Любовь без права на ошибку - Татьяна Алюшина

А орган звучал и звучал…

– Помнишь, ты спросила меня про мечту? – тихо, почти шепотом напомнил Влад, наклонившись к моему уху, когда солнце почти скрылось за горизонтом, последним яростным штрихом окрасив небо.

– Про секретную мечту? – тоже шепотом переспросила я.

– Да, про нее. Я мечтаю найти свой участок земли, чтобы совпадать с ним душой, где очищаешься и полностью созвучен с природой, свое место силы и покоя. И хочу построить там дом.

– Это очень красивая мечта, – отчего-то торжественно сказала я. – И она обязательно сбудется.

– Ну а ты теперь мне расскажешь свой Большой Девичий Секрет? – интимно прошептал он мне на ушко.

Я повернулась к нему и с серьезным видом несколько дебиловатой дурочки, чуть склонив головку набок для полноты картины, пояснила:

– Ты что? Чтобы кому-то открыть такие великие секреты, надо с этим человеком многое пройти и испытать. Множественные офигительные оргазмы считаются, но они, к сожалению, не самое главное в вопросе доверия.

– А если увеличить их количество, это поможет? – улыбнулся Битов.

– Ну-у не знаю-у-у, – протянула я.

– Тогда надо срочно проверить это экспериментальным путем! – Битов потащил меня в комнату.

Но проверить нам не дали: на начальной стадии поцелуев запел телефон Влада, и нас призвали на ужин.

Павел Максимович мне понравился. И его сын Александр тоже. Они обнимались и здоровались с Владом как с очень близким и родным человеком, и я вспомнила, как он рассказывал, что Павел Максимович давний и близкий друг его отца, и они дружили семьями, и Влад с Сашей тоже дружили в детстве. Жизнь, дела, происходящие в стране перемены развели две семьи, но на близости душевной и дружбе это не отразилось.

Меня Битов представил как свою подругу и внучку близкой подруги Надежды Ивановны. Обтекаемо, в общем, но вполне приемлемо, с моей точки зрения. Ну не невестой же ему меня представлять в самом деле! Мне бы не понравилось.

Мужчины порадовали, должным образом оценив меня красавицу, побаловали дежурными и более утонченными комплиментами и, не удивив ничем новеньким, приняли за столичную красотку-бездельницу, занятую исключительно светским времяпрепровождением.

Впрочем, на заданном дружеском и радушном тоне ужина это нисколько не отразилось, кроме одного мимолетного намека, оброненного хозяином где-то в середине мероприятия, когда все окончательно расслабились, немного выпили, основные вопросы о жизни и делах обсудили и перешли на личные темы. Александр показал фотографию сына, поделился радостью ожидания дочери, и вот тогда-то и высказал свои пожелания Павел Максимович.

– Пора бы и тебе, Влад, остепениться. А то все порхаешь в этом вопросе, – и он кинул взгляд на меня.

Не очень красноречивый, но вполне читаемый, в том смысле что пафосная гламурная девочка типа меня никак не может претендовать на подходящую для остепенения кандидатуру. Я мысленно усмехнулась и похвалила хозяина за обтекаемость формулировки. Битов, кстати, этот тонкий моментик просек, и вот он-то позволил себе усмехнуться открыто. А разговор за столом перешел на другую тему, гораздо более интересную.

– Ты уж извини, Влад, но есть у меня к тебе шкурный интерес, – приступил к делу Павел Максимович. – Мы с соседом решили поставить часовенку. А то до ближайшей церкви десятки километров, а у нас две деревни рядом, многие из деревенских у нас работают, да и помогаем чем можем людям. Вот посовещались, место выбрали хорошее, на вершине холма, что как раз между нашими участками находится. Уже и с церковным руководством области обсудили это дело, они специалистов своих присылали. Те место осмотрели, что-то там даже проверяли, изучали и выбор наш одобрили и благословили. Решили, что большую церковь нет смысла возводить, приход маловат, а вот часовенку в самый раз. Там и помолиться можно: церковники обещали и утварь, и иконы поставить, а батюшка будет приезжать справлять службу по праздникам церковным и в выходные. Ты понял, что я хочу поручить строительство тебе?

– С удовольствием, Павел Максимович, – отозвался с энтузиазмом Битов.

– Вот и договорились, – довольно заключил хозяин. – Завтра с утра пойдем и посмотрим. А потом попаримся в баньке и обсудим предварительные прикидки по объемам и срокам.

– Посмотрим обязательно, а вот на баньку, извините, мы с Василисой остаться не сможем, – расстроил радушных хозяев Битов. – У нас вечером Мариинка, так что уедем пораньше.

– Жаль, – искренне опечалился Павел Максимович. – Я надеялся, что пообщаемся без суеты и торопливости, проведем выходные вместе.

– Я специально приеду на все выходные, и по делу, с предварительными прикидками и проектом, и отдохнуть. Не на эти, через неделю.

– А вот это хорошо! Молодец, сразу за работу принялся, – похвалил Павел Максимович. – Тебе документация какая нужна?

– Нет, у меня сохранились все данные по участку, я понял, о каком холме идет речь, на него тоже вся геология и расчеты имеются. Так что посмотрим завтра, уточним детали, и я дам своим отмашку начинать работать, а проект сам придумаю.

– Ну давайте за часовенку будущую, чтоб сложилось, – предложил Александр, поднимая бокал.

До сих пор разговор за столом протекал между Битовым и хозяевами. Это и понятно, они обсуждали интересующие их вопросы, общие для них темы и людей, а я скромницей отмалчивалась, с интересом слушая и на ус мотая. Но тут радушная хозяйка решила, что приличия требуют втянуть девушку в общий разговор, и, дружелюбно улыбаясь, спросила:

– Вы, Василиса, коренная москвичка?

– Да, – вступила я в разговор застольный, ответив хозяйке открытой улыбкой. – В каком-то там загогулистом поколении по линиям обоих дедушек.

– И как там столица наша? – так, ни о чем, дежурно спросил Павел Максимович.

– Вроде не жалуется, – улыбнулась я и ему. – Но мне особо проверять некогда.

– А чем вы заняты? – спросил он исключительно для поддержания тактичной беседы.

– Работаю, – отчиталась барышня Василиса.

– А, простите за любопытство, кем? – не удержался он от легкой саркастической улыбки с подтекстом «деточка, кем ты можешь работать-то!».

– Инженером-проектировщиком, – улыбнулась я ему одной из самых обворожительных своих улыбок.

– Кем? – переспросил озадаченный Павел Максимович.

– Инженером, – повторила я, продолжая чинно улыбаться. – На экспериментальном заводе. Инженером по разработке и внедрению новых типов двигателей.

Павел Максимович подавился и принялся кашлять, Елизавета Васильевна, не сводя с меня ошарашенного взгляда, машинально хлопала его по спине.

– О-фи-геть! – поделился впечатлениями обалдевший Александр.

– Приятно чувствовать, что не один я накосячил. – Битов был совершенно доволен.