Неверная, или Готовая вас полюбить - Юлия Шилова

– Нет. Выходи замуж за француза. Он нормальный парень, и ондействительно тебя любит. Он даст тебе всё то, что никогда не смог бы дать я.Его родители вам больше не помешают. Я их убил.

– Что???

– Я прикупил здесь, в Ницце, оружие. Ты же знаешь, что я безнего не могу. Пришлось найти человечка, который мне его продал…

Я слушала Егора и не верила в реальность происходящего.

– Я сделал тебе предложение, хотя заранее знал, что ты мнеоткажешь. И мне захотелось сделать тебя счастливой. Я остался в Монако и,спрятавшись недалеко от дома родителей Шарля, увидел, что они сели в машину исобрались ехать следом за вами. Они хотели выгнать тебя с виллы. Тогда я взялмашину и отправился за ними.

– О боже…

Мне было страшно.

– Недалеко от Ниццы машина родителей Шарля остановилась назаправке. Я попросил водителя подождать за углом, а сам подошёл к их машине,заглянул в салон и выстрелил в голову матери Шарля. В этот момент из придорожногомагазина вышел его отец. Я всадил в него две пули и скрылся. Поймав другуюмашину, я доехал до виллы и вколол себе двойную дозу героина. Наташка, меняищет полиция. Но когда они найдут, меня уже не будет. Главное, что ты успеламеня найти и я смог тебе это рассказать.

– Егор, что же ты наделал…

– Наташа, они бы никогда не дали разрешения на брак.Никогда. Я знаю, ты хочешь за него замуж. Он тебя любит. Когда ты признаешьсяему в том, что ты наркоманка, он будет тебя лечить. Я хотел искупить перед тобойсвою вину. Я люблю тебя, Наташа. Очень люблю. Пообещай мне, что ты будешьсчастливой. Хотя бы перед смертью пообещай.

Я не успела ничего пообещать. Егор сделал глубокий вдох изамер. Я заревела и стала бить его по щекам, но через несколько секунд поняла,что Егор был мёртв.

Я повернула голову и сквозь слёзы посмотрела на стоявшего вдверях бледного Шарля.

– Я всё слышал, – произнёс он и побледнел как стена.

– Господи, Шарль, прости меня… Прости Егора… Прости насобоих… Прости, что так получилось… – причитала я, пытаясь найти дозу.

Нащупав в кармане Егора пакет с кокаином, я стала нюхать егои шептать:

– Сейчас всё будет хорошо… Сейчас всё будет…

Я никогда не держала в руках такую большую дозу. Раньше Егорвсегда выдавал мне кокаин сам. Я нюхала до тех пор, пока земля не ушла у меняиз-под ног и не почернела перед глазами. Наступил момент, когда все вокруг меняпропало. Позже я узнала, что Шарль вызвал «скорую». Меня увезли в больницу, уменя случилась остановка сердца, наступила клиническая смерть. Меня вернули кжизни с помощью электрошока. Врачи удивились, что я смогла выжить, и сказали,что мне повезло. Обычно после такого не выживают. Я выжила, несмотря на то, чтовидела дьявола…

Из больницы меня перевели в наркологическую клинику. Шарльникогда ко мне не приходил, но я знала, что он оплачивает моё лечение. А онобыло тяжёлым и страшным. Меня мучали жуткие ломки, и весь мой организм просилочередной дозы. Некоторые дни проходил в состоянии возбуждения, а некоторые – вжуткой заторможенности. Первые три дня я вообще не спала и ничего не ела. Яметалась по палате и молила о смерти. Меня раздражал каждый звук и каждыйшорох. Я кидалась на врачей и ненавидела их за каждое сказанное слово. Я немогла переносить яркий свет и разбила несколько ламп. Мне было комфортнее втемноте и постоянно хотелось от кого-нибудь спрятаться. Днём я пряталась подкроватью. А чуть позже я вообще не могла отличить день от ночи, мысли моипутались. Я не могла думать ни о чём другом, кроме очередной порции кокаина.

Через несколько дней моя жуткая раздражительность ибессонница сменились депрессией. Тяга к кокаину немного ослабла, но ячувствовала себя внутренне опустошённой, подавленной и полно–стью разбитой.Меня стали покидать силы, и некоторое время я вообще перестала вставать спостели. Даже в туалет я ходила в судно. Я попыталась дойти до туалета, носразу упала. Я ещё никогда в жизни не была настолько ослаблена. Впервые задолгое время у меня появилось желание спать. Но спать я не могла. Бессонницаникак не хотела меня покидать. Но спустя двое суток я всё же сумела заснуть. Яцелыми днями спала и больше ничего не делала. Когда я просыпалась, точувствовала ужасную апатию и вновь засыпала.

Спустя время моё самочувствие стало улучшаться. Ещёполностью не пропало желание принять кокаин. Но оно уже не было таким сильным,как прежде. Последующие три месяца я жила по инерции и не испытывала никакогоинтереса к окружающей действительности. Мне было неинтересно смотретьтелевизор, читать газеты, разговаривать с врачами. Врачи называли это«кокаиновой скукой». Я ела, но не чувствовала никакого удовольствия от еды. Ядаже не ощущала вкуса пищи. Меня невозможно было хоть чем-то удивить или расстроить.Я оставалась равнодушной ко всему, что меня окружало. Затем начались всё те жеприступы депрессии, раздражения и тревожности. Во время этих приступов ко мне сновой силой возвращались воспоминания о кокаине. Я понимала, что если бы в тотмомент находилась не в больнице, а на воле, то обязательно бы сорвалась.

По истечении трёх месяцев «кокаиновая скука» началаослабевать, а патологическое влечение к наркотику стало сходить на нет.Вернулись сон и аппетит. Я вновь почувствовала вкус пищи. Я пролежала в больницеровно полгода. За это время у меня периодически возникали приступы тяги ккокаину, которые сопровождались тревогой и раздражительностью, но они тут жепроходили, и только к концу лечения эти приступы исчезли вовсе.

Когда меня выписали и я вышла из клиники, то увиделавстречающего меня Шарля. От неожиданности я споткнулась, пропахала носом всеступеньки и разбила себе нос. Шарль подбежал, помог мне подняться, досталносовой платок и приложил его к моему носу.

– Наташа, ну что ты под ноги не смотришь? Тебя не долечили,что ли?

– Долечили. Я просто тебя увидела и растерялась. А как тыузнал, что меня выписали?

– Мне лечащий врач позвонил. Я же всё время держал руку напульсе, платил за твоё лечение.

– Я знаю. Спасибо тебе.

– Да ладно. Главное, чтобы ты была здорова.

Как только мы с Шарлем сели в машину, он протянул мнепаспорт и билет на родину.

– Самолёт через четыре часа.

– Спасибо.

– У нас есть ещё время заехать на кладбище к твоемулюбовнику. Хочешь?

– Хочу, – честно ответила я.

– Я похоронил родителей на одном конце города, а его –совсем на другом.

– Спасибо тебе за то, что ты вообще его похоронил.

Как только мы приехали к Егору на кладбище, я положила емуна плиту две розочки и прошептала: