Роковой опал - Виктория Холт

— Вас это устроило бы, — отвечаю я. — Тогда все станет вашим, и вам не придется мириться с существованием жены. Вам достанется Зеленый Огонь.

Как только я упоминаю об опале, выражение его лица меняется, объятия сжимаются, и я ловлю на себе взгляд убийцы.

— Вы правы, без вас мне будет лучше. Самоубийство… Надо, чтобы все выглядело именно так.

В этот момент я вскрикиваю:

— Нет-нет! Вы хотите убить меня.

И тут от ужаса я проснулась и обнаружила на себе взгляд Джосса. На какое-то мгновение сон показался мне реальностью.

— В чем дело? — спросил он.

— Просто кошмар.

— Страшный?

— Должно быть.

— Кошмар! Вы, должно быть, чего-то очень боитесь…

— Я сумею постоять за себя.

— О чем был сон?

— Не помню. Все плохие сны одинаковы.

— Любому будет трудно в незнакомой стране. Вас это беспокоит?

— Не знаю, смогу ли я прижиться здесь.

— А кроме того, брак с незнакомцем… Который ничего не значит. Надеюсь, мы все же придем к какому-то компромиссу.

Мне было непонятно, что он имеет в виду.

— Здесь много разбойников, — продолжил Джосс.

— Они везде есть.

— Вы слышали о бушменах?

— Конечно.

— Но вы не знаете, какие они. Отчаявшиеся люди, неудачники и существуют только за счет воровства. Они прячутся в лесу и с легкостью грабят проезжих. В случае, если их поймают, повесят на первом же попавшемся дереве. Именно поэтому бушмены беспощадны и убивают свои жертвы.

— Наверное, вам бы хотелось отправить меня домой.

— Не думаю, что вы из тех людей, которые бегут при первой же опасности.

— Я на многое способна, чтобы доказать, как вы не правы. — Я всячески отводила глаза, чтобы не встречаться со взглядом Джосса.

— Ищете бушменов? — спросил он. — Не бойтесь, у вас есть защитник.

— Вы?

— И он, — Джосс вытащил из-за пояса маленький пистолет и показал мне. — Отлично стреляет, так что шансов у них нет.

Мы ехали рядом через лес.

— Постоялый двор Трантов будет через пятнадцать миль, — сказал Джосс. — И нам, и лошадям нужен отдых.

— А что это за деревья? — спросила я.

— Каучуковые. Еще их называют деревьями-призраками. Некоторые люди считают, что души погибших в лесу поселяются в них. Видели бы вы эти деревья при лунном свете — и тотчас же поверили бы всем разговорам. Люди боятся ездить мимо них, считая, что ветки превращаются в руки, а те, которых они захватили, — в каучуки-призраки.

— В каждой стране есть свои легенды.

— Австралийцы — не мечтательные люди.

Внезапно над нами раздался смех, и я вздрогнула в седле.

— Не бойтесь, это кукабурра — смеющаяся птица. Они всегда появляются парами и радуются жизни. Этих особей полно вокруг поместья.

Мы ехали по сухому полю.

— Если бы не засуха, здесь было бы полно диких цветов, — объяснил Джосс.

Около семи вечера мы въехали на небольшую возвышенность, и Джосс осмотрелся вокруг.

— Отсюда виден постоялый двор Трантов, — сказал Джосс. — Он расположен в ложбине.

— Скоро стемнеет.

— Да, нужно добраться до темноты. В лесу опасно. В одиночку здесь вообще нельзя оставаться. Многие люди теряют дорогу и бродят по кругу. Поэтому будьте осторожны. А вот и дом Трантов, посмотрите.

Мы ехали дальше. Солнце садилось за горизонтом, и появились первые звезды.

Джосс пустил лошадь галопом, и я поспешила за ним. Но внезапно он потянул за уздцы и воскликнул:

— Господи! Посмотрите на это!

На фоне бледной луны и звезд виднелся скелет дома. Я последовала за Джоссом. Пожар полностью уничтожил одну сторону двухэтажного здания и еще не затих.

— Давайте посмотрим, что случилось, — сказал Джосс.

Мы слезли с лошадей, и он привязал их к железному забору.

— Будьте очень осторожны! — через плечо крикнул Мэдден. Потом взял меня за руку, и мы вместе ступили на почерневшее крыльцо.

— Транты потеряли все… Интересно, куда они уехали?

— Надеюсь, они спаслись.

— Кто знает…

— До Фэнси Тауна далеко?

— Около тридцати миль. Многие останавливались у Трантов. Это место было оазисом в пустыне, — он повернулся и посмотрел на меня. — Придется заночевать здесь. Лошади устали. Тут неподалеку река. Будем надеяться, что она не высохла. Там животные напьются и поедят, если огонь пощадил хоть немного травы. Подождите здесь, пойду посмотрю.

Я в ужасе стояла у сгоревшего дома и понимала, что здесь случилась непоправимая трагедия. В воздухе висел запах смерти. Я задрожала и внезапно почувствовала холод, словно осталась наедине с мертвецами. Дотронувшись до почерневшей стены, я представила, что когда-то здесь была гостиная, где разговаривали и смеялись люди. Когда-то они приехали из Англии в поисках новой жизни и устроили этот постоялый двор для путешественников. Должно быть, Транты занимались земледелием, так как на доходы от гостиницы не проживешь. Видимо, эти люди боялись бушменов. Сгоревшее здание вселило в меня дурное предчувствие. И только в этот момент я поняла, что значит одиночество в таком огромном, бесконечном лесу.

Неподалеку виднелся полусгоревший стол, валялись сломанные свечи и большая жестяная коробочка. Такая была у Мэдди. Бывшая няня держала в ней свои сокровища.

Внезапно передо мной возникла фигура человека, и я вскрикнула от ужаса.

— Извините, что напугал вас. Что случилось? — спросил Джосс.

— Мне кажется, что здесь водятся привидения.

— Я нашел ручей, и, слава Богу, там есть трава. Давайте отведем лошадей.

— Неужели мы останемся здесь?

— Тут крыша, мы не можем спать под открытым небом.

— А что, если поехать дальше?

— Тридцать миль? Лошади устали, придется остаться до рассвета, а потом тронуться в путь. Давайте поищем, может, найдем что-нибудь такое, что может пригодиться.

— Там жестяная коробка, в ней должно быть что-то.

Когда мы двигались по сгоревшей комнате, моя нога натолкнулась на какой-то предмет Я наклонилась и подняла полусгоревшую свечу.

— Здесь уже кто-то побывал и, должно быть, собирался остаться на ночь.

Джосс внимательно осмотрел свечу и зажег ее. При тусклом освещении жилище выглядело еще более зловеще. Лицо Мэддена тоже стало другим. Глаза потемнели, и он выглядел менее загорелым. Джосс странно смотрел на меня. Уши торчали, и он напоминал сатира. Но мне все же показалось, что муж наслаждается создавшейся ситуацией. А это вызвало неприятное ощущение.