Серенада для невесты - Виктория Лайт

И она залихватски подмигнула Анне, которая улыбнулась ей в ответ. Лорд Чизвик почувствовал какойто подвох, но не стал ничего говорить. Нет в современной молодежи никакого почтения к благородной науке истории. Но что же действительно случилось у графа Шафтсбери с его невестой? Надо будет перечитать сегодня же вечером, решил про себя лорд Чизвик, наблюдая за весельем гостей. С чего это девочки заинтересовались старинным преданием?

Ингебьерг в мужском костюме сидела на лошади и, затаив дыхание, наблюдала за работой нескольких высоких мужчин в темных одеждах. Они осторожно укладывали огромные вязанки хвороста около стен ветхого домика лесника и чемто поливали их из кувшинов. Полная луна хорошо освещала их, потому что домик располагался на открытой поляне, а сама Ингебьерг надежно спряталась в густой листве. Мужчины работали молча, словно боясь привлечь лишнее внимание. Видно, грязное дело замыслили эти люди, раз пришли сюда под покровом ночи…

— Все в порядке, мы можем ехать, — услышала Ингебьерг тихий голос Ричарда.

Он подъехал к ней совсем незаметно.

— Я бы хотела посмотреть, что будет дальше, — сказала она.

— Лучше не видеть, на что способна человеческая злоба, — покачал головой Ричард. — Поедем, Будет хуже, если нас заметят.

Ингебьерг кивнула. Она кинула последний взгляд на домик, который был свидетелем стольких счастливых минут, и поскакала за Ричардом. Впереди их ждала долгая и утомительная дорога, но пути назад не было. Они долго боролись с любовью, однако она победила их…

С графом Шафтсбери, своим женихом, Ингебьерг встретилась, твердо намереваясь забыть Ричарда и быть верной своему долгу. Началась подготовка к свадьбе. Однако жених пугал ее. Ингебьерг с горечью сознавала, что никогда не будет испытывать к нему и сотой доли нежности, которая переполняла ее душу по отношению к Ричарду. Долго так продолжаться не могло. Ингебьерг повсюду искала глазами молодого рыцаря, и Воксхолл непременно оказывался рядом. Чувство было сильнее их, сильнее политики и соображений чести. Они стали встречаться в заброшенном домике лесника во владениях графа Шафтсбери и делить на двоих сладкогорькие минуты запретной страсти.

День свадьбы неумолимо приближался. В отчаянии Ингебьерг открылась Кристин. Мудрая кормилица совсем не удивилась.

— И охота тебе менять богатого графа на нищего рыцаря, — ворчала она, но Ингебьерг чувствовала, что Кристин на их стороне.

И предчувствия ее не обманули. Кристин знала, что несчастным влюбленным грозит смертельная опасность, если граф прознает об их отношениях. Смерть для него, вечное заточение для нее — расправа графа будет короткой.

— Вам нужно перехитрить его, — говорила Кристин.

— Мы можем убежать, — предлагала Ингебьерг. — Ричард хочет…

— Чтобы вас схватили в первой же деревушке? — усмехалась Кристин. — Нет, нужно сделать так, чтобы никому в голову не пришло разыскивать вас.

И ей удалось придумать, как осуществить это. В назначенный срок она лично пошла к графу Шафтсбери и рассказала о том, что невеста бессовестно обманывает его.

— Я только надеюсь, что ты не забудешь бедную старуху, которая защитила твою честь, — бормотала она, униженно кланяясь грозному графу.

Кристин открыла ему все, и граф Шафтсбери подослал самых преданных слуг с жутким приказом сжечь потерявших стыд любовников заживо. Рассудок графа помутился в те дни от ярости, только смерть несчастных могла успокоить его.

Приказ графа был выполнен. После его слуги принесли ему драгоценное ожерелье Ингебьерг, подарок ее жениха, которое почти не пострадало в огне, да ножны Ричарда с оплавившейся позолотой. Графу и его слугам было невдомек, что в домике пылали тела двух деревенских жителей, обряженных в одежду Ричарда и Ингебьерг. Они недавно умерли, и Кристин за небольшую плату пообещала их родным устроить для них пышные похороны. И она сдержала свое слово — мнимых Ричарда и Ингебьерг погребли с подобающими почестями, потому что граф Шафтсбери уже сожалел о своей жестокости.

А в то время, когда в лесу бушевал костер, зажженный рукой ревнивого графа, Ричард и Ингебьерг скакали навстречу новой жизни, и радость царила в их сердцах. Они покинули пределы Англии и были приняты дальними родственниками Ричарда со стороны матери, которые жили на границе Шотландии и Уэльса. Ингебьерг стала законной супругой Ричарда и в свое время родила ему четырех крепких сыновей и двоих дочек. С годами ее красота не померкла, и немало мужчин объявляли себя ее поклонниками, но взгляд Ингебьерг никогда не падал ни на кого, кроме ее мужа. Истинная любовь живет в веках, нет для нее ни преград, ни условий, и счастливы те, кого она благословляет.