Слово императора - Дарья Кузнецова

– В общем, я тебя понял. Надежнее убить обоих. Или, еще лучше, меня, а ее – подставить, и тогда при умелых провокаторах можно подогреть толпу, опять война, внятного наследника нет, Владыки нет… В общем, через пару-тройку лет можно будет брать Руш тепленьким, потому что оказывать сопротивление будет некому. От этого варианта отчетливо смердит птичьим пометом, – скривился я.

– Чифали не птицы, – возразил Мунар.

– Зато воняют похоже, – отмахнулся я. – И это, как я понимаю, только один вариант?

– Более того, всего лишь его часть. А еще этот некто может желать не продолжения войны, а власти. Тогда, скажем, можно аккуратно убить тебя, с извинениями отослать Александру домой и посадить на трон Мурмара, о чем, собственно, некоторые давно мечтают. Он-то женат на достойной с точки зрения крови женщине, и многие его примут гораздо охотнее, чем тебя. Так что я на всякий случай слежу за всем его окружением и окружением Танагры, включая ее отца, Наварр-ана.

– Думаешь, брат все-таки замешан?

– Вряд ли. – Мунар пожал плечами. – Их проще использовать втемную. Да и вообще, они оба сейчас выглядят полностью довольными жизнью, даже завидно. Удивительно гармоничная пара, – усмехнулся он.

Мы некоторое время помолчали, погрузившись в задумчивость, а потом Мунар тихо проговорил:

– До чего мы все-таки докатились, а…

– В каком смысле?

– Сидим вот и спокойно обсуждаем, как проще от тебя избавиться, – усмехнулся он. – Никогда не понимал тех, кто стремится к власти ради власти.

– Ты нормально себя чувствуешь? – Я удивленно вскинул брови. – Что это тебя на философию потянуло? Или в отставку, на отдых, собрался?

– Заманчиво, конечно, но не могу же я тебя сейчас кинуть, – развел руками Мун. – А на философию… Просто Зара беременна, и у меня обострение паранойи.

– Поздравляю, – ошарашенно кивнул я. – И давно?

– Три месяца уже. Я, как видишь, вообще никому не говорил – боюсь.

– Сглазить? – язвительно уточнил я.

– Нет; за нее боюсь, за котенка боюсь. Ведь до меня через них проще всего добраться, а если с ними что-нибудь случится…

– Тьфу! Ты сидишь с таким видом, как будто уже их похоронил, – раздраженно фыркнул я. – Твоя профессиональная паранойя, конечно, полезное качество, но перегибать не стоит. Во-первых, твоя Зара – не глупая домашняя девочка, эта кошка любого порвет, тем более – за своего ребенка. А во-вторых, ты сильно преувеличиваешь количество и качество как своих, так и моих врагов. Если бы кого-то из нас действительно настолько хотели убить, давно бы уже убили. Любого можно прикончить, вопрос в средствах. Ладно, ты же ко мне не жаловаться на судьбу пришел среди рабочего дня и на трезвую голову, да?

– Да, извини. – Мун тряхнул головой и потер ладонями виски. – Совсем я что-то издергался и раскис, мне и Зара то же самое говорит и почти теми же словами. Пару выходных, что ли, взять? А пришел я к тебе, собственно, с докладом на тему смешанных браков. – Опомнившись, он приподнялся с места и через стол протянул мне тонкую папку с бумагами. – Там все в подробностях изложено.

Я открыл папку, пробежал взглядом несколько листов с какими-то цифрами и уточнил, не испытывая особого желания углубляться сейчас в подробности:

– А если в общих чертах?

– В общих чертах… неоднозначно. – Глава разведки пожал плечами. – Очень много противоречивых сведений. С уверенностью можно сказать только то, что определенные шансы на появление у тебя прямого наследника все-таки есть. В достаточно недавнем прошлом, в пределах сотни лет, смешанных браков было совсем немного, да и точно утверждать, чьи там в итоге оказались дети, можно не всегда. Но пара доказанных случаев зафиксирована. А чем глубже в историю, тем достоверность сведений, как ты понимаешь, ниже. Среди таких полуфактов, например, история о том, что века три назад кровь рода Шаар-анов была разбавлена человеческой.

– Полуфактов?

– Говорю же, там какая-то мутная история. Твой предок подцепил жену где-то на границе, и разные источники говорят разное: то ли она была беззубой, дочкой мелкого дворянчика, то ли двуликой из какого-то совершенно глухого угла, а то ли вообще лесной ведьмой.

– И что, никто не мог точно сказать ничего про императрицу? – недоверчиво уточнил я. – Ладно какие-то фигуры масштабом помельче, но тут… Да и вообще, я свое генеалогическое древо неплохо знаю, тем более – на таком отдалении; не припомню я там людей.

– Ее звали Тарной, она была супругой одного из Шидаров, я не смотрел, какого именно, – сказал он. – Вот отчего мы не переняли у людей их полезную привычку нумеровать правителей? Так удобно! А тут в лучшем случае у одного из десятка прозвище есть, – проворчал Мунар.

– То есть ей еще и человеческое происхождение приписывают? – Веселый оскал получился как-то сам собой.

Рассуждения друга о нумерации Владык я комментировать не стал. Учитывая, что про первые века истории Руша в принципе известно очень немного, эта бесспорно ценная и удобная идея ломалась на единственном и основном вопросе: кого считать первым? А если вдруг всплывут сведения о более древних Владыках, их-то как нумеровать? Минус первым и минус вторым? Или вообще на дроби переходить?

– Почему – «еще и»?

– Тарну некоторые источники считают безумной, но большинство, впрочем, сходится на более мягком эпитете – «чудачка». Добрая треть легенд рода, которые я знаю, связана именно с ее именем. Так что это даже не «полуфакты», а откровенные слухи.

– Да я и не утверждал, что это точные сведения, – дипломатично согласился собеседник. – Ладно, главное я сказал: если будете продолжать так же усердно работать, у тебя есть возможность получить наследника, – ухмыльнулся он. Я недовольно поморщился, но кивнул, принимая сделанный вывод. – Да, и чуть не забыл. Поговорил бы ты на эту тему со старшей жрицей; все-таки, что ни говори, а подобные вопросы в ее компетенции.

– Ты же знаешь, что она меня с рождения не очень-то жалует, – скривился я. – Да и я эти святилища терпеть не могу.

– А ты вообще с ней общался после принятия титула? – осторожно уточнил Мунар.

– Только перед вашим с Зарой обрядом и по поводу вас, – признал я. – Ладно, под хвост эту старую ведьму. У тебя все?

– Почти, последний вопрос. Ты уже определился с маршрутом и датой своих «визитов вежливости»?

– Нет, – недовольно проворчал я. – Слишком много территорий, требующих внимания, а время ограничено. Но склоняюсь к мысли прошвырнуться по периферии. Начиная с островов. А по дороге заглянуть в пару стратегически важных мест.

Практика «визитов вежливости» императора (поначалу, конечно, Владыки) существовала столько, сколько существовал Руш как государство. В общем-то подобное принято не только у нас: из столицы страной не науправляешься, так что ответственные правители не гнушались посещения с инспекцией самых удаленных уголков.