Букет кактусов - Лариса Уварова

– Это что-то вроде «общежития имени монаха Бертольда Шварца» Ильфа и Петрова, только на железнодорожный лад, – пояснил Даня, понизив голос.

– Неужели знаменитый частный сыщик не может купить себе квартиру в более презентабельном местечке?! – чертыхнулась потенциальная клиентка.

– Разумеется, может. Но Вано здесь нравится. Он уверен, что тут гораздо чаще встречаются люди, чем в так называемых «презентабельных местечках». И в этом я с ним, между прочим, согласен. Можешь считать, что это один из его прибамбасов, в которых у него нет недостатка... Тсс! Мы пришли.

Кулик остановился в самом конце коридора на втором этаже, перед дверью, которая отличалась от прочих разве тем, что на ней не было номера. Прислушался и громко постучал – каким-то сложным, по-видимому, условным стуком. Опять прислушался и разочарованно покрутил голово. За дверью стояла гнетущая тишина. Данька стукнул еще разок, приложил нос к дверному косяку и громко позвал: «Вано!» Но и без того было очевидно, что дверь им открывать не собираются. Барометр Сашиного настроения резко упал от вполне понятного возбуждения к глухому разочарованию.

– Так я и думал: его нет. Надо быть фантастическим везунчиком, чтобы застать Вано в его берлоге!

– Ты ошибаешься, старик, – прозвучал за их спинами густой прокуренный баритон, который заставил обоих мигом обернуться.

– С некоторых пор я стал таким домоседом, что аж самому противно! – продолжал живописный обладатель этого голоса. – Решил устроить себе бессрочный отпуск и заняться хозяйством. Ты давно не бывал у меня, парень.

– Фу ты, Вано... Как хорошо, что ты дома, черт бородатый! Привет! Но почему ты...

– Привет, старик. Кого это ты ко мне притащил? Я вроде не рассылал приглашения на вечеринку.

Слова приветствия замерли на губах у девушки.

– Вано, это моя... – Данька запнулся на слове «подруга», которое наверняка было бы неправильно понято этим медведем. – Это мой товарищ, ее зовут Александра. У нас к тебе дело.

– Товарищ, говоришь? А косит под госпожу!

Вано-Стас бросил на Сашу такой взгляд, словно она была манекеном. Та снова открыла было рот – на этот раз чтобы поставить грубияна на место, – но Дейл толкнул ее в бок, и она сдержалась. Главный редактор «Колокола» ответил вместо своего товарища:

– Считай, что мы оценили твой юмор, Вано. Так как же насчет дела?

– Мне плевать, что вы там оценили. Разве я не сказал, что в отпуске? К тому же сейчас у меня тут, – детектив ухмыльнулся себе через плечо, – предстоит дельце явно поинтереснее твоего. Знаешь что, старик? Приходи после нового года, если не передумаешь.

Саша увидела, как бородач захлопывает дверь перед их носами. Но тут Дейл отважно бросился вперед и сунул ногу в щель.

– Послушай, Вано! – Данька тоже «завелся» не на шутку. – Я понимаю, что мы не вовремя, извини! Но ты прекрасно знаешь, когда не горит, я тебя не тревожу без приглашения. И тебе придется нас выслушать прямо сейчас или собственноручно спустить с лестницы. А свой «новый год» можешь засунуть себе в задницу!

Его спутница опять стояла с разинутым ртом – теперь уже от изумления. Она никак не ожидала от интеллигентного Дейла таких подвигов! Между тем здоровенный субъект в атласном халате, который едва доставал ему до коленок, да и вообще грозил разъехаться полами каждую секунду, широко распахнул свою дверь и оказался по эту сторону порога. Если б не серьезность момента, Александра, наверное, покатилась бы со смеху. В куцем бабском халатике с крикливым рисунком из «огурцов» этот Алеша Попович смотрелся донельзя комично. А тот, задумчиво глядя на непрошеных гостей, так же задумчиво почесал курчавую каштановую бороду, которая являлась естественным продолжением его буйной шевелюры. Из-за этой густой поросли, сплошь покрывающей лицо детектива, да еще из-за коридорного полумрака Саша не могла определить, сколько ему может быть лет – тридцать или все пятьдесят. Последнее, вероятно, было ближе к истине.

Как видно, хозяин берлоги вполне серьезно размышлял над поступившими предложениями – в смысле выбора между лестницей и деловой беседой. Решив, видимо, что первое всегда успеется, Вано вернул свои огромные лапищи в карманы халата.

– Надрать бы тебе как следует твою задницу, пацан, – процедил он. – Ну да ладно, с этим можно обождать. Говори, что у тебя ко мне? Только живо!

– Изволь, если тебе угодно объясняться в коридоре. Эту девушку зовут не просто Александра, а Саша Александрова, – Данька подчеркнул фамилию. – Если ты помнишь, Вано, я тебе о ней говорил. Та самая, что...

– Не трынди! – оборвал его бородач. – Если ты мне говорил, значит, помню. Какого ж ты... сразу не сказал, что это она? Ну, а от меня вам чего надо?

Александра отметила, что этот ужасный тип впервые обратился не к одному Даньке, а к ним обоим. Да и в быстром остром взгляде, которым одарил ее детектив, было теперь гораздо больше интереса. Она почувствовала, что должна, наконец, что-то сказать.

– Нам нужна ваша помощь.

Вано принял решение через несколько секунд, в течение которых откровенно разглядывал свою гостью, как бы вовсе не замечая больше ее спутника. Потом крикнул в глубь комнаты:

– Эй, крошка! Планы изменились. Даю тебе минуту на сборы. Ко мне пришли.

Возникшую паузу заполнил Данька.

– Вано, какого черта ты делаешь в этой комнате?! Тебе что, надоел вид на твой Пятый железнодорожный тупик, и ты решил поменяться с Михалычем, чтобы лицезреть в окошко мусорку у себя во дворе?

Бородач даже хохотнул – настолько улучшилось его настроение.

– Зачем меняться? Я просто купил ее у Михалыча, Данька! Старик решил перебраться к сыну, тот давно звал. А я тут подумал, что при моей вредной работе неплохо иметь обзор на обе стороны, мало ли какие гости вздумают наведаться к Вано... К тому же две комнаты – это уже свобода маневра! Есть у меня кое-какие соображения по этому поводу. В общем, можешь поздравить меня с расширением, как у нас раньше говорили. А там, – он кивнул на запертую дверь, в которую Даня безуспешно ломился, – сейчас ремонт. Говорю ж тебе: давненько ты в наших краях не был!

– Давно, это точно... А что ты будешь делать со второй комнатой, Вано?

– А я решил обеспечить себе максимум комфорта, старик. Буду жить цивильно. В одной комнате оборудую рабочий кабинет с приемной, все как положено, а в другой – будуар с ванной! Как тебе идейка?

И тут на сцеле появился новый персонаж. Огромного роста рыжая деваха, в профессиональной принадлежности которой не приходилось сомневаться, выплыла из бывшей Михалычевой комнаты, виляя задом. Это у нее выходило особенно эффектно, потому что из одежды на ней были только черные колготки с сапогами-ботфортами, закрывающими колени, да коротенький полушубок из какого-то искусственного барса. До минусовой температуры на улице было еще далеко, но с учетом того, что этот распахнутый лапсердак был напялен прямо на голое тело...