Волшебная сумка Гермионы - Наталия Миронина

– Да, входите, мы уже готовы! – крикнула она.

– Доброе утро! Можно завтракать! – Вошел Крылов. Он был одет в широкие полотняные брюки и синюю футболку, излучал энергию и бодрость.

– Спасибо. Но вы бы подняли нас раньше…

– Зачем?

– Я бы помогла с завтраком. И потом, надо спешить к Майе.

– Не волнуйтесь, позавтракаете – вызову такси. Хотите – сначала к себе заедете, хотите – сразу к ней.

– Я бы хотела переодеться, – сказала Кира, – а вот с прической теперь проще – не нужно укладывать каждый день.

– Вам очень хорошо с этой стрижкой, – улыбнулся Крылов, – но, кажется, я уже это говорил.

– Ничего страшного. Можно еще раз. Это приятно слышать, – неожиданно для себя стала кокетничать Кира.

Позавтракали просто и вкусно: кофе, чай, хлеб, сыр, колбаса. Еще Крылов принес немного джема и бананы.

– По-царски. Будь мы дома, я бы сварила овсянку. И Лена бы капризничала. А тут – смотрите, как ест.

– Она у вас абсолютно беспроблемный ребенок. Это просто удивительно. Поверьте, я знаю, о чем говорю. Свою Майю я возил на кружки, секции, в сад и школу. Не могу сказать, что это было простое занятие. Давала прикурить! Но знаете, сейчас об этом вспоминаю с удовольствием. Так хочется, чтобы она стала маленькой, а я смог уберечь ее от всех напастей.

– Что вы, это уже невозможно. Но такая память о детстве дочери – это прекрасно.

– А вы – хорошая мать. И отлично справляетесь со своими обязанностями.

– Ох, – вздохнула Кира.

– Перестаньте. Все обойдется, – подбодрил ее Крылов.

– Вам легко говорить!

– Да, пожалуй. Простите.

Кира махнула рукой:

– Ничего. Я вам хотела сказать спасибо за такой чудесный день. За впечатления, изумительный ночлег в таком необычном месте. Мы с Леной отлично себя чувствуем. Я, конечно, вчера загрузила вас своими проблемами. Но в этом виновато ваше молодое вино. И шоколадные конфеты. Они развязали мне язык.

– Ну а я, в свою очередь, еще раз благодарю вас за Майю. Очень надеюсь, что сегодняшняя встреча пройдет удачно. Мне жаль, что вам надо возвращаться в Москву так быстро.

– Что поделать. И работа, дела…

– Если хотите, можем поменять билеты. Хотя бы еще пару дней побудете здесь. Можете пожить здесь, на реке. Воздух, тишина.

– Не искушайте. Очень привлекательное предложение, но увы… Я не могу… Душу тянет все, что оставлено дома, что предстоит… Хотя…

– Что? – вдруг вскинулся Крылов. Кира посмотрела на него и еще раз удивилась красоте его лица. Кира залюбовалась им, но сейчас в этом любовании была отстраненность. Так, словно она разглядывала картинку в журнале. Или смотрела на экран, где играл красивый и обаятельный актер.

– Хотя, – Кира покраснела, словно Крылов мог догадаться о ее мыслях, – хотя мне очень хотелось бы побольше узнать о вас. Не просто из любопытства, а чтобы понять, из какого теста слеплены такие галантные и привлекательные мужчины.

Крылов рассмеялся.

– Это я только с вами такой. Вы не оставляете шансов.

Кира покраснела. Как бы ни сложилась потом ее жизнь, эту поездку она не забудет никогда. И не только потому, что старалась помочь Майе, но и потому, что рядом был Крылов.

К зеленой калитке санатория Кира и Лена подошли, когда часы на далекой башне пробили три часа дня. Несмотря на суету, Кира, приехав домой, переодела Лену, переоделась сама – усталости не было никакой. Они шли по знакомой аллее, миновали будочку служителя, дошли до озера и повернули к дому Майи.

– Нам с тетей Майей надо будет опять поговорить. Ты не мешай, хорошо? Поиграй, книжки посмотри, я специально взяла для тебя. – Кира похлопала по рюкзачку.

– Хорошо, только вы не очень долго. Мне скучно, когда ты шепчешься с другими.

– Это почему же я шепчусь? Я просто тихо разговариваю. Так положено.

– Нет, говорить надо громко, чтобы я все слышала! – возразила Лена, а Кира не удержалась и громко расхохоталась. На ее смех из дома выглянула Майя.

– Какой красивый джемпер! Тебе очень идет. Я даже не узнала тебя сначала! – воскликнула Кира.

– Да? Мне тоже нравится…

– Это новый? Когда ты его купила?

– Купила давно и не носила, а сейчас на улице прохладно… Да что вы стоите! Проходите! Привет, Леночка!

– Здрасте, – чинно ответила Лена, – я, пока вы будете шептаться, листики пообрываю.

Кира чуть не расхохоталась, Майя улыбнулась:

– Хорошо, но сначала возьми яблоко. Оно очень вкусное. И мытое.

– Спасибо. – Лена ухватила руками огромный красный плод.

– Оно же больше Ленкиной головы!

– Это сорт такой, осенний – очень красивые и вкусные….

Вдруг раздался незнакомый голос, и на крыльцо, где стояли Кира и Майя, вышла Инесса Владимировна.

– Познакомьтесь, это моя мама. Моя подруга Кира, – сдержанно произнесла Майя. По ее лицу было видно, что она напряглась.

– О… – Инесса Владимировна внимательно посмотрела на Киру. – Очень приятно.

– Мне тоже, – произнесла Кира, краснея.

– Ну, я пойду. Не забудь, завтра обязательно нужно посетить кардиолога. И обязательно ешь, совсем исхудала. Если не нравится, как здесь кормят, ходи в ресторан. Не забывай принимать лекарства.

– Хорошо, – отвечала Майя.

– Не забывай мыть голову. Волосы портятся от длительного засаливания.

Кира сделала вид, что не слышит разговор матери и дочери. Она чуть наклонилась через перила и что-то показывала Лене.

– Я все поняла… – Майя провожала мать к выходу.

– А вы, Кира, передавайте привет Андрею Александровичу. Надеюсь, у него все хорошо! И пусть не живет на этой дурацкой лодке. Осень все-таки. Если ему негде жить, в моем доме места хватит.

Инесса Владимировна взмахнула рукой, словно полководец, отдающий приказ о наступлении, и скрылась за высокой изгородью.

Майя повернулась к Кире.

– Это о чем она? Ты знакома с моим отцом? Подожди-подожди, что сейчас сказала мать?

– Я не знаю, что она имела в виду. Но…

– Нет, Кира, ты уж потрудись объяснить. Врать ты не умеешь. Ты знакома с моим отцом? И мне ничего не сказала? Как вы познакомились?! Какие отношения у тебя с ним?!

– Тише, рядом Лена, – напомнила Кира. Она проклинала сейчас тот день, когда согласилась сюда приехать. Семейство Крыловых оказалось взрывоопасным.

– Я буду говорить тише. Но зачем ты обманывала меня? Что за этим стоит? Почему нельзя было честно сказать?! Вы меня за больную держите?! За сумасшедшую, которая наложила на себя руки?