Предложение джентльмена - Джулия Куин

Софи смерила глазами расстояние между ними, потом попыталась мысленно прикинуть расстояние до коттеджа. Если он станет одеваться, у нее есть шанс от него убежать, а вот если нет…

– Софи, - проговорил Бенедикт, - я практически вижу, как у вас из ушей идет пар. Бросьте ваши сложные математические расчеты и делайте то, что я вам сказал.

Нога у Софи машинально дернулась, а почему, Софи так и не поняла.

– Я жду, - подал голос Бенедикт.

Раздраженно вздохнув, Софи скрестила руки на груди, повернулась к Бенедикту спиной и уставилась на дупло в стволе дерева так пристально, словно от этого зависела ее жизнь, прислушиваясь к тому, что происходит у нее за спиной. А Бенедикт и не думал вести себя тихо, и Софи явственно представляла себе, что он делает в каждый момент. Вот он выходит из воды, вот тянется за брюками, вот натягивает их…

И почему он не позволил ей вернуться домой? Зачем заставляет испытывать такое унижение, ждать, пока он оденется? Софи чувствовала, что вся горит как в огне, щеки наверняка сделались пунцовыми. Любой нормальный джентльмен избавил бы ее от подобных переживаний, позволил бы вернуться домой и запереться в своей комнате по крайней мере дня на три, пока сам не забудет об этой истории.

Но Бенедикт Бриджертон, похоже, не намерен сегодня вести себя по-джентльменски. Стоило Софи пошевелить ногой, как он тотчас же крикнул:

– И думать об этом не смейте!

– Я и не думала! - возмущенно воскликнула она. - Просто у меня нога затекла. И поторопитесь! Что вы там так долго возитесь?

– Я одеваюсь, - насмешливо бросил Бенедикт.

– И специально так медленно, чтобы меня помучить!

– Вы в любой момент можете обернуться, - проговорил он. - Уверяю вас, что я попросил вас отвернуться, чтобы пощадить исключительно ваши чувства, а не мои.

– Мне и спиной к вам стоять неплохо, - буркнула Софи. После нескольких минут, показавшихся Софи целым часом, вновь послышался его голос:

– Можете повернуться.

Софи заколебалась. Что, если он еще не оделся? Что, если решил продолжить над ней издеваться и просит ее повернуться, в то время как сам стоит голый?

Но ничего не поделаешь, придется рискнуть, решила Софи, понимая, впрочем, что у нее нет другого выхода. И она обернулась. К ее облегчению - и, что греха таить, разочарованию, - Бенедикт стоял вполне прилично одетый, лишь в некоторых местах на одежде виднелись мокрые пятна - там, где она прилегала к телу.

– Почему вы не позволили мне пойти домой? - спросила Софи.

– Потому что хотел, чтобы вы остались, - просто ответил Бенедикт.

– Но почему? - не отставала она. Бенедикт пожал плечами:

– Сам не знаю. Может быть, хотел таким образом наказать вас за то, что подсматривали за мной.

– Я вовсе не… - машинально возразила Софи и оборвала себя на полуслове: ну конечно, подсматривала.

– Вот и молодец, что не стали возражать.

Софи хмуро уставилась на него. Ей хотелось сказать ему что-нибудь необыкновенно остроумное, но она боялась сказать глупость и решила промолчать. Лучше уж выглядеть в его глазах дурой, которая помалкивает, чем дурой, которая трещит без умолку.

– Нехорошо подсматривать за хозяином дома, - заметил Бенедикт, подбоченившись и умудряясь при этом выглядеть одновременно и властным, и расслабленным.

– Это вышло случайно, - замялась Софи.

– Ну, в этом я вам верю, - согласился Бенедикт. - Но даже если вы не собирались за мной подсматривать, факт остается фактом: при первой подвернувшейся возможности вы ею воспользовались.

– Вы меня обвиняете?

– Ну что вы, - усмехнулся Бенедикт. - На вашем месте я поступил бы точно так же.

У Софи рот открылся от изумления: нет, каков нахал!

– И не притворяйтесь оскорбленной.

– Я и не притворяюсь.

Он подошел к ней чуть ближе.

– По правде говоря, я польщен.

– Это было простое любопытство, - отрезала Софи. - Уверяю вас.

– Вы хотите сказать, что подсматривали бы за любым голым мужчиной, доведись такая возможность?

– Конечно, нет!

– Вот я и говорю. - Бенедикт прислонился к дереву. - Я польщен.

– Ну, теперь, когда мы с этим разобрались, я возвращаюсь в "Мой коттедж", - заявила Софи.

Но не успела она сделать и двух шагов, как почувствовала, что Бенедикт схватил ее сзади за платье.

– Нет, не возвращаетесь. Софи устало вздохнула.

– Вы уже и так меня засмущали. Что вы еще хотите со мной сделать?

Бенедикт медленно повернул ее к себе лицом и прошептал:

– Это очень интересный вопрос.

Софи попыталась упереться каблуками в землю - бесполезно. Рука Бенедикта упрямо притягивала ее к себе. Софи покачнулась и оказалась всего в нескольких дюймах от него. Внезапно ей стало ужасно жарко, возникло странное ощущение, что она не может пошевелить ни рукой, ни ногой. Голова кружилась, сердце колотилось в груди как бешеное, а проклятый Бенедикт стоял, не отрывая от нее взгляда, и все притягивал и притягивал ее к себе.

Взгляд его, казалось, завораживал.

– Бенедикт, - прошептала Софи, забыв, что до сих пор звала его мистер Бриджертон.

Он улыбнулся, и от этой понимающей улыбки мурашки побежали у нее по спине.

– Мне нравится, как вы произносите мое имя, - заметил он.

– Я не собиралась называть вас по имени, - призналась она.

– Ш-ш… - Он коснулся пальцем ее губ. - Не говорите так. Разве вы не знаете, что мужчине хочется услышать совсем другое?

– У меня было мало опыта общения с мужчинами, - призналась она.

– Именно это мужчине и хочется услышать.

– Неужели? - с сомнением в голосе спросила Софи. Она знала, что все мужчины хотят жениться на невинных девушках, но ведь Бенедикт не собирается на ней жениться.

– Именно это мне и хочется от вас услышать, - проговорил он, коснувшись ее щеки кончиком пальцев.

Его горячее дыхание обожгло ей губы, и Софи тихонько ахнула.

Он собирается ее поцеловать! Как же это здорово и одновременно ужасно!

И как она этого хочет!

Завтра она, конечно, горько об этом пожалеет. Да что завтра! Уже сегодня, через несколько минут. Но она провела последние два года, вспоминая его сладостные объятия, и не уверена, что сможет жить дальше, если у нее не будет хотя бы еще одного воспоминания о нем.

Палец Бенедикта скользнул от ее щеки к виску, потом к брови, зарылся в мягкие волосы, коснулся переносицы.

– Какая же ты красивая, - прошептал Бенедикт. - Словно сказочная принцесса. Иногда мне кажется, что ты ненастоящая.