Что такое любовь? - Наталия Фелиз

– Я не знала, что помимо прочих достоинств, у тебя есть и слух, – криво улыбнулась девушка.

– Тебе показалось, – пожал плечами Ник, накрывая клавиши рояля крышкой.

– Ну да, вероятно.

Девушка на минуту замолчала, оценивающе вглядываясь в осунувшееся лицо молодого человека, стараясь разглядеть хоть тень бывалой бравады и лоска.

– А я ведь здесь и познакомилась с Наталией. Также шла по коридору и вдруг услышала её музицирование, – с улыбкой на устах вспомнила Сэния, проводя рукой по лаковой поверхности рояля. – Она меня словно приворожила.

– А я даже и не знал, что она умеет играть, – грустно усмехнулся Ник, качая головой.

– Ты изменил ей, Ник? – задала вопрос Сэния после минутной паузы.

– Быстро слухи расходятся, раз уж и ты уже в курсе.

– Слухами земля полнится, а правда одна.

– Правда заключается в том, что я никогда не причиню Наталии боль.

– А что, по-твоему, она сейчас чувствует?

– То же, что и я, – вновь на лице Ника появилась тень улыбки, но тут же исчезла. – Мне её не хватает.

И, наконец, Сэния поняла, что знакомого она разглядела в его глазах. Это была невероятная грусть, всепожирающая печаль и необъятная тоска по человеку, которого не было рядом, но который был необходим для жизни. То же самое она видела и в глазах Наталии. Они оба чувствовали одно и то же, но не могли признаться в этом ни себе, ни тем более друг другу. Грустно было смотреть и Сэнии на эти страдания, но и лезть не в свои дела она не могла себе позволить.

– Жаль, – вздохнула девушка, направляясь к двери.

Прежде чем выйти, она бросила на Ника ещё один мимолётный взгляд через плечо. Но Ник оставался сидеть на своём месте, даже не шелохнувшись. И девушка просто попрощалась и вышла из класса.

Продюсер Сэнии был сильно недоволен, что обеденный перерыв затянулся на полдня. Но её ценили и уважали за то, что, как только она оказывалась перед камерами, тут же приступила к работе, выкидывая из головы всё лишнее, что могло ей помешать широко улыбаться и получать удовольствие от ненавязчивых и пустых разговоров со звёздами. Лучше Сэнии найти было сложно, поэтому её могли ждать и днями.

* * *

Как только Наталия закрывала глаза, хоть на мгновение, то снова и снова возвращалась в тот разукрашенный серо-чёрными красками день…

Девушка бежала по коридору, как будто за ней гнались все злые силы вселенной. Но как она не старалась, в голове крепко-накрепко засела отравляющая её сердце картина, которая была намного хуже и страшнее бесов. Полная упругая грудь была плотно прижата к его обнажённой груди. Её глаза были полуприкрыты, его закрыты вовсе в немом экстазе. Руки переплетены, как тонкие упругие веточки. Одна стройная нога девушки была закинута на ягодицы молодого человека и тесно прижимала его к себе в самых интимных местах. Её частые вздохи служили аккомпанементом, а наэлектризованная атмосфера с чуть сладковатым запахом стала антуражем для их приятного времяпрепровождения. И Наталия могла бы забыть эту сцену, если бы отдавшимся порыву страсти молодым человеком не был бы Ник.

Эта картина, как стая диких голодных зверей, преследовала её, и нельзя было ни скрыться, ни спрятаться, ни затаиться. Наталия пыталась убежать. И бежала она быстро не жалея ни сил, ни энергии. Она бежала по пустому коридору, надеясь скорее оказаться где-то далеко, где-нибудь на краю света.

В комнате никого не было и это обрадовало её настолько, насколько это было возможно в данных обстоятельствах. Наталия заметалась по небольшому узкому пространству. Стены начали надвигаться на неё и давить. Наталия метнулась к окну, открыла его и глубоко втянула в себя ледяной воздух. Но это принесло лишь секундное облегчение. А потом стало ещё хуже: голова закружилась, тело стало ватным, а покалывание в груди переросло в тупую ноющую боль. В глазах защипало, и Наталия сильно зажмурилась, чтобы не расплакаться. Но сдержать бушующий поток не так просто, как хотелось бы этого и, как только девушка чуть-чуть расслабилась, ей на ладонь упала первая сверкающая капля, а затем слёзный поток было уже не остановить. Со слезами к Наталии вернулось и чувство самосохранения, и она решила бежать ещё дальше.

Девушка сквозь застилающую пелену перед глазами побрела к столу, на котором лежал её сотовый телефон. В контактах она быстро отыскала нужный номер и нажала на соединение. Как только на другом конце раздался знакомый голос, она без всяких предисловий тихим прерывающимся голосом попросила:

– Пожалуйста, забери меня отсюда.

…Наталия невидящим взглядом смотрела за окно. По дороге быстро мчались автомобили, сливаясь в бесконечную красную и жёлтую полосы. С низко нависшего над городом неба медленно и плавно падали белоснежные снежинки и моментально таяли на грязном асфальте. За окном ничего не изменилось с тех пор, когда Наталия чувствовала себя счастливой. И хоть девушка уже перестала чувствовать себя совершенно несчастной и разбитой, и уже утихли боль и отчаяние, погода над Москвой всё сжимала её в своих крепких объятиях непреодолимой печали, напоминая о дне его предательства.

Но за две недели, проведённые дома, девушка многое обдумала. И вопреки тому, что ей было тяжело вновь и вновь возвращаться в полутёмный спортивный зал, она всё глубже и глубже погружалась в воспоминания. И, в конце концов, поняла, что увидела слишком мало, чтобы упрекать Ника. У неё сработали рефлекс и память, и как только она увидела то, о чём её предупреждали, она побежала, чтобы это вдруг не оказалось правдой. Но теперь она не знает, было ли это или нет. Не доверять она могла, но обвинять в измене – нет. Допускать возможность того, что она не досмотрела начатую прелюдию до конца, Наталия могла. Но и отметать вероятность того, что Ник оттолкнул, навалившуюся на него девицу, тоже не стоило. Наталии так хотелось верить Нику, так хотелось вычеркнуть из памяти один единственный эпизод, который превращал их отношения в руины. Ей так хотелось проснуться и обнаружить, что всё происходящее ей лишь привиделось.

Стекло было прохладным, и девушка прислонилась к нему, чтобы остудить разгорячённое от слёз и переживаний лицо. К груди она прижимала старую потрёпанную книжку с русскими народными сказками. Она достала её неосознанно из аккуратной стопки в своей библиотеке и только потом осознала, что пытается найти ту, что рассказывал ей Ник. Прошло так мало времени, но с каждой минутой Наталии становилось всё тяжелее и больнее находиться вдали от него. Ей было достаточно простого присутствия рядом. Самой видеть его, слышать, случайно касаться… Если бы она могла понимать, о чём он думает… Наталия не понимала, что за чувство обжигает всё внутри, когда она думает о нём. Не знала чувствует ли тоже самое он… И со страхом думая, что влюбилась, Наталия ощущала внутри себя невероятную тягу быть рядом с Ником везде и всегда несмотря ни на что.

В дверь тихо постучали, но даже этот звук смог напугать, погружённую в свои мысли, девушку. Наталия вздрогнула и выронила книгу. Дверь медленно приоткрылась без разрешения, и девушка резко одёрнула руки от заплаканных глаз и взглянула на тёмный силуэт, нарисовавшийся в дверном проёме.