплетаем их за обе щеки. А знаешь почему? — с придыханием в голосе спросила она.

Андрей растерянно покачал головой и от мыслей об Анфисе сильно наморщил лоб. Его и без того пришибленный после вчерашнего излияния мозг скрутился в жгут от переваривания непонятной ему женской логики. Вся гамма чувств отобразилась на его хмуром лице.

От чего Маша весело рассмеялась, наблюдая за ним из-под опущенных глаз: