Новобрачная - Джулия Гарвуд

– Я думал о вас, Джейми, и о том, как вы стремитесь все изменить. Поверьте мне, вы привыкнете и полюбите этот клан так же, как полюбил его я.

– Так вы считаете, отец, что только вместе с кланом я могу что-либо изменить здесь? – спросила Джейми с лукавой улыбкой.

– Да, вам одной эта задача не по плечу.

– Вы думаете? Как вы считаете, по силам мне съесть одной огромного медведя?

– Конечно, нет.

– Вы так думаете?

– Не сомневаюсь.

– Так вот, я могу сделать это, – заявила Джейми.

– Каким образом?

– По одному кусочку в час.

Отец Мердок разразился громким смехом, перемежавшимся натужным кашлем.

Джейми побежала за ширму и вернулась с горшочком в руке.

– Вот та мазь, которую я вам обещала, – сказала она. – Подождите пару часиков, пока она настоится, а потом разотрите ею грудь.

– От нее несет, как от падали, – заметил отец Мердок, заглянув в горшочек.

– Запах ничто по сравнению с тем действием, которое она оказывает, отец. Через неделю от кашля не останется и следа.

– Я верю вам, Джейми.

– Отец, как вы думаете, Алек не будет возражать, если я осмотрю верхние комнаты?

– Конечно, нет. Теперь это ваш дом.

– В них кто-нибудь живет?

– Нет.

– Значит, я могу перебраться в одну из них?

– Боюсь, Алек не захочет спать в одиночестве.

– Именно о нем я и думаю. Мне кажется, ему будет гораздо удобнее в одной из этих комнат. Могли бы вы объяснить ему это, отец?

Отец Мердок был не в силах отказать Джейми.

– Попробую, – сказал он.

Священник опустился на стул рядом с кроватью Ангуса и задремал. Страшный грохот разбудил его. Он взглянул наверх и обомлел: Джейми волокла огромный окованный железом сундук. Другая мебель уже стояла на верхней площадке лестницы.

Отец Мердок стремглав взбежал на второй этаж.

– Что вы делаете, Джейми? – закричал он.

– Я выбрала первую спальню, отец. Там широкое окно и из него открывается чудесный вид на горы.

– Но зачем вам этот сундук?

– Он занимает слишком много места. Нет, нет, отец, я справлюсь сама. Я очень сильная.

Но священник уже схватился за края сундука.

– Почему же вы не освободили его перед тем как вытащить? – с удивлением спросил он.

– Я не имею права открывать его, отец. Там лежат чьи-то вещи.

– Этот сундук принадлежал Елене. Теперь он ваш, Джейми. Думаю, мне пора вернуться к Ангусу и присмотреть за ним до прихода Элизабет.

– Спасибо за помощь, отец, – поблагодарила Джейми, закрывая дверь комнаты.

Прошел час, а Джейми все не появлялась. Отец Мердок начал беспокоиться: что она там делает так долго? Он не спускал глаз с закрытой двери и, как только появилась Элизабет, взбежал наверх.

Горели две свечи, и их пламя мягко освещало комнату. Перед раскрытым сундуком на коленях стояла Джейми и горько плакала.

– Что случилось, миледи? – спросил отец Мердок. – Что вас так расстроило?

– Я понимаю, что плакать глупо, – прошептала Джейми, – но ничего не могу с собой поделать. Елена мертва, и я даже не знала ее, но у меня такое чувство, что она моя сестра. Не могли бы вы рассказать мне о ней, отец?

– А разве Алек ничего не рассказывал о Елене? Думаю, вам лучше расспросить его самого.

– Пожалуйста, – умоляла Джейми. – Я хочу знать, что с ней случилось. Я уверена: Алек не убивал ее!

– Господь милосердный, конечно же, нет! – закричал отец Мердок. – Откуда такие слухи?

– Из Англии.

– Елена сама свела счеты с жизнью. Она бросилась вниз со скалы.

– Может быть, она упала случайно? Разве она не могла просто сорваться?

– Нет, она сделала это умышленно. Есть свидетели. Джейми покачала головой:

– Ничего не понимаю, отец. Она была здесь несчастна? Священник скорбно склонил голову:

– Должно быть, она действительно была несчастна и просто не подавала виду. Мы не уделяли ей должного внимания и, как я сейчас понимаю, совершенно напрасно. Энни и Эдит полагают, что она решила покончить с собой уже тогда, когда Алек женился на ней.

– Алек верит, что она сама убила себя?

– Об этом можно только догадываться.

– Наверное, он очень переживал?

Отец Мердок промолчал, не зная, что ответить: Кинкейд избегал разговоров на эту тему.

– Отец, почему женщина, которая с самого начала решила покончить с собой, принесла в дом мужа самые дорогие ее сердцу вещи? Я нашла в сундуке даже детские пеленки и распашонки, сшитые из чудесной льняной ткани. Вам не кажется это странным?

– Возможно, она была не в себе, – предположил священник.

Джейми покачала головой.

– Нет, отец. Я уверена, что она не убивала себя. Это вышло случайно.

– У вас нежное сердечко, миледи, и, если вам от этого станет легче, давайте считать, что она упала случайно.

Отец Мердок помог Джейми подняться с колен. Джейми задула свечи и, держась за руку священника, спустилась вниз.

– Каждый вечер я буду молиться за упокой ее души, – пообещала она.

Священник улыбнулся и открыл было рот, чтобы ответить, но в зал влетел слуга и закричал:

– Приехала ваша сестра, миледи.

– Извините меня, отец, – воскликнула Джейми, – это, должно быть, Мери!

Джейми бросилась к двери, крикнув через плечо:

– Я приведу ее познакомиться с вами.

Джейми как вихрь вылетела во двор, но улыбка мгновенно исчезла с ее лица: по щекам Мери текли слезы. Джейми огляделась вокруг в надежде увидеть Даниела, но его нигде не было. Значит, Мери приехала одна?

– Как ты нашла дорогу сюда? – спросила Джейми, обнимая сестру.

– Это ты у нас всегда терялась, а не я, – заявила сквозь слезы Мери.

– Я никогда не терялась. Вытри слезы. На нас смотрят, – сказала Джейми, заметив, что воины Кинкейда наблюдают за ними. – Давай прогуляемся. Ты должна мне все рассказать.

Джейми привела сестру в маленький дворик и велела рассказать все по порядку.

– Меня проводили сюда воины Даниела, – начала Мери, вытирая слезы. – Я соврала им, Джейми, что Даниел разрешил мне навестить тебя.

– О, Мери, тебе не следовало этого делать. Почему ты просто не сказала Даниелу, что хочешь повидаться со мной?